Страница 9 из 13
Он ушёл обратно.
Ли остался во дворе.
Через сетку было видно кусок улицы, мокрый там, где ещё не высохли старые лужи, и грязный от шин. Из курятника доносилось спокойное клохтанье. В окне второго этажа качнулись жалюзи. В пальцах ещё держалось ощущение жёстких куриных лап, сухой чешуи, горячего птичьего тела. Это ощущение было понятным. Адрес склада тоже был понятным. Следующий шаг — тоже.
По краю зрения вспыхнула последняя строка, холодная и аккуратная.
[АКТЁРСКАЯ АДАПТАЦИЯ ПРОГРЕССИРУЕТ.]
За ней:
[ПОБОЧНЫЙ ЭФФЕКТ: ЭМОЦИОНАЛЬНАЯ ДИСТАНЦИЯ УВЕЛИЧЕНА.]
Ли посмотрел на свои руки.
На одной — свежая ссадина. На другой — след птичьей пыли. Руки были те же. Движения тоже. Только теперь они легче соглашались делать то, что нужно сцене, и не спрашивали, насколько это ещё похоже на человека, который вчера считал себя кем-то другим.
Из коридора донеслось:
— Ли! Не забудь смыть с себя эту ферму, прежде чем пойдёшь к людям!
Он повернул голову на крик.
Это был констебль с зубочисткой. Тот махнул ему двумя пальцами и криво ухмыльнулся.
— А то свидетели подумают, что мы тебя в курятнике и нашли.
Ли посмотрел на него секунду, потом — на след на рукаве.
— Тогда хотя бы честно, — сказал он.
Констебль засмеялся.
Ли не засмеялся в ответ. Он просто развернулся и пошёл внутрь, туда, где уже собирали группу на порт. Воздух во дворе пах помётом, мокрым бетоном и табаком. Ничего, кроме этого, в нём не было.