Не считая собаки

— А если записи погибли при пожаре?

— Тогда добудь мне общий список церковных приходов за 1940 год. Он должен быть в Кентербери точно и еще где-нибудь. Не могли они все пропасть во время блица.

Я подождал, пока наладонник распечатает надиктованное, и оторвал листок.

— Только поскорее.

Каррадерс уставился на распечатку.

— Ты что, предлагаешь мне прямо сейчас ехать?!

— Ну да. Дело срочное. Если я прав, епископский пенек будет у нас к освящению.

— Тогда ноги в руки, — с издевкой напутствовала Уордер. — Оно через два часа.

— Освящение? — оторопел я. — Не может этого быть. — И тут я наконец догадался задать вопрос, который не задал, выйдя из сети. — Какое сегодня число?

С охапкой факсимильных листов вбежала Верити — успевшая переодеться в современное платье и тенниски. Да, ноги длинные и стройные, как мне и представлялось.

— Нед, мы попали к самому освящению!

— Сам только что узнал.

Я соображал, что теперь делать. Я-то думал, у нас будет пара дней на сбор улик, а оказывается, едва хватит времени сгонять в Ковентри…

— Я могу помочь? — спросила она.

— Нам нужно доказательство, что диссонанс устранен. Я хотел послать Каррадерса…

— Давай я съезжу, — предложила Верити.

Я покачал головой.

— Некогда. Во сколько начало? — уточнил я у Уордер.

— В одиннадцать.

— А сейчас?

— Четверть десятого.

Я оглянулся на Ти-Джея.

— Вам еще долго?

— Минуту, — ответил Ти-Джей, бегая пальцами по клавиатуре. — Все.

Он нажал «возврат», координатные колонки пропали, и появилась модель.

Не знаю, что я ожидал увидеть. Бесформенная масса на экране ничем не отличалась от предыдущих — такая же туманная и зыбкая.

— Вы только посмотрите! — присвистнул Ти-Джей и нажал еще несколько кнопок. — Вот новый фокус. А вот модель с тем котелком из Ватерлоо.

Он скомандовал что-то в раструб, два серых пятна наложились друг на друга, и даже мне стало понятно, что они совпадают.

— Сходится? — спросила Уордер.

— Да, — задумчиво кивнул Ти-Джей. — Если не считать мелких отличий. Сдвиг в эпицентре не такой сильный, к тому же нет идентичности вот здесь и вот здесь, — тыкая в одному ему известные точки, показал он. — И еще непонятно, что вот это такое. — Он снова куда-то ткнул. — Но самокоррекция определенно имеет место. Видите, как уменьшаются сдвиги ближе к 1888 году, а потом совсем пропадают…

— Восемнадцатого июня, — выпалил я.

Ти-Джей ввел несколько цифр.

— Восемнадцатого июня. Мне нужно провести проверку сдвигов и вероятностей, тогда выяснится, что случилось вот здесь. — Он обрисовал очередное невнятное пятно. — Однако очень даже похоже, что там имелось расхождение.

— Где? — недоуменно заморгал Каррадерс. — И чем оно вызвано?

— Это тебе и предполагалось установить в Ковентри. — Я посмотрел на уже бесполезные карманные часы. — Только времени нет.

— Как это нет? — вмешалась Верити. — А сеть на что? Пошлем Каррадерса в прошлое.

— Ему нельзя в сороковой, — возразил я. — Он там уже побывал. Не хватало нам еще одного диссонанса.

— Не в сороковой, Нед. На неделю назад.

— Он не может быть в двух местах одновременно, — начал я — и понял, что ему и не придется. На прошлой неделе он как раз был в сороковом, а не в 2057-м. — Уордер, сколько у вас займет рассчитать переброску?

— Переброску? У меня и так три стыков…

— Я отпарю альбы, — пообещала Верити.

— Его нужно отправить на… Как думаешь, сколько тебе понадобится? День?

— Два, — сказал Каррадерс.

— На два дня. Будних. По выходным церковные архивы не работают. И чтобы эти два дня пришлись на то время, когда он находился в сороковом. С возвращением в ту же минуту.

— Где гарантия, что он опять не застрянет в Ковентри? — заупрямилась Уордер.

— Вот здесь. — Я показал на экраны. — Диссонанс устранен.

— Ничего, Пегги, все в порядке, — решился Каррадерс. — Рассчитывай. Распечатка у тебя? — повернулся он ко мне.

Я вручил ему листок.

— И еще кое-что. Мне нужен список руководительниц всех женских церковных комитетов в сороковом.

— Председательницу цветочного можно не искать, я и так знаю, — насупился он. — Эта гарпия мисс Шарп.

— Всех комитетов, включая цветочный, — подчеркнул я.

Верити подала ему блокнот с карандашом.

— Чтобы не возникло соблазна протащить обратно через сеть прошлонедельную бумагу.

— Готово? — спросил Каррадерс у Уордер.

— Готово. — Голос ее звучал обеспокоенно.

Каррадерс шагнул в сеть. Уордер подошла и разгладила ему воротник.

— Ты там аккуратнее, — напутствовала она, вслед за воротником поправляя галстук.

— Да я всего на пару минут, — расплываясь в блаженной улыбке, напомнил Каррадерс. — Да?

— Если нет, — улыбнулась в ответ Уордер, — я сама за тобой явлюсь.

— Глазам своим не верю, — шепнул я Верити.

— Перебросочная контузия, — пожала она плечами.

— Я поставила интервальную десятиминутную, — проворковала Уордер.

— Ни секунды лишней не задержусь, — пообещал Каррадерс. — Иначе не успею пойти с тобой на освящение.

Он заключил операторшу в объятия и надолго приник к ее губам.

— Мне крайне неловко прерывать трогательную сцену, — вмешался я, — но церемония через два часа.

— Хорошо! — буркнула Уордер, разгладила напоследок воротник Каррадерса и протопала обратно за пульт.

Может, любовь и побеждает все, но привычка — вторая натура, так что будем надеяться — Бейн догадается поселиться в Штатах поближе к реке.

Уордер опустила кисею, и Каррадерс исчез.

— Если через десять минут не вернется живой и невредимый, — пригрозила она, — я вас отправлю на Столетнюю войну. — Она повернулась к Верити. — Вы обещали отпарить альбы.

— Сейчас, минуту. — Я выдал Верити один из факсимильных снимков.

— Что ищем? — уточнила она.

— Письма в редакцию. Или открытое письмо. Сам не знаю точно.

Я принялся листать «Мидлендс дейли телеграф». Статья о визите короля, список погибших и раненых, статья с оптимистичным началом: «Повсюду видны обнадеживающие признаки того, что Ковентри возрождается из пепла».

Я взял «Ковентри стэндард». Реклама мешков с песком от ПВО — размеры и качество по госстандарту, тридцать шесть шиллингов шесть пенсов за сотню. Фотография останков собора.

— Вот какие-то письма. — Верити передала мне свою страницу.

Благодарность пожарной службе за проявленное мужество. Потеряна Молли, «рыжая кошечка, последний раз видели вечером 14 ноября на Грейфрайерс-лейн». Жалоба на дежурных гражданской ПВО.

Дверь в лабораторию открылась, и Верити вздрогнула — но это была не леди Шрапнелл, а Финч.

Фрак и голова припорошены снегом, правый рукав мокрый.

— Вы откуда? — полюбопытствовал я. — Из Сибири?

— Я не уполномочен, — отчеканил Финч. — Мистер Льюис, где мистер Дануорти?

— В Лондоне, — ответил Ти-Джей, не сводя глаз с экрана.

— О, — огорчился Финч. — Что ж, тогда передайте… — он настороженно покосился на нас, выжимая рукав, — … что задание выполнено. Хотя пруд затянуло льдом, и температура воды была соответствующая. Скажите, что в итоге… — снова осторожный взгляд в нашу сторону, — … в итоге шесть.

— У меня времени в обрез, — напомнила Уордер. — Вот ваш мешок. — Она подала Финчу большой рогожный сверток. — Правда, в таком виде обратно… Пойдемте, я вас высушу. — Нахмурившись, она повела его в реквизитную. — Я ведь даже не оператор, я только на замене. А мне еще пелены гладить и десятиминутную интервальную держать…