Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 422 из 592

Она и сама не заметила, как начала отвечать ему, тихонько постанывая в целующие ее бархатные губы и послушно приоткрывая свои под его жарким напором, практически плавясь под его развязными, топкими, крышесносными поцелуями и полностью растворяясь в нем и в его неожиданной нежности. И потому подаваться навстречу его жадным губам было совсем не страшно, и она поймала себя на том, что хочет... ещё... хочет... чтоб он... не останавливался...

Но Чонгук об этом даже не думал, и, ощутив, что она наконец полностью расслабилась в его руках, сама ища его губы и прижимаясь так непозволительно близко, что у него темнело в глазах от жгучего желания обладать ею, прижал ее к себе ещё крепче, срывая с зацелованных им сладких губ беспомощный и такой же сладкий стон, и зарылся лицом в тяжёлые золотые волосы, вдыхая их дурманящий запах.

Фрезия и ваниль...

Пряная цитрусовая сладость, которая будет преследовать его даже во снах и всю оставшуюся жизнь кружить голову, заставляя влюбляться в эту хрупкую малышку все сильнее с каждым днём.

Его... златовласку.

Его... нереиду.

Его... <i>женщину</i>.

А Розэ чувствовала его всего, чувствовала, как крепко он прижимал ее к себе, и слабела все больше с каждым новым поцелуем и хриплым стоном, срывавшимся с его бархатных губ, от которых было невозможно оторваться.

Глухо застонав ей в губы, Чонгук с силой провел горячими ладонями по ее изящному хрупкому телу, буквально вжимая ее в себя, и Розэ практически задохнулась, впервые ощутив мужское возбуждение, когда его твердый член упёрся ей в бедро, и испуганно распахнула глаза, встретившись взглядом с затуманенными и совершенно хмельными от желания глазами капитана.

Она уже хотела отпрянуть, но он не позволил ей уйти далеко, перехватив за талию и снова притягивая ближе, и, усмехнувшись темной порочной улыбкой, вдруг резко поднялся из воды, подхватив испуганно ойкнувшую Розэ на руки, и тихо выдохнул ей в висок:

--- Пойдем, куколка. Вода уже почти остыла.

Но когда он опустил ее на пол, Розэ зажмурилась, не в силах справиться с вновь вернувшимся смущением и не в состоянии посмотреть на него теперь, когда их обоих не скрывала спасительная вода.

А Чонгук выпрямился, буквально прожигая ее насквозь своими тёмными глазами и не в силах отвести взгляд, словно желал навсегда запомнить каждый изящный изгиб и каждую совершенную линию.

Розэ стояла перед ним совершенно обнаженная, крепко зажмурившись и дрожа как осиновый лист, с пылающими невозможно очаровательным смущением щеками, и все, что сейчас скрывало ее от жадного взгляда капитана, которым он неспешно скользил по ее телу, была тяжёлая вуаль золотых волос, с которых на пол капала вода.

-- Ты тоненькая и изящная, как фарфоровая статуэтка... Настоящее сокровище... --- завороженно выдохнул Чонгук, и Розэ, даже не открывая глаз, ощутила, как его жгучий темный взгляд скользит по ее телу, как физически ощутимая бархатная ласка.

И задрожала ещё сильнее.

---- Посмотри на меня, --- мягко приказал он.

А Розэ так и не нашла в себе силы это сделать.

Но спустя несколько мгновений ей все же пришлось подчиниться, когда сильные мужские пальцы сжали ее подбородок, властно приподнимая лицо и заставляя, наконец, встретиться с ним взглядом --- бездонным, как древний океан. И таким же завораживающе прекрасным.

--- Гордая упрямица... --- хрипло шепнул Чонгук, медленно скользя взглядом по ее лицу и плавно спускаясь к приоткрытым от сбитого дыхания мягким губам, нежным, как лепестки роз, --- В этот раз я прощу тебе твою непокорность, но запомни... на моем корабле все подчиняются моим приказам, и ты не станешь исключением, поняла?

Она смогла лишь кивнуть, вновь опустив ресницы, и Чонгук удовлетворенно улыбнулся, а затем отпустил ее и, взяв лежащее на кровати полотенце, укутал ее в мягкую ткань.

Розэ ощутила, что ей словно стало легче дышать, когда он перестал прожигать ее своим голодным взглядом хищника, но это продлилось совсем недолго, ведь, вытеревшись сам и отбросив мокрую ткань на кресло, капитан протянул ей руку и хрипло выдохнул:

---- А теперь, если миледи не возражает ... прошу в мою постель.

На самом деле миледи возражала.

Очень, очень сильно возражала.

Но понимала, что если откажется и снова проявит строптивость, он просто сам потащит ее туда силой, прямо за волосы...а этого она допустить никак не могла и потому, все ещё лелея остатки собственного достоинства, Розэ наконец смирилась с судьбой и, глубоко вздохнув, покорно кивнула и вложила свои дрожащие пальцы в его широкую теплую ладонь.<b></b>