Немецкий орден

[1079]

[Ibid. S. 452–455.]

.

Цеховое и ремесленное дело.

К середине XIV в. купцы и крупные торговцы выделились из городской общины, а ремесленники, как и в Германии, теснее объединились в закрытые ремесленные союзы. Постепенно оформлялись внешние формы гильдий и ремесленных цехов, появлялись первые законы и решения общин. Своё полное развитие ремесленное и цеховое устройство в Пруссии получит только в XV в.

В основу цехового устройства в Пруссии, как и везде, на начальном этапе формированиия легли два элемента — церковный (духовный) и корпоративный. Отмечание церковных праздников и корпоративных пирушек предписывало членам цеха определённое поведение. Прежде всего, это относилось к качеству их изделий, а также всему, что касалось интересов всего цеха в целом, его чести и преуспевания. Цехам предписывались решения городской общины с привлечением-совета и старосты города, с согласия и одобрения комтура, но чаще всего по собственному ходатайству самого ремесленного цеха.

На начальном этапе гильдия состояла из мастеров разного профиля. Только тот, кто имел гражданские права, незапятнанную репутацию, был безукоризненным в поведении, являлся образцом трудолюбия и владел определённым состоянием для ведения своего дела, мог попасть в мастера своего профиля. Мастера образовывали правление всей гильдии.

Обработка янтаря

Из них избирались стоявшие во главе объединения два цеховых старосты, присяжные мастера, присяжные гильдии, называемые присяжными старостами. Они давали клятву вести надзор за гильдией, поддерживать её честь, представлять её интересы и везде содействовать её пожеланиям и преуспеванию. Для товарищей по цеху они являлись "полицией нравов", и все были обязаны реагировать на их замечания. Мастера — цеховые старосты были подотчётны совету города. Они смотрели за качеством работы и могли в виде наказания "его ремесло закрыть", и наказанный не имел права без их разрешения открыть его заново. При первой же необходимости они созывали собрание цеха, а тех, кто не являлся, строго наказывали. Они также следили за порядком во время праздничных и корпоративных собраний товарищей по цеху.

Четыре собрания в год, на которые являлись только мастера, назывались "утренними цеховыми собраниями". На них обсуждали важнейшие дела товарищества, затем следовали пирушки, но в меру и прилично, по поводу чего имелись строгие законы. Ещё чаще собирались товарищи по цеху на брудербир (братское пиво), в котором принимали участие все мастера; здесь также сохраняли порядок и приличия. Быть исключённым из участия в этом "братском пиве" означало изгнание из гильдии. Что касалось дел церковных, то во всех законах гильдий уделялось большое внимание торжественному погребению и дальнейшей заботе о спасении душ умерших членов. Членство в гильдии распространялось и на всю семью ремесленника, в том числе на детей. Каждая гильдия имела собственную кассу взаимопомощи, её называли Buchse (кружка для сбора денег), Burse (кошелёк) или Börse (кошелёк, биржа), в ней накапливалась часть денег за штрафы. В случае болезни товарища по работе ему выдавали из этой кассы необходимую поддержку.

Все важные изменения в цеховом устройстве контролировались государственной властью (орденом). Власть давала членам ремесленного союза законы, увеличение зарплаты и повышение цен на товары, они действовали только с её одобрения. Она также определяла, какое количество лавок каждого цеха содержать в городе и на каком расстоянии за пределами города торговля запрещалась. Ордену также доставался процент с "лавочного налога", собираемого с ремесленных лавок и торговых палаток

[1080]

[Ibid. S. 455–457.]

.

С середины XIV в. бюргерское сословие в больших торговых городах, благодаря проникновению в мировую торговлю, постепенно начало осознавать собственную значимость.

Верховные права (регалии) ордена

Как сюзерен страны, орден имел определённые права, так называемые регалии, данные ему императором Фридрихом II в "Золотой булле". К ним относились и судебные права.

Судебные права. Высшая подсудность.

В качестве правителя Пруссии действовал орден, который часть своих прав передал верховному магистру, являвшемуся высшим судьёй в стране. Магистр мог использовать это право сам или передавал его исполнение другим. И то и другое происходило и в городах, и в деревнях. На селе орден действовал через своих комтуров как глав судебной инстанции или поручал через местных судей и местные тинги (Landding) созывать рыцарские суды и рыцарские скамьи (Banke). Он также наделял правом исполнять судебную власть крупных землевладельцев и сельских старост.

Каждый комтур в своей округе (комтурстве) являлся главным судебным чиновником. На эту инстанцию опирались судебные исполнители, землевладельцы и сельские старосты. Каждый комтурский замок имел так называемый Richthof (суд) для тех судебных дел, которые орден полностью оставил за собой. К ним относились, прежде всего, судебные дела, касающиеся проживавших в округе пруссов и славян. Орден опасался субъективных решений и никогда не позволял немецким старостам или немецким владельцам ленов осуществлять над ними свой суд. Для этого комтур использовал так называемые прусские и польские суды. Он имел исключительное право подсудности над пребывавшими на его территории гостями и иностранцами. Орден также оставлял за собой право судебного приговора в "дорожном суде", где рассматривались совершённые преступления и нарушения на открытой дороге. Он пользовался исключительным правом подсудности над своими ленниками (вассалами), рыцарями и кнехтами страны и поместной (сельской) знатью, которая не могла подчиняться другому суду.

Кроме того, для местных рыцарей имелся особый миттель герихт (Mittel Gericht) — средний, центральный, посреднический суд. Если происходили случаи, где по древнегерманскому правовому положению суд происходил среди равных, то для принятия решения достаточно было местного (земельного) права. В серьёзных криминальных делах разбирался особый, так называемый рыцарский суд, рыцарская скамья или местная (земельная) скамья (Landbank). На эти процессы верховный магистр приглашал определённое число судей, рыцарей и кнехтов из местности, в которой проживал подсудимый. Приглашенные и обвиняемый предупреждались, что в случае неявки им отказывается в правах орденских ленников. Если рыцарская скамья проводилась при орденском дворе, значит, преступление совершил рыцарь этого Дома

{121}

. Обвиняемому полагалась защита и оправдательная речь, а также, вероятно, очищение через клятву. Если этого было недостаточно, то своё решение объявлял рыцарский суд по рыцарскому праву, которому обвиняемый должен был беспрекословно подчиняться. Если тот трижды не являлся по вызову на объявленную рыцарскую скамью, то рыцарским судом ему объявлялась опала (изгнание) и изъятие всех его владений в качестве наказания. Местный судья всегда был главой рыцарского суда, но, как правило, комтур Дома, где собиралась рыцарская скамья, принимал участие в определении вынесенного решения. Рыцарские суды в XIV в. были крайне редки, намного чаще они проходили в XV в.

Постоянный земельный суд назывался по городу, где имел свою резиденцию. В каждом судебном округе земли находился так называемый местный (земельный) тинг, состоявший из судьи и обычно 12 шёффенов (судебных заседателей), в большинстве своём рыцарей, знатных владельцев имений или знатных ленников округа. Их выбор происходил в их собственной среде и утверждался орденом. Если рыцарский суд собирался в исключительных случаях, то местный тинг (суд) действовал постоянно. На нём преимущественно разбирались дела, связанные с земельной собственностью, к ним относились: продажа имений, обмен владений, пересмотр границ, опекунские отношения и т. д. По этим делам выносилось решение с публичным объявлением. Через местный тинг договоры о владении и собственности получали свою юридическую силу. В спорных вопросах решения выносились преимущественно по Кульмскому праву, однако верховный магистр мог обжаловать судебный приговор. Таким образом, над всем сословием землевладельцев и ленников стояли три судебных органа (инстанции) — комтур, рыцарская скамья и местный тинг, выносившие приговоры и вершившие право.