Немецкий орден

Положение в Штуме было очень сложным, так как небольшой гарнизон изматывался в постоянных стычках с врагом и не имел возможности пополнить свои силы. К тому же сказывался большой дефицит продовольствия, конина стала уже обычной пищей даже для благородных рыцарей. Хроническое недоедание, переутомление, солнечная жара вызвали эпидемию. В связи с этим с каждым днём уменьшался гарнизон, а вместе с ним и мужество защитников Штума. Подвезти помощь и продовольствие из Мариенбурга было невозможно. Наконец, они были вынуждены заключить с неприятельскими командирами договор, согласно которому обязывались без сопротивления сдать крепость, если до определённого дня не придёт помощь. Об этом они сообщили магистру, но так как он им помочь не мог, гарнизон 8 августа

[1246]

[Biskup M. Trzynastoletnia Wojna z Zakonem Krzyzackim 1454–1466. Warszawa, 1967. S. 763.]

освободил замок, передав союзникам находившуюся в нём артиллерию. Получив надёжный конвой, они по договорённости с магистром должны были отправиться в Мариенбург. Но лишь часть гарнизона ушла к магистру. Не видя перспектив продолжения борьбы, 10 рыцарей изменили ордену; четверо из них с фогтом Роггенхаузена Эглофом фон Розенбергом поступили на службу к королю Казимиру. К ним присоединилась и большая часть гарнизона. Этот эпизод показывает, сколь деморализованы были орденские рыцари. В связи с этим удивляет продолжающееся сопротивление ордена, у оставшихся рыцарей ещё хватало мужества и сил для продолжения войны в Пруссии.

Для Мариенбурга сдача Штума стала большим ударом, не только с моральной стороны, но ещё в большей степени с точки зрения стратегии. Освободившиеся из-под Штума войска были переброшены под Мариенбург.

Попытка ордена вновь выбить с левобережья данцигцев закончилась неудачей. Сбив заслоны и подойдя к лагерю, они долгое время обстреливали его, но так как данцигцы не рискнули выйти из своих укреплений, то до схватки дело не дошло. Трофеями этого дня оказались семь телег с продовольствием и стадо скота, переправленные в Мариенбург.

В это время из Коница в Мариенбург пришло сообщение: герцог Рудольф фон Заган, Бернхард фон Цинненберг, Генрих фон Мальтиц, Руле фон Калькройт, Каспар фон Ностиц, Отто фон Шлибен, фогт Лаузица со своими отрядами наёмников вступили в Марку. На подходе был и немецкий магистр с наёмниками и отрядом превосходных воинов, выделенных герцогом Бургундским. Срочно был составлен план по освобождению территории к западу от Вислы. Выполнение собирались поручить комтуру Шлохау, но он в тот же день, когда составлялся план, был смертельно ранен в голову. Вскоре положение у Коница резко изменилось.

По требованию короля лучшая часть осадного войска из-под Мариенбурга была послана в Кониц, её сменило ополчение из жителей Пруссии. С тех пор здесь долгое время ничего значительного не происходило. Прежде всего потому, что ополчение из Данцига не имело толковых предводителей. Вдобавок к этому после жаркой схватки граф Ганс фон Хоенштайн и Штибор фон Пониц из-за понесённых потерь покинули лагерь и со своими отрядами перешли на сторону ордена.

Чтобы прервать связь орденского плацдарма на левом берегу Ногата с замком, была совершена попытка поджечь и взорвать соединяющий их мост. Для этого к нему подвели семь лодок, наполненных смолой, дёгтем и порохом, и подожгли. Эта попытка стоила данцигцам жизни ста человек, а нанесённый ущерб оказался столь незначительным, что уже через восемь дней мост был восстановлен.

Осаждаемый требованием денег для наёмников под Мариенбургом, губернатор мобилизовал все средства. Он пытался заменить наёмников, для которых не были собраны деньги, местным ополчением и поляками. С этой целью обратился за помощью к королю, от бургомистров городов требовал спешно прибыть со своим ополчением в лагерь под Мариенбургом. Но эти распоряжения не имели особого успеха. Недовольство увеличивалось с каждым днём, между поляками и союзными войсками вспыхивали опасные стычки. Неожиданно 12 сентября из замка предприняли нападение на лагерь данцигцев. Он был блокирован и интенсивно обстреливался. Противник не решился выйти из лагеря, и сражения не произошло. Следующей ночью Ганс фон Хоенштайн захватил 40 повозок с продовольствием и 50 пленных, доставив их в крепость. На следующий день орденский госпитальер вновь напал на лагерь данцигцев и вынудил их к бою. Битва длилась целый день, и данцигцы готовы были сложить оружие, но условия показались им слишком жёсткими. Бросив лагерь, они ночью прорвались к Висле, чтобы переправиться у Шёнберга. Там их настигли орденские отряды, завязалась жаркая схватка, в это время из Данцига подходило подкрепление, оно и прикрыло переправу отступающих.

Нападение на врага у Вилленберга (к югу от замка) также стало успешным. Число пленных было столь велико, что башни Мариенбурга их уже не вмещали.

По требованию короля Данциг должен был ещё раз (при полном его нежелании) собрать деньги. Городскому магистрату пришлось одолжить приличную сумму даже у бывшего комтура Данцига Николауса Постара, который всё ещё пребывал там.

Сражение у Капица.

Более важные события происходили в те дни у Коница. Казимир IV спешно стягивал войска и 9 сентября встал во главе сильного войска — по немецким данным, оно оценивалось в 40 000 человек, в том числе 12 000 всадников. По польским данным, 16 000 конных и несколько сотен человек пехоты

[1247]

[Biskup M Trzynastoletnia Wojna. S. 764. Voigt J. Geschichte Preussens. Bd. 8. S. 403.]

направились к осаждённому городу. Подойдя к Коницу (17 сентября), поляки разбили лагерь. Неожиданно выяснилось, что на подходе 9-тысячное войско наёмников под командованием герцога Рудольфа фон Загана. Король решил дать сражение в окрестностях Коница, отвергнув советы своих воевод, предлагавших пропустить врага в город, окружить и вынудить его к сдаче или отступить от города и дождаться подхода из Польши 5-тысячного арьергарда и двигавшихся к городу данцигцев.

Не ожидая подхода подкреплений, король 18 сентября выстроил свою армию в боевой порядок, поставив отряды великопольской рыцарской конницы в первые ряды. Хоругви возглавляли люди, блиставшие в королевстве своим знатным происхождением и значением. Но как утверждает И. Фойгт, в военном деле они были абсолютно бездарны: "Такие, как Николаус Жерленский, Станислаус из Остророг, воевода Калиша и другие"

[1248]

[Voigt J. Geschichte Preussens. Bd. 8. S. 403.]

. В этот день войско наёмников под командованием герцога Рудольфа фон Загана и Бернхарда фон Цинненберга (Шумборского) после дневного марша подходило к городу. Отряды состояли из опытных солдат с хорошей артиллерией, а также с немецкой кавалерией. М. Бискуп говорит о 9 тысячах конных и 6 тысячах воинов пехоты

{147}

. Рудольф фон Заган и Бернхард фон Цинненберг (Шумборский) ещё не знали о присутствии в окрестностях города короля. Пройдя 4 мили (около 30 километров), ближе к вечеру они наткнулись на врага и с марша стали разворачивать свои войска. Казимир, предупреждённый разведкой о подходе врага, подготовился к нападению. Надеясь на усталость противника и своё превосходство в силах, поляки решили атаковать в этот же день.

(Приложение 16, с. 1070.)

Конная атака поляков оттеснила наёмников к обозу, но не принесла успеха. Рудольф фон Заган и отряды чехов и немцев выстояли и перешли в наступление.

Герцог

Рудольф фон Заган

Вскоре герцог был сражён в бою, и командование перешло к Бернхарду фон Цинненбергу (Шумборскому)