Страница 72 из 95
На цыпочках выйдя из коридора, я заглянула на кухню и увидела мужчину, срывающего со стен произведения искусства, пытаясь найти сейф или оборудование для наблюдения. Он стоял ко мне спиной.
Хлоп.
На этот раз легкое, чистое попадание. Он упал. Мне нужно было следить за количеством оставшихся пуль. Пока мне удавалось целиться прямо в головы, но у меня было предчувствие, что госпожа Удача вот-вот покинет меня. Я шагнула вперед, чтобы проверить пульс мужчины, как вдруг чья-то рука обхватила меня за талию сзади.
Ее сопровождал холодный ствол пистолета, прижатый к затылку. Недалеко от того места, куда меня застрелил Тристан Хейл.
— Ну, здравствуй, моя прекрасная невеста. Наконец-то мы встретились, — холодные губы двинулись по краю моего уха, грубый итальянский акцент просачивался в меня, как ледяные капли дождя.
Я была захвачена Стефано Копполой.
ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ЧЕТВЕРТАЯ
ТИРНИ
— Знаешь, это действительно позор, что у нас с тобой ничего не вышло, — Стефано привязывал меня к стулу у кухонного островка кабельной стяжкой. — Ты убила троих моих высококвалифицированных людей менее чем за двадцать минут и с большой точностью. Я нахожу это весьма очаровательным.
Я прикусила язык, чтобы не ответить дерзостью, зная, что если начну болтать, для меня всё кончено.
Коппола дернул стяжку особенно сильно, почти перекрыв кровоток в моих запястьях. Я сжала губы, чтобы подавить вскрик. Он не должен был видеть мою боль.
Гангстер отступил назад, любуясь своей работой с улыбкой.
— Так-то лучше, не правда ли?
— Связывать женщин — это единственный способ удерживать их? — выпалила я. Так я и заткнулась. Видимо, некоторые вещи никогда не меняются.
— А теперь осторожнее, — его хищная ухмылка стала шире. — Если будешь дерзить, я могу использовать тебя не только как разменную монету.
— Хотела бы я посмотреть, как ты попробуешь, — я сохраняла спокойный тон. — Я прикончу те...
Дверь распахнулась, и на пороге, задыхаясь, стоял Ахилл.
У меня хватило ума сжаться от стыда. Мне не следовало приходить сюда. Он просил меня поехать к брату, и я должна была это сделать. Вместо этого я в миллионный раз ослушалась его.
Мертвые глаза Ахилла блеснули эмоцией при виде меня, но он снова сделал их обычными непроницаемыми омутами смерти.
У Стефано был пистолет, нацеленный на него, и оружие Ахилла тоже было нацелено на голову Стефано. Дробовик, из всех вещей. Охотничий. Mossberg или Remington, я не могла сказать.
— О, хорошо. Наконец-то ты прибыл, — поприветствовал Стефано на английском.
— Отпусти ее, — ровно сказал Ахилл, его взгляд был намеренно устремлен на Копполу, а не на меня. — Она не имеет к этому никакого отношения. Ты злишься на меня, так что давай сведем счеты.
— Не согласен. Она имеет к этому большое отношение, — Стефано провел свободной рукой по моей щеке с притворной нежностью, и когда я подняла глаза, я увидела, что его клыкастая улыбка стала шире. — Она была моей, а ты отнял ее у меня.
— Она никогда не была твоей, — прорычал Ахилл, — и тебе следует быть благодарным, что у меня хватило ума не отдавать ее тебе с самого начала, потому что это подарило тебе несколько блаженных месяцев жизни. Это было лишь вопросом времени, когда я прокрадусь к тебе глубокой ночью и перережу тебе горло во сне, чтобы получить ее.
Ахилл вошел в квартиру и пнул дверь. Стены вокруг комнаты задрожали.
— Если ты выстрелишь из этого оружия, ты заберешь ее вместе со мной, — указал Коппола.
— Это мой охотничий дробовик. Он заряжен пулями, — парировал Ахилл вдвое спокойнее и втрое смертоноснее. — Так что я могу снести тебе голову и оставить девушку. Не мой ли сегодня счастливый день.
— Разве тебе не интересно, как я тебя перехитрил? — спросил Коппола.
— Не особенно.
— Я отдал свой Rolex своему консильери. Высадил его за несколько кварталов отсюда и позволил пройти остаток пути пешком. Твои солдаты засекли его след и последовали за ним. Ты думал, я не узнаю, а? — Сангве Блу погладил подбородок. — Ты стал слишком небрежен, Ахилл. И ради чего? — Он покачал головой, указывая на меня. — Этого? Это из-за этого ты начал войну?
Челюсть Ахилла сжалась, но он позволил своему молчанию делать всю тяжелую работу. Он надел маску спокойствия во время психологической войны. Тем временем я притворилась, что потягиваюсь, заведя связанные руки вверх и над головой. Если бы я смогла вывести их вперед, я бы оказалась в хорошем положении, чтобы обхватить шею Копполы, когда он отвлечется, и попытаться задушить его. Однако для этого мне нужно было, чтобы Ахилл отвлекал его. Мои глаза искали лицо Ахилла, но он отказывался смотреть на меня, его низкоэнергетическое доминирование электризовало комнату.
— Знаешь, твоя маленькая подружка здесь убила троих моих солдат? — фыркнул Коппола.
Ахилл пожал свободным плечом. Он тянул время, и мне было интересно, каков его план. У него всегда был план. Быстрый взгляд на Копполу подсказал мне. Его рука начала дрожать. Он слишком долго держал свой Glock нацеленным на Ахилла. Ахилл рассчитывал на то, что он устанет. Он мог часами целиться из гораздо более тяжелого огнестрельного оружия в кого-то.
Мой взгляд жег щеку Ахилла, и наконец он удостоил меня нейтральным взглядом. Я подбородком указала на свои руки за спиной. Его взгляд снова скользнул к итальянскому гангстеру.
— Она хорошо обращается с пистолетом, — признал Ахилл. — И с другими вещами тоже.
— Это поэтому ты решил оставить ее? — Стефано наклонил голову.
Я подняла руки полностью над головой — медленно, медленно, мучительно медленно — выведя их вперед. Стефано все еще стоял рядом со мной, но он был полностью поглощен разговором.
— Нет, — лениво протянул Ахилл. — Я оставил ее, потому что я в нее влюблен.
Стефано фыркнул.
— Ты не способен чувствовать любовь, Ахилл. Ты монстр. Все это знают.
— Монстры тоже могут любить. Даже сильнее, чем люди, на самом деле, — заверил его Ахилл, не удостоив меня даже мимолетным взглядом. — Разве ты не любил свою покойную жену, Стефано?
— Любил, да, — горло Копполы сжалось. — Она была светом моей жизни.
— И ты думал, что Тирни сможет заменить ее меньше чем через два года? — прорычал Ахилл.
Я рассчитала угол, под которым мне нужно прыгнуть на Стефано, чтобы задушить его. К счастью, я была на стуле. Это давало мне преимущество в высоте — я могла это сделать.
— Нет, — сказал Стефано. — Но я не планировал любить ее. Просто использовать как теплую дырку и мать для моего ребенка.
— Ну что ж, — Ахилл звучал беззаботно. — Этого уже не случится. Но еще не поздно признать поражение. Отдай мне свои территории в Неаполе, и я спасу твоих детей от сиротства.
— Не смей говорить о моих детях, stronzo, — сплюнул Стефано. — Я прослежу, чтобы ты и твоя маленькая шлю...
Я прыгнула на Стефано и обвила руками его шею, сжимая изо всех сил. Он дернулся назад, издав булькающий звук. Но мой угол был совершенно неправильным, и я забилась и упала набок от него. Стефано выругался, возясь с пистолетом, чтобы попытаться выстрелить в меня. Ему удалось нажать на курок, выстрел прозвучал в воздухе. Пуля скользнула по моему жилету, а затем продолжила свой путь в стену. Ахилл бросился на нас, оторвав мужчину от меня. Он не использовал дробовик. Вероятно, он не хотел ситуации с дружественным огнем. Вместо этого он схватил шею Стефано обеими руками и сломал ее одним плавным движением. Стефано упал на пол, как мешок с песком.
Я рухнула рядом с ним и схватилась за бок, куда Стефано выстрелил в меня.
ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ПЯТАЯ