Искажённая пешка

— Жаль, — его поведение все еще было ледяным, тон сухим и забавным. — Боюсь, ты не сможешь прийти.

— Почему?

Он толкнул меня в бассейн, падая вместе со мной. Всплеск отдался в моих ушах, когда мы пронзили воду, погружаясь под поверхность. Его губы впились в мои под водой. Сильно, требовательно, безжалостно. Наши конечности переплелись, вода остужала нашу кожу. Мы были на глубине, и буквально, и фигурально, и я никогда не хотела всплывать за воздухом.

Наши языки лизали друг друга, пожирая один другого. Я обвила ногами его талию, когда он оттолкнулся от дна бассейна. Мы вырвались на поверхность, все еще слитые в этом медленном, дурманящем, эротическом поцелуе. Я терлась о него, проводя пальцами по шрамам на его лице.

— Б-больше, — задыхалась я, пальцы вцепились в мокрую ткань, царапая рельефные мышцы. — Я хочу больше.

— Чего больше?

— Всего больше.

Рык удовлетворения полился из его рта в мой.

Его слова с прошлой недели пронеслись над каждым дюймом моей нуждающейся плоти.

«Когда я поцелую тебя снова, ты будешь желать этого и умолять».

— Признай, что ты ревновала.

— Я не...

Он засунул руку между нами и спустил штаны, освобождая член, держа его за основание и проводя головкой по моей щели через трусики.

— Признай это, Тирни.

Моя гордость была уничтожена в этот момент, и всё, что осталось, — это пульсирующая, горячая боль между ног и адреналин, который заставлял меня дрожать, как хрупкий лист.

— Ревновала, — прорычала я, целуя его сильнее, вонзая зубы в его кожу и превращая поцелуй в секс, а не в эмоции. — В следующий раз, когда увижу ее рядом с тобой, я сломаю ей обе ноги. А теперь трахни меня.

— Так точно, мэм, — он грубо отодвинул мои трусики в сторону, войдя одним движением.

Я прервала поцелуй, задыхаясь, повернув голову к мерцающим огням, исходящим из особняка.

— Твоя семья в десяти футах отсюда. Они могут смотреть в окно, как я тебя развращаю.

— Пусть насмотрятся, — он пожирал мою шею, входя в меня. — Это не секс, Маленькое Пламя. Это собственность.

То, как он наполнял меня, заставляло мой рот наполняться слюной, и я отвечала на каждый его толчок, золотое сияние из столовой было нашим фоном. Все люди внутри могли легко догадаться, чем мы занимаемся в бассейне, если бы повернулись в нашу сторону, но мне было просто плевать.

Я запустила пальцы в его мокрые волосы, оргазм нарастал внутри меня. Ахилл держал одну руку на моей пояснице. Другая щипала и дразнила мои эрегированные соски через мокрое платье.

— Моя ревнивая маленькая фламма, — дразнил он, его губы нашли мой сосок и сомкнулись вокруг него. Жара его рта в сочетании с холодом воды вызывала у меня мурашки повсюду. — Ты думала, я откажусь от тебя так быстро?

— З-заткнись, — простонала я. Мы дрейфовали к мелкому концу бассейна, так что я могла скакать на нем быстрее, с большим отчаянием, чем мне хотелось бы признавать. Чтобы превратить это в похоть, а не в любовь. В удовольствие, а не в подчинение. Я больше не могла быть той девушкой. Девушкой, которая хотела умереть, потому что не была именно тем, что ему нужно.

Его зубы сомкнулись на моей ключице, горячий язык кружил по холодной коже, когда он перешел к другому соску.

— Я никогда не откажусь от тебя, Тирни. Если я не могу иметь тебя, никто не может.

Его слов было достаточно, чтобы я развалилась в его объятиях, выкрикивая его имя в небо, отпуская контроль над оргазмом, который пронзил меня, как буря.

Ни капли приличия не было в том, как мы вылезли из бассейна, мокрые и раскрасневшиеся. Ахилл накинул мне полотенце на плечи и шагнул вперед, чтобы скрыть меня от посторонних глаз.

Я тайно надеялась, что Катя увидела наши игры в бассейне из первого ряда. Это должно было погасить любые неуместные идеи, которые у нее могли возникнуть насчет ее будущего шурина.

Я уже собиралась сесть в шезлонг, когда Ахилл прижал меня к одной из стен в укромном углу, нависая надо мной своей внушительной высотой.

— Переезжай ко мне, — требование. Не просьба.

Должно быть, из-за моей травмы головы, но я не считала это плохой идеей. Не то чтобы я могла сказать ему это прямо.

— Я только что отказалась пойти с тобой на свидание, а теперь ты просишь меня переехать?

— Нет, у нас только что был потрясающий секс. Это отменяет твой отказ, — он нахмурился. — Ты же знаешь, что хочешь. Моя сестра сводит тебя с ума.

— Это недостаточно веская причина, чтобы переезжать к кому-то.

— Тогда сделай это по другой причине.

— Например?

— Например, что никто никогда не будет заботиться о тебе лучше. Никто не посвятит тебе всю свою гребаную жизнь так, как я. Никто не пойдет против своей семьи, традиций и инстинкта самосохранения, как я.

Он был прав, конечно, но почему-то это ошеломило меня. Я так привыкла к тому, что его любовь была приправлена чем-то наказывающим и жестоким, что я не задумывалась о том, что Ахилл не был тем же человеком с тех пор, как меня застрелили. Он заботился обо мне, ничего не ожидая взамен. Он выходил меня, вернул к жизни, хотя не должен был. Мои разбитые кусочки не были его обязанностью. Но он все равно собрал их.

Но это была не единственная причина, по которой я рассматривала переезд к нему.

Я знала, что это успокоит ту ноющую часть его души, которую я травмировала.

— Мне снова начали сниться кошмары, — я жевала нижнюю губу. — Я... иногда кричу и плачу во сне.

— Я видел, когда мы были в хижине, — он провел пальцами по своим влажным волосам. — Я справлюсь.

— Я хочу отдельную комнату.

Он взял свое полотенце и провел им по своим черным, влажным прядям.

— Договорились.

— Никакой слежки — я прихожу и ухожу, когда хочу.

Его губы снова прильнули к моим, и мы встретились на полпути в поцелуе.

— Договорились, — его зубы сжали мою нижнюю губу, и он втянул ее в рот, выпустив с причмокиванием, прежде чем лизнуть языком, чтобы смягчить боль.

— Никакого секса, пока я не скажу, — сказала я. — Оргазмы затуманивают мое суждение.

— Нам этого не нужно, — он прижался носом к моей шее, осыпая наркотическими поцелуями мою чувствительную плоть.

— И я хочу секс на одну ночь.

Он оторвал рот от меня, сверкая глазами.

— Зачем тебе секс на одну ночь с твоим будущим мужем?

— Не с тобой, — смело сказала я. — Я никогда ни с кем не встречалась. Никогда не имела привилегии жить так, как я хочу, из-за тебя. Всё, что я могла, это тайком спать с людьми, как воровка, надеясь, что ты не смотришь. Если ты изменился, как утверждаешь, ты докажешь мне, что я свободна, — выдохнула я. — Свободна выбрать тебя... или кого-то еще, если захочу.

Переспать с кем-то еще казалось таким же привлекательным, как снова получить пулю в голову, но я хотела вариант. Я жаждала какой-то гарантии, что он не будет обращаться со мной как с объектом, который он купил, как другие мафиози. Последние несколько лет я была лишена секса, потому что Ахилл не мог вынести, чтобы у меня была личная жизнь. В то же время он спал с женщинами налево и направо, ни о чем не заботясь, тыча их существованием мне в лицо.

Мне нужно было, чтобы он доказал мне, что он — выбор, а не приговор.

— Нет, — прорычал он.

— Я не прошу, Ахилл, — тихо сказала я. — Это не о сексе, — я покачала головой. — Тебе нужно показать мне, что ты можешь защитить меня от собственной ярости.

Его зловещий взгляд напугал бы кого угодно, но всё, что я видела на его лице, — это покорность мужчины, который зашел слишком далеко, чтобы отступить от любого соглашения, даже того, которое могло бы убить его, чтобы получить меня.

— Я сделаю это, позволишь ты или нет, — уточнила я.