Клятва двумя клинками

Глава 20: Протокол: Объект №1

Ночная казарма лежала в темноте почти неподвижно. Воздух был тёплый, тяжёлый, пропитанный запахами мокрой шерсти, старой кожи, железа, мыла и пыли. Койки стояли рядами. Люди спали по-разному: кто-то тихо сопел, кто-то посвистывал носом, кто-то бормотал во сне.

Где-то в глубине коридора щёлкнул замок.

Звук был тихий, но в общей тишине прозвучал чётко. Затем послышались шаги. Аккуратные, размеренные. Двое солдат шли между рядами коек с фонарями. Свет скользил по лицам спящих, выхватывал чьи-то брови, раскрытые рты, шрамы, волосы — и тут же уходил дальше.

Они дошли до дальнего угла.

Один из солдат остановился и опустил фонарь ниже.

— Узумаки Наруто, — сказал он негромко, но слишком официально для ночи. — Подъём. Командир вызывает.

Наруто лежал развалившись, как человек, который за целый день заслужил сон и не собирался уступать его без борьбы. Он перевернулся на спину, зажмурился от света и пробормотал:

— Эй… что за дела? Сейчас же не подъём. Может, вы ошиблись? Здесь людей полно. Может, вам нужен другой Наруто? Такое бывает, даттебайо.

— Встань, — повторил солдат. — Штаб. Немедленно.

На соседней койке уже сидел Леви.

Сидел прямо, спокойно, слишком собранно для человека, которого только что подняли. Одеяло лежало на плечах ровно. Сапоги стояли на полу там же, где он оставил их вечером. Лицо было бодрым и холодным, как будто он не спал вовсе.

Он посмотрел на солдата.

— Куда?

— Штаб Разведкорпуса. Приказ командира. Только он.

Леви сразу спустил ноги с койки.

— Я с ним.

Старший солдат чуть выпрямился.

— Приказ другой. Только объект.

Наруто сразу сел на краю койки и скривился.

— Объект у тебя в голове. Я человек, понял? Че-ло-век. У меня имя есть. Узумаки Наруто.

— Поздравляю, человек, — равнодушно сказал солдат. — Пошли.

Наруто спрыгнул на пол, зевая так широко, будто хотел проглотить и фонарь, и его хозяина. Леви перехватил его за рукав.

— Не нравится мне это, — сказал он тихо.

— Да мне тоже не нравится, — горячо прошептал Наруто. — Вообще всё не нравится. Ночь, люди с фонарями, слово “объект”. Всё это звучит как очень плохой план. Но если я не пойду, они будут стоять тут и нудеть, пока не перебудят всю казарму. А потом начнутся вопросы. А я терпеть не могу вопросы, когда сам не знаю ответов.

Леви смотрел на него спокойно.

— Я могу не пустить всех.

— Можешь, — согласился Наруто.

Потом быстро улыбнулся, чуть устало, но искренне.

— А потом тот длинный сверху повесит нас обоих, и это будет ужасно неудобно объяснять. Я сходить и вернусь. Правда. Если будет что-то подозрительное, ты всё равно это почувствуешь. У тебя лицо такое, будто ты и чайник подозреваешь.

Он положил ладонь на руку Леви и коротко сжал.

— Я быстро.

Леви немного помолчал.

— Я всё равно пойду, — сказал он. — Позже.

Солдаты переглянулись. Один уже развернулся к выходу.

— Пошли, крыса, — бросил он через плечо. — Смит любит работать ночью.

— Передай ему, что это вредно для кожи, — буркнул Наруто. — И для характера. Людям надо спать.

Он пошёл за ними.

Леви остался стоять в проходе и слушал, как шаги уходят по коридору, как фонари становятся дальше, как казарма снова начинает дышать своей сонной жизнью.

Потом медленно сунул ноги в сапоги.

Наклонился.

Поднял из-под койки узкий нож — тот самый, который Наруто когда-то сделал для него. Несколько секунд подержал в руке, чувствуя холод металла, потом спрятал за пояс и двинулся следом. Шёл так тихо, что даже пол не выдал его ни одним лишним скрипом.

Коридоры штаба Разведкорпуса оказались совсем не похожи на казарму. Если там пахло жизнью — потом, шерстью, мазью, старым деревом, — то здесь воздух был сухой и аккуратный. Бумага. Масло для ламп. Чистый камень. И ещё что-то почти неуловимое — осторожность.

Наруто шёл между двумя солдатами и чувствовал себя грузом, который решили перевезти ночью, чтобы никто лишний не задавал вопросов. Один шёл впереди, второй сзади. Фонари горели ровно. Свет лежал на стенах без игры, без лишних теней.

Наруто вертел головой, разглядывая чистые стены, таблички на дверях, пол, который блестел так, будто его натирали из личной преданности уставу.

— Ого, — сказал он наконец. — У вас тут прямо чисто. Очень чисто. Можно в полу отражаться. Если бы я хотел. И если бы тут был суп.

Старший солдат не обернулся.

— Здесь так положено. Командир любит порядок.

— Я тоже люблю порядок, — сразу заявил Наруто. — Особенно такой, где меня не бьют, не таскают ночью по коридорам и не называют объектом.

Они поднялись по каменной лестнице. Потом ещё по одной. Потом пошли по более узкому коридору, где двери стояли чаще. На табличках было написано: «Архив», «Интендант», «Комната совещаний».

Наконец они остановились у двери с простой надписью: «Командир».

У стены рядом с дверью уже стоял Леви.

Невысокий, в мешковатой форме, спокойный до наглости. Он слегка повернул голову, как будто встретил знакомых в совершенно обычном месте.

— Заблудился, — сказал он. — Иду по коридору. Всё время оказываюсь здесь.

Солдат впереди остановился.

— Ты должен быть в казарме.

— Я был.

— Приказ был — только он.

— У меня тоже приказ, — сказал Леви. — Моей головы.

Наруто оживился.

— Да. У него голова очень упрямая. Если решила идти — идёт. Я проверял.

Старший солдат устало вздохнул.

— Можешь стоять здесь. Но внутрь не зайдёшь. Пока не позовут. Если полезешь сам — отвечать будешь перед командиром лично.

Леви посмотрел на дверь.

— Люблю личные разговоры.

Наруто быстро перевёл взгляд с него на дверь.

— Только не устраивай тут ничего страшного, ладно? Иногда люди правда хотят просто поговорить. Словами. Такое бывает.

— Иди, — коротко сказал Леви.

Солдат постучал.

Из-за двери донеслось глухое:

— Да.

Дверь открылась.

— Вперёд, объект, — сказал солдат.

— Я всё ещё человек, — буркнул Наруто. — На всякий случай напоминаю.

Он вошёл.

Дверь закрылась мягко.

Кабинет Эрвина был аккуратным до подозрительности. Небольшой, но не тесный. Стены почти полностью занимали карты — большие, старые, с пометками, крестами, линиями. На одних жирно были отмечены опасные точки за Стеной, на других — маршруты, передвижения, расчёты.

Стол был завален бумагами, но в этом не было хаоса. Каждая стопка лежала на своём месте. Чернильницы, перья, линейки, записки. Всё под рукой. Всё работает.

У окна стоял Эрвин Смит.

Он повернулся на звук двери. Свет лампы лёг на его лицо ровно, без теней. Волосы зачёсаны назад, форма сидит так, будто её шили именно на него. Не было в нём ни показной жёсткости, ни лишней мягкости. Только спокойствие и расчёт.

Он кивнул на стул напротив стола.

— Садись. В суде мы нормально не поговорили.

Наруто подошёл ближе, разглядывая кабинет с тем открытым, почти наглым любопытством, которое у него всегда включалось рядом с властью и странными людьми.