Страница 40 из 54
– Рая заварила тебе чай. С мёдом. Говорит, успокаивает, – тихо говорю я, ставя поднос на тумбочку.
Она не отвечает и даже не шевелится. Я вздыхаю и сажусь на край кровати.
– Оль… хоть немного попей. Ведь ты совсем ничего сегодня не ела. Так нельзя.
– Не хочу, – её голос звучит хрипло и тихо, почти шёпотом.
Смотрю на её ссутулившиеся плечи, на прядь тёмных волос, уже отросших и светлых у корней, выбившуюся из-под одеяла. Во мне кипит отчаяние. Я чувствую себя абсолютно беспомощным. Вместо того чтобы уйти, я аккуратно подвинув поднос, чтобы не опрокинуть чашку, снимаю обувь и ложусь рядом.
– Кость…
– Я знаю, – так же тихо прерываю я её.
Осторожно, придвигаюсь поближе и обнимаю со спины, прижимаясь грудью к её лопаткам. Минуту, другую мы молча лежим, так дыша с ней в одном ритме. Замечаю, как постепенно её дыхание выравниваться, а железное напряжение в мышцах спины понемногу уходит. Проходит ещё несколько минут, и она слабо, почти незаметно прижимается спиной ко мне, ища тепло. Это крошечный, но такой важный знак.
– Кость, а что если это действительно они? – вдруг спрашивает она.
– Это не они, Оль. Прекрати накручивать себя. Михаил ведь предупредил тебя в записке.
– Но если это не они, кого тогда завтра похоронят?
– Я не знаю. Если у тебя есть деньги, то найти трупы не проблема. Знаешь, сколько бомжей, беспризорников и наркоманов ежедневно умирает в подворотнях. Достаточно найти подходящих по возрасту и телосложению, а дальше заплатить кому нужно.
– А ты когда-нибудь задумывался: кто та девушка, что лежит в моей могиле? Может, у неё тоже был муж? Дети? Родители?
– Нет, не было у той девушки ни мужа, ни детей. Она была обычной проституткой, которой не повезло с клиентом. Прошу тебя, Оль, не думай об этом, ладно?
– А я не могу не думать. Вдруг её кто-то ищет. Это неправильно, что она лежит в могиле под чужим именем.
– Если хочешь, мы можем попробовать найти кого-то из её родственников?
– Хочу.
– Как скажешь. Только не уверен, что им это нужно.
Проходит не менее пяти минут, прежде чем Оля вновь подает голос:
– Кость, я не смогу туда пойти. Сам знаешь, актриса из меня никакая. Всем вокруг сразу станет всё ясно.
– Маленькая моя, тебя никто не заставляет идти туда. Всем известно, что в последнее время вы с отцом не ладили. Если что, скажу, что тебе нездоровится.
– Значит, ты пойдёшь?
– Придётся. Будет подозрительно, если никто из родственников не придёт. К тому же, я теперь вновь один из директоров холдинга.
– Хорошо.
– А сейчас тебе нужно поспать. Выпей чай, хотя бы пару глотков, он поможет тебе заснуть.
– Ладно, уболтал. Давай свой чай, – развернувшись и приподнявшись на локте, устало улыбается Ольга.
Целую её в лоб, а после ставлю на кровать поднос. Глядя на меня, Оля делает глоток чая. Замирает мгновенно побледнев, а после пулей несётся в ванную комнату, откуда спустя четверть минуты доносятся звуки рвоты.
Чертыхаюсь. Вскакиваю с кровати, от резкого движения кружка с чаем переворачивается, часть содержимого выплескивается на постель, но большая часть лужицей всё же остается на подносе.
– Оль, с тобой все в порядке? – взволнованно барабаню к ней в дверь.
– Всё нормально, – сдавленно произносит она, открывая кран с водой. – Дай мне минутку.
– Может, вызвать врача? – спрашиваю, глядя на бледную как мел жену, когда она, наконец, выходит из ванной.
– Не нужно врача. Это всего лишь токсикоз.
«Две полоски»
Константин
Требуется несколько бесконечно долгих секунд, прежде чем мой шокированный мозг приходит в себя и начинает обрабатывать полученную информацию.
– Токсикоз? – на всякий случай уточняю, всё ещё сомневаясь, правильно ли я расслышал собственную жену. – Но ведь он же только…
– Ага, – устало подтверждает она мою догадку, прижавшись головой к дверному косяку. Ольга выглядит так, словно не спала целую вечность: слезящиеся глаза, тёмные круги под ними, бледная как мел кожа.
Стою словно парализованный, сердце колотится, а внутри всё смешано: радость, страх, сомнения.
– Ты уверена?
– Более чем, – уголки её губ подрагивают, растягиваясь в едва заметной улыбке.
Она протягивает мне тест на беременность, на котором отображаются две чёткие бордовые полоски.
Смотрю на него. Кручу в пальцах, ещё не до конца осознавая, что вскоре вновь стану отцом. Да только для меня это всё равно что в первый раз. Без всякого сомнения я желал этого. Меня не было рядом, когда Оля ходила с Серёжей. И я хотел пережить, прочувствовать, так сказать, вместе с любимой женщиной каждое мгновение её беременности. В прошлый раз я всё пропустил. Если честно, я не раз представлял, как Моя девочка будет выглядеть с округлившимся животом, как внутри неё будет расти и развиваться наш малыш, но не ожидал, что это произойдет так скоро. Сейчас, когда эта новость стала реальностью, чувствую себя немного растерянно. С одной стороны чертовски рад этому. С другой – во мне бушует целый ворох из различных страхов и сомнений. А в голове крутится множество вопросов: А вдруг я поторопился обзавестись ещё одним ребёнком? Признаться, это было не совсем обдуманным и взвешенным решением, а скорее сиюминутным порывом спровоцированным ревностью и желанием доказать всему миру. что эта женщина принадлежит мне. Но правильно ли это? Учитывая, что пока мы вынуждены жить в чужом доме под присмотром охраны, без которой не можем ступить и шагу, потому что это небезопасно. Наша жизнь – это постоянный стресс, опасность, невозможность дышать полной грудью. Каждый день – испытание на прочность. И в это я принёс новую жизнь? Какой я эгоист! Как это отразится на ней? На ребёнке? Вдруг из-за всех этих нервов… Нет, даже думать страшно.
– О чём задумался, Авдеев? Ты не рад? – её голос, тихий и неуверенный, возвращает меня в реальность. Оля смотрит на меня, и я вижу в её глазах не только усталость, но и страх. Она ждёт моей реакции. Ждёт поддержки. А у меня внутри одна лишь паника.
– Не говори глупостей, Оль. Конечно, я рад, – заставляю себя улыбнуться, не хочу, чтобы она заметила мои внутренние метания. Ей без того сейчас не легко.
Делаю шаг навстречу и крепко обнимаю её. Зарываюсь носом в растрёпанные волосы, вдыхая сладковатый аромат шампуня. Прокладываю дорожку из лёгких поцелуев от виска до любимых губ, на которых отчётливо ощущается привкус мятной зубной пасты. Беру в ладони её лицо, заставляя посмотреть на меня.
– Я правда очень-очень рад, – повторяю, глядя в серые, как бездонное озеро, в которых отражается ночное небо, глазах. В них я тону, как тонут мои мысли и сомнения. – …просто я подумал, что стоит поторопиться с отделкой в новом доме.
Ольга тихо смеётся, и в её улыбке появляется чуть больше жизни, чем было минуту назад.
– А если честно, – добавляю я, прижимаясь своим лбом к её. Из груди вырывается нервный смешок. – …то я немного в шоке.
– Я тоже, – выдыхает она. – Да, мы говорили об этом, но всё равно как-то неожиданно.
– Как давно ты узнала?
– Сегодня утром сделала тест. Меня уже третий день мучает тошнота. В особенности по утрам. Вот и решила проверить свою теорию. Помнится с Серёжкой у меня всё точно так же начиналось. Воротило от любого запаха.
– Так значит, ты поэтому не спускалась на кухню?
– Угу, – кивает она и кладёт голову мне на грудь. Прижимаю её к себе.
– А почему мне сразу не сказала?
– Думала сделать это в немного другой обстановке. Скажем, в более радужной. Но уж точно не планировала рассказывать при таких обстоятельствах.