Страница 1 из 54
Пролог. Ольга
Щемит в душе тоска,
Мне растерзала душу.
Так хочется кричать
Излить всю боль наружу.
Что сделать нужно мне?
Чтоб резко полегчало?
Не думать о мечте?
Начать всю жизнь сначала?
Ответов не найти,
Как излечить мне душу.
Кричи, хоть не кричи,
Не выйдет боль наружу.
Автор стихов: Ирина Красикова
Прошло уже больше трёх лет, а я до сих пор вздрагиваю от любого резкого звука. Каждая ночь для меня – испытание, ведь стоит только заснуть я вижу… его. Как на повторе, снова и снова возвращаюсь в тот роковой день.
Словно наяву перед глазами встаёт одна и та же картина:
Говоря с кем-то по телефону, Авдеев выходит из офиса и идет в сторону машины. Понимаю, что если он уедет, то я не успею его предупредить.
Срываюсь на бег.
Кричу его имя, но он не слышит. Я ещё слишком далеко. На другой стороне улицы.
Спотыкаюсь. Падаю, проехавшись вперёд на четырех конечностях по асфальтированному покрытию, сбивая в кровь кожу.
К черту боль! У меня нет ни одной лишней секунды. Поднимаюсь и бегу что есть мочи.
Костя подходит к своему Гелику. Дёргает на себя дверную ручку, открывая водительскую дверь.
– Ко-о-остя! – кричу так громко, что горло начинает саднить.
В этот раз муж оборачивается. Наши взгляды встречаются. Чувствую облегчение от осознания, что я всё-таки успела. Костя смотрит с удивлением и неверием. Одними губами произносит моё имя и … раздаётся взрыв!!!
Просыпаюсь от собственного крика с мыслью: Если бы я только успела.
Сердце колотится как заполошное. На лбу холодная испарина. Кажется, до сих пор чувствую на языке этот сладковатый, тошнотворный привкус гари и отвратительный запах жжёной резины, от которого фантомно сводит легкие.
Каждый раз я задаюсь вопросом: Чтобы бы было, будь в моём запасе всего лишь одна минута? Спасла бы я его? Или мы погибли бы вместе? Скорее всего второе, но это лучше, чем жить без него.
Меня знобит, но я всё равно заставляю себя встать с кровати и открыть настежь окно. Холодный морской воздух холодит кожу, и я покрываюсь мурашками. Закрываю глаза, вспоминая как правильно дышать: Вдох. Пауза. Считаю до четырёх. Выдох. Считаю до четырёх, и так до тех пор, пока сердцебиение не приходит в норму.
Бесконечные панические атаки стали спутниками моей жизни. День ото дня учусь с ними бороться и не всегда выходит. Хорошо, что большинство из них случаются по ночам, и не приходится объяснять окружающим, отчего они у меня. Да и разве в это кто-нибудь поверит? Вся моя прежняя жизнь звучит как дерьмовый сценарий малобюджетной драмы.
Ещё несколько лет назад я звалась «Золотой молодежью». У меня было всё, что только можно пожелать, а сейчас… Кручусь между столами с подносом, обслуживая других. Терплю пошлые шуточки и сальные взгляды посетителей бара. Мило им улыбаюсь в надежде, что те оставят побольше чаевых, и мне не придётся брать дополнительные смены, чтобы рассчитаться за съёмное жильё. А всё из-за него, из-за треклятого АИСТа.
Боже, как я его ненавижу!
Ненавижу, каждой клеточкой своего тела. Он отнял у меня всё! Всех моих родных: деда, обоих родителей, но самое главное – Костю. Отца моего ребёнка и человека, которого я любила… люблю, больше всего на свете.
Да будь проклят этот АИСТ вместе с Голщиным!
Мне не нужны ни их деньги, ни акции. Из-за них они убили моего мужа, но я не позволю этим алчным тварям добраться и до моего сына.
***
Пистолет ложится в руку как влитой. Чувствую его приятную тяжесть. Снимаю затвор, прицеливаюсь и стреляю по мишеням. Звук выстрела заполняет пространство вокруг и отзывается в груди болезненным толчком.
Пули пробивают воздух, и я наблюдаю, как они точно попадают в цель, оставляя на мишени чёрные дыры. Знаю, что должен сохранять спокойствие и концентрацию, но это не так-то просто, ведь вместо мишеней я всегда представляю лица своих врагов. Алчных тварей, что отняли у меня всё, лишив единственного ценного, что у меня было. Но ничего. Придет день, и я заставлю их умыться собственной кровью.
Делаю паузу, чтобы сосредоточиться. Чувствую, как адреналин растекается по венам, наполняя мускулы энергией. Прежде, чем вновь нажать на курок, на миг прикрываю глаза, выравнивая дыхание, а уже потом прицеливаюсь.
Пах! – раздаётся следующий выстрел.
Я не слышу шаги, но где-то на инстинктивном уровне ощущаю, что кто-то приближается. Поворачиваю голову и вижу, как к месту стрельбы подходит Фёдор. Мужчина останавливается на безопасном расстоянии и внимательно наблюдает за моими действиями. Я не отвлекаюсь, продолжаю стрелять: Пах, пах, пах, пах! И так до тех пор, пока не опустошаю всю обойму.
Барышев берёт бинокль и глядит через него на мишени.
– Неплохо, – комментирует он своим ледяным тоном. – С каждым разом твои навыки становятся всё лучше. Часто упражняешься?
– Каждый день, – бросаю я, не глядя на него.
– Мои парни говорят, замотал ты их в спортзале.
– Жалуются что ли? – усмехаюсь, глядя на Федора.
– Тобой движет месть, я понимаю. Но пацаны мои не причём. Им спорта и на тренировках хватает. Думаешь, их Рустам не гоняет? Да и ты, завязывай себя изводить.
– А что тут ещё делать? Я ж в этом доме как в тюрьме, – произношу я с легкой горечью в голосе, чувствуя, как напряжение нарастает.
Барышев медленно кивает, его взгляд не отрывается от мишеней. Он, похоже, понимает, что я чувствую, но его лицо остаётся непроницаемым.
– Ты не один, – говорит он, наконец. – У нас есть дела, которые требуют твоего внимания. Месть – это хорошо, но не забывай о своих первоначальных целях.
Поворачиваюсь к нему и в его глазах читаю что-то большее, чем просто дружеское сочувствие. Он знает, что я на грани.
– Ты не понимаешь, – отвечаю я, сжимая кулаки. – Они забрали у меня всё, что было дорого.
Фёдор вздыхает, как будто собирается сказать что-то важное.
– Я тебя отлично понимаю, просто помни, что месть – это не единственный путь. В одиночку ты наломаешь дров, а я не для того вытаскивал твой зад с того света, чтобы сейчас ты бросался на амбразуру. Остынь. Мы можем действовать иначе. Есть другие способы, чтобы достичь своей цели.
Сверлю его взглядом, хоть и знаю, что он прав, но внутри бушует огонь, который так просто не погасить.
– Ты предлагаешь мне забыть о том, что они сделали? – спрашиваю я, не скрывая сарказма.
– Нет, – отвечает Фёдор, – я предлагаю тебе использовать это в своих интересах. И именно поэтому я здесь.
– Говори, – раздражённо велю я, понимая, что всё это время Барышев ходил вокруг да около.
– Мои люди вышли на след твоей жены. Время пришло – ободряюще говорит он, кладя руку на моё плечо и слегка сжимая его. – Пора воскреснуть, Феникс.
«Тени прошлого»
Ольга
Я всё еще помню тот момент, когда мой мир рухнул. Те люди, кого я считала своими близкими, предали меня, тем самым преподав мне особый жизненный урок – не доверяй никому, кроме себя. Костя был единственным человеком, кому я должна была безоговорочно верить, но я слишком поздно это поняла. Позволила нашим врагам разлучить нас. За что и поплатилась.
В первые месяцы после взрыва я не жила – я существовала. Все происходящее казалось мне страшным сном. Бесконечным кошмаром, из которого я никак не могла пробудится. Моё сердце разрывалось от боли каждый раз, когда я вспоминала те счастливые месяцы, что мы прожили вместе. Каждый момент – улыбка, прикосновения, наш безудержный секс, нежные слова, что Костя шептал мне перед сном — всё это накрывало меня, волной. Я не могла сдержать слёзы, и они лились из глаз, будто им не было конца. Затем внутри появилась такая давящая, жгучая пустота, что хотелось выть. Моя душа превратилась в решето, состоящее из рваных ран, которые стали затягиваться только после рождения сына. Уж не знаю, как мне удалось его выносить при всём том стрессе, который я пережила, но, по всей видимости, наш малыш оказался куда сильнее, чем его мама. Только ради нашего Серёжки, которого назвала в честь своего деда, я живу и дышу на этом свете.