Моя умница

Глава 207

Меня разбудили нежные прикосновения родных рук и легкие, практически невесомые поцелуи на висках, щеках и подбородке вместе с тихим ласковым полушепотом:

--- Ты снова мурлычешь сквозь сон... Что тебе снится, малыш?..

Не открывая глаз и все ещё пребывая во власти этого прекрасного трепетного сна, я потянулась к родному обволакивающему теплу и уткнулась Чонгуку в грудь, обнимая его, и с тихим вздохом отозвалась:

--- Ты, родной... Всегда... только ты...

Чонгук весело хмыкнул, словно и не ожидал услышать ничего другого, а затем, явно довольный моим ответом, собственнически сгреб меня в охапку, закидывая на меня свою тяжеленную нижнюю лапу, и вкрадчиво мурлыкнул:

--- Расскажешь поподробнее?

Я шумно выдохнула, поняв, что поспать мне больше не дадут, и, поелозив лбом по его груди, с улыбкой проворчала:

--- И какие такие подробности тебя так интересуют с утра пораньше, а... бандит?

Услышав это, вышеупомянутый бандит хрипло рассмеялся, уткнувшись мне в макушку, а затем, звонко чмокнув в нее же, хитро шепнул:

--- Те самые, Бэмбиай... Те самые.

" Да что ты, милый? Серьезно?"

Я коварно усмехнулась, решив в кои-то веки отплатить ему его же излюбленной монетой, и, тыкнув ему в солнечное сплетение указательным пальцем, ехидно пробурчала:

--- Не имею ни малейшего понятия, о чем ты говоришь, Чонгу.

Ответом мне был тихий смех и вкрадчиво хриплое:

--- Да неужели? Ну же, Бэмби, признавайся, я ведь не отстану. Что это было на этот раз? Лёгкая эротика или все же... Горячее порно, мм? Или... Неужели то, для чего нужны стоп-- слова?!.

Последнюю фразу он произнес кричащим заговорщическим полушепотом, заставив меня хрюкнуть от едва сдерживаемого смеха, но я только зарылась ещё глубже в родные теплые объятия и упрямо помотала головой.

--- Не скажу.

--- Вот же ж упрямая девчонка... -- раздалось глухое предостерегающее рычание над моей головой, и объятия резко стали крепче, почти удушающими, а затем я так же резко оказалась опрокинутой на лопатки и тихонько пискнула от неожиданности, а мой грозный тигр навис сверху, прижимая меня к кровати, и хищно ухмыльнулся, явно довольный своей коварной выходкой, а затем, наклонившись, мурлыкнул мне прямо в губы, --- А теперь? Станешь более разговорчивой? --- его темные глаза опасно сверкнули, что обычно не сулило мне ничего хорошего, но вкупе с обворожительной улыбкой и не менее обворожительными ямочками на щеках это вышло ни капельки не грозно, а наоборот, безумно мило и потому не возымело на меня ровным счётом никакого эффекта.

--- Даже не надейся! --- уперевшись руками ему в грудь, заявила я, смеясь и пытаясь спихнуть его с себя, но не тут-то было.

Он с лёгкостью перехватил мои руки, прижав их к кровати над моей головой, и, склонившись надо мной, хрипло мурлыкнул:

--- Нет---нет, Бэмби... даже не думай о бунте на корабле, поняла меня? И раз уж ты так упорствуешь в своем нежелании говорить, тогда... мне придется... догадываться самому... Ты уверена, что хочешь этого, мм?

Его бархатные губы дразняще касались моих при каждом выдохе, и остатки пиратского сна как рукой сняло, зато остались абсолютно все ощущения, что я испытывала в таких же крепких и таких же жарких объятиях моего капитана.

И потому я замерла, намертво зависнув и глядя на склонившегося надо мной Чонгука во все глаза, а этот проходимец, видимо, решив, что я резко поменяла свое решение, вознамерился придать мне ускорение в нужном ему направлении и, мягко сжав мой подбородок, хрипло шепнул, оставив легчайший поцелуй в уголке моих приоткрытых губ:

--- Вижу, твоя уверенность уже немного пошатнулась, да, Бэмби? И это правильно, малышка... Так что лучше признайся сама, пока я не перешёл к ещё более решительным действиям. Ну же, котёнок, признавайся... Что я делал с тобой в твоём жарком сне? Это?.. --- влажный поцелуй в шею заставил меня тут же выгнуться в его руках и застонать, к его явному удовольствию, которое я ощутила в коснувшейся моей кожи хитрой кошацкой улыбочке, за которой практически сразу же последовало вкрадчиво---хриплое:

--- Или... Может быть... это, мм..?

Его губы спустились ниже вместе с обжигающе ласковыми поцелуями, которые он щедро рассыпал по моим ключицам и обнаженной груди и, не выдержав этой сладкой пытки, я выгнулась навстречу этим горячим жадным губам, глухо проронив на грани стона, когда они сомкнулись на практически мгновенно затвердевшем соске, дразняще мягко целуя и посасывая:

--- Мы с тобой... Занимались любовью на пляже, и ты... делал... намного больше того, что делаешь сейчас... Доволен, бандит?.. теперь... отпустишь?

Это должно было прозвучать максимально осуждающе и укоризненно, но вышло как-то жалобно, полузадушенно, просяще и совсем не так грозно, как задумывалось изначально.

И, похоже, мой ответ лишь ещё больше укрепил Чонгука в желании меня помучить как следует прямо с утра пораньше, и медленно и со вкусом сводившие меня с ума губы лениво оторвались от своего занятия и так же медленно поднялись выше, лаская и заставляя меня дрожать, а затем прижались к шее, прямо там, где уже неистово бился пульс, разогнавшийся до опасной скорости за каких-то полминуты из-за того, что они творили со мной совершенно безнаказанно.

А затем их бессовестный хозяин вообще обнаглел вкрай и лег на меня всем телом, прижимая к кровати и вовсе не собираясь никуда отпускать, и хрипло мурлыкнул, снова обжигая мою беззащитную шею своими горячими бархатными губами и таким же жарким выдохом:

--- Ну и как? Тебе понравилось?..

"Нет, вы только посмотрите на него!

Каков наглец!

Лежит на мне, упираясь прямо в живот своим каменным утренним стояком, и ещё имеет наглость спрашивать, понравилось ли мне... заниматься сексом с его прошлой версией, словно нарочно дразня и провоцируя, заставляя выбирать между ним и...ним! Кошмар какой-то... Просто форменный кошмар!"

И, поняв, что пора всерьез браться за его воспитание, а то совсем от рук отбился, я наконец распахнула потяжелевшие ресницы и, натолкнувшись на его пристальный, потемневший почти до черноты, обжигающий взгляд, проворчала, кусая губы, чтоб хоть немного успокоить сбившееся к чертям дыхание:

--- Если я скажу да, ты с меня, наконец, слезешь?

Но нахальный брюнет лишь склонил голову к плечу и с хитрющей ухмылочкой промурлыкал:

--- Я подумаю над этим, малыш. Но сначала ответь. Ну так что?.. Да или... да?

Он поиграл своими дерзкими бровями, как всегда, не оставляя мне никакого выбора вообще, и, не выдержав такого накала страстей, я прыснула, закрыв лицо руками, и уже из-за своей импровизированной ширмы проворчала:

--- Господи, Чонгу... Ты совершенно неисправим!

Но он совершенно точно не чувствовал за собой никакой вины и лишь весело хмыкнул:

---- Я знаю , детка, --- а затем ткнулся носом мне в ладони, как большой, игривый и до жути наглый кот, пытаясь найти самый большой просвет между моими пальцами и пролезть в него своими наглыми губешками, но я уворачивалась от них, как могла, лишь смеясь все громче и безуспешно пытаясь из-под него выползти.

В итоге мы довозились до того, что почти сползли с кровати вместе с простыней, и Чонгук поймал меня на самом краю, с тихим смехом сгребая в охапку и снова затаскивая на середину, и, уткнувшись мне в волосы, с улыбкой проворчал:

---- Ну и куда ты собралась, маленькая? Решила вспомнить былые времена и побегать от меня, да? Но ты больше не сбежишь, даже не пытайся.

Я засмеялась, убирая с глаз растрепанные из-за нашей возни волосы, и покачала головой, с улыбкой глядя на склонившегося надо мной мужа.

--- Я знаю, бандит. И вовсе не собираюсь от тебя сбегать, просто мне безумно интересно, откуда в тебе столько энергии по утрам? Ты такой гиперактивный, что я за тобой просто не успеваю. Поделишься секретом? Я тоже так хочу, знаешь ли!