Клятва двумя клинками

— Лампа! — крикнул кто-то сзади.

Под потолком висела обычная лабораторная лампа, подключённая к маленькой катушке, которую ради шутки и на всякий случай запитали от нового блока. Сейчас она вспыхнула так ярко, что один из рабочих прикрыл глаза рукавом. Свет стал белее, резче, живее.

— Работает, — произнёс Леви. — Железо живёт, лампа не падает, потолок на месте.

— И всё это от одной головы, — сказала Ханджи и расхохоталась так, что у ближайшего инженера дрогнули колени. — Официально заявляю: мы изобрели УПМ на идиоте! Точнее, на чакре.

— Надеюсь, ты понимаешь, что теперь все захотят такую игрушку, — заметил Наруто, убирая руку и давая двигателю плавно сойти на нет.

— Понимаю, — серьёзно ответила она. — Но сначала мы проверим, не развалится ли она на первом полёте.

Когда блок немного остыл и его признали условно безопасным, разговор быстро сменился с «что это такое» на «как этим пользоваться». Инженеры спорили о числе потенциальных пользователей с чакрой, о накопителях, о резервах, о том, как бы аккуратно заставить сильных бойцов «сдавать избыток» в систему.

— Представляю новый приказ, — сказал Леви. — «Личный состав: по средам — строевая, по пятницам — зарядка батарей».

— Зато УПМ перестанут зависеть от газовых поставок, — возразил один из инженеров. — Не надо будет держать запасы в подвалах и молиться, чтобы ничего не взорвалось.

— Будем молиться, чтобы ничего не взорвалось в людях, — резюмировал Леви. — Прогресс есть прогресс.

Испытания на реальном полёте решили не откладывать. Чем дольше новая штука лежала бы на столе, тем больше вокруг неё рождалось бы страхов, теорий и лишних вопросов. Блок УПМ перенесли на полигон — площадку со стойками, мишенями, столбами и другими любимыми игрушками тренировочного корпуса. На высоте торчали знакомые крюки, к которым обычно цеплялись новички и иногда зависали там на радость инструкторам. Сегодня, кроме бойцов, на полигоне собрались инженеры с блокнотами и один капитан-разведчик, который делал вид, что оказался тут случайно.

— Ты готов? — спросила Ханджи, закрепляя блестящий, ещё пахнущий лабораторией блок у Наруто на поясе вместо привычной газовой системы.

— Проще, чем в портал прыгать, — пожал он плечами. — Тут хотя бы понятно, куда тянуть.

— Если что-то пойдёт не так, — сказал инженер, проверяя крепления, — постарайся падать на мягкое.

— Покажи, где оно, — попросил Наруто.

— Там, — инженер неопределённо махнул рукой в сторону земли. — Отсюда всё кажется мягким.

Леви стоял рядом, чуть поодаль, чтобы не мешать проверке ремней и тросов. Он окинул взглядом крепления, убедился, что металл не люфтит, и проверил страховой ремень, который обычно вешали только новичкам.

— Вешайте два, — велел он. — Один для него, второй для моей совести.

— Капитан, — возмутился Наруто, — я вообще-то уже несколько лет не падаю случайно.

— Вот и проверим, — сказал Леви. — На случайных падениях прогресс и строится.

— Главное, чтобы прогресс не построился на моих костях, — пробормотал один из солдат в строю.

Когда всё было готово, Наруто отступил на пару шагов, проверяя ход тросов. Новые блоки по бокам пояса казались чуть массивнее обычных, зато молчали там, где старая система всегда шипела. На передней панели каждого стояла небольшая пластина с выжженной спиралью — точка контакта.

— Правило простое, — крикнула Ханджи со своего наблюдательного возвышения. — Хочешь лететь — даёшь чакру. Хочешь нагнуться — не даёшь. Не перепутай, пожалуйста.

— Понял, — кивнул Наруто. — Лечу — плачу, стою — экономлю.

— Экономия — это не к тебе, — буркнул Леви, но уголок рта у него дёрнулся.

Наруто глубоко вздохнул, сложил короткую печать, чтобы стянуть чакру ближе к корпусу, и положил руки на пластины УПМ. Тонкий свет пробежал по пальцам и ушёл в металл. Внутри блоков что-то знакомо загудело, но не так, как газовые клапаны — звук был плотнее, ниже, будто механизм не вздыхал, а просыпался.

— Пошло, — тихо сказал один из инженеров, вцепившись в карандаш. — Показатели… аккуратные.

— Теперь не смотри на показатели, смотри на небо, — отрезала Ханджи. — Взлёт!

Наруто выстрелил крюками в две тренировочные мачты, железо с хлопком вошло в дерево. В тот же миг он резко усилил подачу чакры в блоки. Вместо привычного глухого шипения газа прозвучал короткий, звонкий звук, как от натянутой струны, и ремни дёрнулись. Тело подалось вперёд, земля ушла из-под ног. Он взлетел резко, как всегда, но толчок был другим — без задержки, чище, прямее.

— Есть подъем! — крикнул кто-то внизу. — Система держит!

— Угол! — тут же заорала Ханджи. — Не задирайся, мы ещё не хотим проверять потолок облаков!

Наруто, уже на высоте, отработал привычное движение — отпустил одну руку, выстрелил крюк дальше, перенёс точку опоры. Блоки УПМ ответили сразу, без той микроскопической задержки, которая всегда была у газа. Полёт получился более прямым, дуга — чуть короче, а скорость — ощутимо выше. На земле солдаты зашумели; кто-то попытался повторить траекторию взглядом и потерял его на фоне неба.

— Он летит быстрее, — сухо констатировал Леви, наблюдая из-под ладони. — На полшага, но для боя этого достаточно, чтобы кто-то не успел умереть.

— А двигатель? — почти орала Ханджи, едва различая слова за гулом. — Температура? Подача?

— Всё в зелёной зоне, — отрапортовал инженер, вцепившись в прибор. — Если у нас вообще есть зелёная зона для такого.

Наруто сделал пару кругов вокруг полигона, специально набирая высоту и резко падая вниз, чтобы проверить, как блоки переживают резкие смены потока. Чакра уходила ровно, без провалов; каждый толчок двигателя возвращал его в воздух так, будто УПМ наконец понял, что от него хотят. Он подлетел к одной из мишеней, завис на долю секунды, потом резко ушёл в сторону, проверяя, как сработал бы уход от выстрела. Внизу кто-то уже честно ругался, вспоминая, что в его первые годы службы таких подарков техники не было.

— Эй, — крикнул один солдат, — это нечестно! Ему помогает какой-то невидимый газ!

— Называется «чакра», — ответил второй. — Тоже невидимая, но для тебя дороже.

— Будем брать за прокат, — задумчиво сказал третий. — По минуте.

После десятка манёвров Наруто плавно снизился, отпустив крюки и позволив блокам самим погасить остатки движения. Он приземлился на ноги, слегка проскользил по гравию, но удержался, распрямился и посмотрел сначала на блоки, потом на Ханджи, потом на Леви. Дыхание у него было частым, но не сбитым; лицо — взмокшим, но довольным.

— Ну? — спросил он, хватая воздух. — Как отчёт?

— Летает, — коротко сказал инженер. — Ничего не отвалилось, не загорелось, не взорвалось. Это уже на два пункта лучше, чем наши прошлые попытки.

— Субъективные ощущения? — влезла Ханджи, уже бегущая к нему с блокнотом.

— Быстрее, — ответил Наруто. — Ровнее. Нет задержки. Чувствуется, будто УПМ слушается, а не терпит.

— Значит, второй мир официально согласился крутить наши железки, — удовлетворённо заявила она. — Записываю: «Технологический синтез — первая стадия прошла без жертв».

Леви подошёл ближе, обошёл Наруто кругом, проверяя блоки глазами. Дотронулся до корпуса — металл был тёплым, но не горячим.

— Главное, что ты не свалился, — сказал он. — Всё остальное приложится.

— Если я свалюсь, ты всё равно скажешь, что это плановая проверка, — усмехнулся Наруто.