Страница 441 из 592
С чего бы это вдруг?..
Тут явно что-то не чисто...</i>
Я несколько секунд смотрела в эти снова обретшие утраченную сто лет назад невинность ласковые глазки, до последнего подозревая, что где-то здесь скрыт подвох, но... Эти глазки были поистине настолько честными, что я как-то непозволительно быстро сдалась, простив ему все мнимые обиды, сунув тыльную сторону ладони ему под нос и потребовав всего лишь:
--- Целуй.
Чонгук приглушённо рассмеялся, обхватывая мое запястье тёплыми пальцами, и облегчённо выдохнул:
--- Господи... и всего-то? А я уже распереживался, что ты сейчас на развод подашь...
Но я снова надулась, зыркнув на него исподлобья, опять начиная заводиться, и, выдернув свою конечность у него из-под носа, дерзко заявила:
--- Может и подам... бандит! Подумать только... Продать он меня собирался!.. это же просто кошмар!..
Но это уже была та самая опасная черта, заходить за которую не стоило, и я поняла это сразу же, как только эта глупость слетела с моих губ, ведь его глаза сузились и опасно потемнели, и он подался ко мне, хрипло рыкнув:
---- Ану тихо. Иди сюда, бунтарка, --- и властно сгреб меня в охапку, больше не слушая никаких возражений и затыкая таким жарким и жадным поцелуем, что я практически мгновенно ослабла и думать забыла о бунте на корабле...
<i>...Ну вот... И снова пиратская тема... <b>всплыла</b>.
А этот дерзкий капитан снова командует... совсем как тот, другой... Вон, приказы раздает налево и направо и требует беспрекословно подчиняться...
Бес---пре---дел.
Просто. Пиратский. Беспредел. </i>
Но все эти мысли очень скоро спаковали чемоданы и ровным строем покинули мою голову, ведь Чонгук не отпускал меня так долго, жадно сминая мои податливые и абсолютно покорные его воле губы своими, что мне уже стало не хватать воздуха, и я жалобно пискнула, без слов умоляя его о передышке, и, удовлетворившись тем, что я стала такой послушной и больше не думаю о разводе ( да и вообще... не думаю), он, наконец, сжалился и, оставив последний нежный поцелуй в уголке моих уже немного припухших губ, отпустил, ласково шепнув:
--- Ну что, моя маленькая бунтарка? Надеюсь, теперь я прощен?
Мне понадобилось несколько секунд, чтоб мой затуманившийся эндорфинами мозг обработал поступивший в него запрос, и, когда сигнал наконец дошел туда, куда надо, я мечтательно улыбнулась, обнимая его за шею, и дразняще шепнула:
--- Я все ещё... думаю над этим.
Но моему капитану явно пришелся не по душе такой дерзкий и неоднозначный ответ, и его глаза полыхнули опасным темным пламенем, когда он придвинулся ближе, жарко обжигая мои губы дыханием, и с плохо скрытой в бархатном голосе угрозой рыкнул:
--- Так мне... снова поцеловать тебя, чтоб помочь <b><i>быстрее</i></b> принять решение? Или прибегнуть к ещё <i>более действенным</i> методам укрощения строптивых маленьких кошечек, хмм?..
И снова... отголоски сна всколыхнулись в памяти, застилая мне глаза и смешивая реальности, и мне даже на миг показалось, что в чертах склонившегося надо мной мужа я вижу того, <i>другого Чонгука...</i>
Наваждение какое-то.
Но любимый снова вернул меня в реальность, нежно погладив по щеке, и, заправив прядь волос мне за ухо, шепнул с мягкой улыбкой, снова превратившись в ласкового домашнего кота:
--- Ну правда, прости меня, котеночек... Пусть я все ещё не верю, что мог пойти на такое преступление, но даже от одной мысли об этом мне действительно становится невероятно стыдно... Просто ужасно стыдно...
--- Правда? --- я подозрительно прищурилась, не купившись на так внезапно настигшее его раскаяние, ведь хорошо помнила, что он и в этой жизни был точно таким же беспринципным хулиганом, особенно поначалу, когда буквально не давал мне прохода в собственном доме.
Но Чонгук серьезно кивнул, хоть и усиленно кусал губы, явно пытаясь спрятать лукавую улыбку в их уголках и снова не заржать, а затем притянул меня к себе, обнимая мое лицо тёплыми ладонями, и хрипло шепнул:
--- Разумеется, Бэмби. Даже если я действительно был пиратом, то все равно, это меня нисколько не оправдывает. Разве можно так пугать такую нежную малышку, как ты? Наверное... я в прошлом был просто ужасен, да?
И хоть я прекрасно видела, как дрожат его губы в безуспешных попытках скрыть упорно лезущую на них улыбку, а в темных глазах уже вовсю резвятся озорные черти, но, услышав эти покаянные речи и ласковый воркующий тон, тут же смягчилась и погладила его по щеке, шепнув:
--- Ну... На самом деле... Ты был не так уж плох...
--- Правда?
Темная бровь взлетела вверх, так же, как и уголки губ, наконец дождавшиеся, когда можно будет улыбаться в открытую, и я вздохнула, поняв, что этот испорченный до мозга костей бандит всё-таки был неисправим.
Но это был мой <b>любимый</b> бандит, и сердиться на него за что бы то ни было я никогда долго не могла и потому мечтательно улыбнулась и, протянув руку, погладила его по щеке, выдохнув:
---- Правда, родной... Ты был просто невероятно красивым... И несмотря на твои бандитские замашки, ты был настоящим аристократом... изысканным и утонченным до кончиков ногтей, с идеальными манерами и обворожительной улыбкой. Ну и... длинными волосами, разумеется. Думаю, тебе определенно стоит сменить прическу.
Взглянув на его вытянувшееся лицо, я снова не смогла удержаться от смеха, и добавила, чтоб не зазнался окончательно:
--- Но все равно ты был безумно наглым. И откровенно опасным.
Он лениво усмехнулся, перехватывая мою руку, постукивающую его по груди, и поднес к губам, хрипло шепнув:
--- Вот как?
Я засмеялась, легонько отпихивая эту наглую морду от себя, и подтвердила:
---- Угу. Попросту говоря... самым настоящим бандюганом: беспринципным и аморальным до кончиков ногтей. Похоже, эти твои черты будут с тобой во всех жизнях.
Но, к счастью, Чонгук в ответ на такую характеристику совсем не обиделся и лишь по--мальчишески дерзко улыбнулся, наклонившись и звонко чмокнув меня в нос, а затем потерся об него своим и, поняв, что буря миновала, и ему снова удалось уболтать меня и перенаправить мои мысли в более мирное русло, лег на спину и с улыбкой шепнул:
--- Вот видишь, милая, не такой уж я был и страшный, правда? --- и в ответ на мой насмешливый фырк добавил, --- Но, вижу, что ты явно хочешь ещё что-то мне сказать, поэтому выкладывай, что ещё я натворил в нашем прошлом? Давай уж лучше сразу предъяви мне все претензии, чтоб я потом не ждал, что ты вспомнишь о чем-нибудь эдаком в самый неподходящий момент. Чем я мог так сильно тебя напугать, хмм?
Я в ответ смерила его красноречивым взглядом, намекая, что он не понимал очевидных вещей, и проворчала:
--- Ну... хотя бы тем, что напал на наш корабль со своими головорезами, на минуточку! А потом... грозился скинуть нас всех за борт и скормить акулам, так как у нас не было денег, чтоб от вас откупиться! А когда я вступилась за этих бедных людей, решил отыграться на мне и сделать... своей рабыней!
Услышав мою возмущенную обличающую тираду, Чонгук прикрыл глаза ладонью, тихо засмеявшись, и покачал головой:
--- Боже... какой кошмар... Похоже, я поторопился с выводами и правда был беспринципным негодяем.
Я вздохнула, укладывая подбородок ему на грудь.
---- Ну... не совсем уж беспринципным... Ты пообещал, что отпустишь всех, если я останусь и добровольно отдамся тебе, но... пользоваться моим безвыходным положением все равно было низко и, к тому же... это был мой первый раз...
Его взгляд затуманился, став далёким и задумчивым, и Чонгук протянул руку, нежно погладив меня по щеке.