Война на Севере

Кроме того от имени Командующего «Лёгкими силами» на эсминцы «Печора», «Томь» ушло сообщение об усилении наблюдения за морем, с целью недопущения атакподводных лодок противника.

А как только 2 мая в 17.00,пришло сообщение о том, что состоялся бой крейсера «Енисей» и кораблей его сопровождения, с германской эскадрой в составе тяжёлого крейсера и трёх эсминцев типа «Narvik», в результате которого был потоплен «Енисей», повреждён эсминец «Хопёр», настроение Колчина резко упало. У него после торпедирования «Енисея» возникло смутное чувство, что этим случаем, неприятности с кораблями сопровождения арктического конвоя QP-11 не закончатся. Так оно и оказалось, был всё же уничтожен «Енисей» и сильно повреждён эсминец «Хопёр». И вот теперь он корил себя, что лично не остался около «Енисея», может быть всё бы пошло по другому сценарию. Успокаивало только одно – размен, который произошёл во время боя, был выгоден в первую очередь Северному флоту. Тяжёлый крейсер «Енисей» если бы и дошёл до главной базы флота, то встал бы на длительный ремонт – как минимум на 1,5 – 2 года. Уж слишком слаба было ремонтная база у Северного флота. А так получился хороший размен - повреждённый тяжёлый крейсер на германский не повреждённый, к тому же «карманный линкор», с хорошей артиллерией, плюсом шёл уничтоженный так же эсминец, а «Хопёр» хоть и встанет на ремонт, но его до конца лета введут в строй. Да к тому же удалось спасти почти весь экипаж «Енисея», да ещё с немецкого взять пленными порядка 300 матросов.

Внутренний голос говорил ему, что почаще бы были такие размены – глядишь и у Германии не останется крупных кораблей, но такое он в голос бы никогда не сказал.

Налёты немецкой авиации были, но не такие интенсивные, на первый же налёт бомбардировщиков «Юнкерс Ju-88» в количестве 12 самолётов, с «Тобола», который шёл в конце строя конвоя, тут же стартовала пара истребителей «Харрикейн». Опытные лётчики истребители сумели сбить за время налёта два бомбардировщика, ещё два ушли после повреждения моторов, при этом сбрасывая беспорядочно свой бомбовой груз. Конечно, если бы в эти повреждённые машины «Харрикейны»вцепились всерьёз, то они ушли бы на дно моря оба, но лётчики из инструктажей знали, что главное это защита кораблей арктического конвоя, что они и делали, мешая прицельной бомбардировке.

Успехов у немецких пилотов не было, по всей видимости, они уже усвоили, что и тут посередине моря, конвои будут прикрыты истребителями, даже ценой их потерь. А вот самим оказаться посередине моря без помощи, немецкие пилоты не желали, от слова совсем.

По окончанию боя «Харрикейны» по уже отработанной схеме приземлились около своего корабля, по очереди, там их уже ждали и были наготове.

На следующий день в налёт в конце дня прилетело всего лишь шесть «Юнкерс Ju-88», поэтому на «Тобол» пришло указание на старт всего лишь одного истребителя. Зозуля не хотел рисковать ни пилотами, ни истребителями, оставив остальныена всякий случай. Точно так же поступил бы и Колчин, которыймолчаливо одобрил такое решение, смотря на небо в бинокль, приказав усилить контроль и за морем на эсминцах.

Хотя впрочем, тут всем и немцам, в том числе было понятно, что арктические конвои из Союза, как правило, не везут ничего ценного, тут главная ценность это сами корабли, а не груз, а так же эскортные корабли. Хотя, конечно же, говорить категорично, что почти ничего не везли, будет не правильно. Везли - хром, калий, магний, меха, гусиный пух, древесину.

Арктический конвой QP-11 прибыл в Рейкьявик, как и планировалось 7 мая 1942 года в полном составе без потерь корабельного состава. По кораблям эскадры прикрытия был дан трёхдневный отдых. Отсутствие ночи действовало на всех моряков удручающе, их изматывала изнуряющая бесконечность времени, когда день длился долго, а солнце находилось на небосводе постоянно, если только его не скрывала туманная пелена.

А в условиях полярного дня в высоких широтах солнце летом практически не садилось, и спрятаться от немецких самолетов-разведчиков было невозможно, а уйти от них в океан, за пределы радиуса действия, мешали льды. «Ледяной ад» - называли этот маршрут моряки конвоев.

Американские и британские моряки между тем, за последние несколько месяцев уже начали привыкать к тому, что потери корабельного состава во время перехода арктических конвоев – незначительные, советские военные корабли надёжно прикрывают конвои не только на море, но и вдобавок с воздуха.

Удачное проведение весенних арктических конвоев не прошло и мимо морского руководства Великобритании, из-за большой скученности готовых и загруженных транспортов, с грузами для Советского Союза. Там, наконец, приняли решение о проводке самого крупного арктического конвоя, ведь не смотря на то, что арктические конвои прикрывала советская сторона, своими тяжёлыми военными кораблями, пока непосредственно эскорт этих конвоев осуществляла сторона союзников, как впрочем, и командование внутри самих конвоев.

Адмиралтейство Великобритании знало реальный расклад сил здесь на Севере, и прекрасно отдавало себе отчёт в том, что даже потопление «карманного линкора» «Лютцов», это только начало борьбы за господство в северных морях. Уж слишком много скопилось здесь на Севере крупных военных кораблей с каждой из противоборствующих сторон. И успех в морских сражениях, которые непременно тут разыграются в ближайшие полгода, может быть у любой из сторон.

Для немецкой стороны после провала наступления на Москву, когда война против Советского Союза пошла по неожиданному для немцев руслу, началась борьба с конвоями. В декабре 1941 года фюрер впервые заявил, что необходимо «перебросить в Норвегию линейные корабли, как для ее защиты от усиливающегося влияния русских на морях, так и для атак конвоев на Севере». Ему уже в декабре доложили о том, что Советы непонятно каким образом усилили свою морскую группировку на Севере значительным количеством крупных военных кораблей.

Гитлер усилил норвежский рубеж еще и потому, что ему донесли о планах Черчилля высадить на его берегах свой десант.

Итак, арктический конвой PQ-16. В его состав входило 36 грузовых судов, в том числе танкер и Сам-судно «Empire Lawrence», иные из них отходили по морям более двадцати лет, а другие только-только сошли со стапелей, как, например, грузовые суда типа «Либерти».

Возглавлял непосредственно транспорты конвоя, commodore HN Gale на «Ocean voice», опытный моряк, который пользовался большим уважением и беспрекословным авторитетом на флоте, по его приказу судам предстояло совершать маневры во избежание вероятного столкновения с силами противника. Надо отметить, что руководить флотом, состоящим из судов различных типов, с разной маневренностью, было очень сложно.

Полностью сформированный конвой PQ-16 снялся из Hvalford в ночь на 21 мая.

PQ-16 был сформирован в 9 параллельных колонн, идущих фронтом на расстоянии 900 метров друг от друга и 4 рядов в глубину с интервалом между рядами 250 метров. Все сообщения между командиром конвоя и торговыми судами осуществлялись с помощью лампы Алдиса азбукой Морзе, сигнальных флагов международного кода, семафором в случае чрезвычайных обстоятельств. Скорость движения была установлена 8 узлов, и план перехода предусматривал продвижение на север настолько, насколько позволяла ледовая обстановка.

Эскорт состоял из шести эсминцев под руководством Онслоу (RG Onslow) на эсминце «Аshanti» (F-51); четырех корветов; шести сторожевиков, переоборудованных из траулеров; двух кораблей ПВО; одного танкера и спасателя.