Пират

Натянула непослушные губы в улыбке:

— Да, он уже внутри, ты же знаешь, что папа всегда заранее любит узнавать, где мы будем, он волнуется, чтобы нам было удобно.

Получилось.

Стив замолчал, уставившись в окна, а я перевела взгляд на людей перед нами. Время на табло стремительно уменьшалось, а сама очередь — нет. Это не нравилось.

«Но ведь если у всех здесь есть билеты, то нас точно пропустят?»

Сместилась ещё раз — и по всему космопорту разнёсся звуковой сигнал, привлекая внимание. Люди подняли головы, прислушиваясь к словам, что проговаривал равнодушный механический голос:

— Внимание! В связи с тем, что ситуация катастрофически ухудшается, посадка на средства для пересечения воздушного пространства этой планеты завершается. Последующие вылеты будут проведены только после разрешения и разблокировки воздушного пространства. Благодарим за внимание!

Когда голос перестал звоном отдаваться в ушах и до людей начал доходить смысл сказанного, всё вокруг завертелось. Стоящие перед нами начали давить стоящих перед ними, стремясь ускорить посадку и вынуждая стюардов их утихомиривать. Но людей было намного больше, чем охраны, и, так или иначе, сначала одни, затем другие прорывались внутрь.

Раздавались предупреждающие команды, но они тонули в возмущении и оре. Народ в один момент превратился в обезумевшую толпу. Я обернулась на шум и увидела, что в нашу сторону бегут ещё люди, которые заметили открывшийся вход и корабль, способный их забрать.

Решение пришло само. Я поддалась этой животной волне, в которую превратились прежде спокойные и чинные люди, и бросилась вперёд, подхватывая на ходу брата и сумки. Людей было слишком много, паника росла с каждой секундой, и прорваться вперёд никак не получалось. Чувствовала, как брат прижимается ко мне, сдавленный чужими телами, и судорожно искала выход.

«Он должен быть…»

Что-то зацепилось за болтающуюся шлейку сумки, и, как ни дёргала её, освободить не получалось. Наклонилась, с трудом протискиваясь вниз, чтобы понять причину — и вдруг увидела.

Вот он. Выход.

Мы с братом были достаточно юркими и худыми, чтобы проползти под ногами. Да, придётся бросить сумку папы… но ценного там почти ничего не было. Быстро, пока не передумала, раскрыла её, достала паспорт и билет папы, вместе с остатками еды и одеялом. В мою сумку лезть было неудобно, ближе оказался рюкзак брата. Потянула его за шлейку, вынуждая Стива наклониться, дёрнула молнию и открыла внутреннюю часть. Всё запихнула внутрь, безжалостно выкидывая мешающие упаковки с конструктором.

«Он и их тянул?»

— Стив!

Закрыв рюкзак, схватила брата за плечи и поймала его взгляд, стараясь смотреть спокойно и уверенно, хотя каждой клеточкой чувствовала, как время утекает сквозь пальцы.

«Не сейчас. Позже…»

— Слушай меня внимательно. Мы должны сейчас, быстро-быстро и ловко, как мы играли дома, проползти мимо всех вперёд и зайти в ту дверь, куда все так стремятся. Понял? Я тебя спрашиваю, ты понял?

Встряхнула брата, который завис на месте, и тот закивал.

— Повтори! — Строго и спокойно, так, как сказал бы папа.

— П-проползти до двери.

— Правильно. Ты поползёшь первый — ты более юркий и мелкий, тебе будет легче. Я за тобой, тебя подстрахую.

Я слышала и чувствовала, как со спины на нас давят всё сильнее, и удерживаться на корточках становилось всё труднее. Не тратя больше ни секунды, опустилась на пол полностью, замечая достаточный просвет в этой мешанине ног, и скомандовала, похлопав Стю по спине:

— Давай! — Пришлось надавить на чьи-то ноги, чтобы на меня не наступили.

Брат поначалу неуверенно пополз вперёд, но после, всё больше приспосабливаясь, почти интуитивно чувствовал, куда сместиться. Я ещё во время игры постоянно завидовала его чутью, и вот сейчас оно Стиву очень пригодилось. Мне было намного сложнее: я не такая маленькая и ловкая, даже без этой огромной сумки, которая осталась валяться на полу. На меня часто наступали, пинали и спотыкались, особенно когда приходилось пролезать в совсем узкие места.

Но, несмотря на это, я всё равно уверенно двигалась вперёд, ориентируясь на ботинки Стю перед глазами. Его коричневые штаны стали для меня путеводной нитью. Иногда брат оборачивался, и я кивала, показывая ползти дальше.

Стю ловко ускользнул от резко отступившего назад человека, обезопасив себя от удара, а впереди наконец появился просвет, к которому мы и устремились. Над головой раздавались визги и глухие удары, словно что-то мелкое выбивало штукатурку. Пол задрожал, и толпа, что рвалась вперёд, начала так же активно пятиться назад.

Брат пробкой выскочил из-под ног, пробегая мимо стюардов. Я же, потерявшись в этой мешанине ног и понимая, что ползти стало практически невозможно, ощутила резкий, неожиданный удар в бок, по рукам, которыми прикрывалась, и по голове. Меня повело в сторону, из вида исчез нужный путь, перед глазами вспыхнул огонь, картинка запрыгала.

— Ибрис! — донёсся какой-то далёкий, панический голос брата.

Ещё несколько толчков — и повторный удар по голове вырубил меня полностью…

Когда сознание стало возвращаться, выталкивая разум из темноты, я обнаружила себя в одиночестве, лежащей на полу, там же, где и была раньше. Руки, ноги, спина дико болели, запястье сильно ныло. Пошевелила им — кольнуло остро. Но больше встревожило другое: почти все люди, что толпились вокруг, исчезли, и стало значительно тише.

С трудом опёрлась ладонями на холодный грязный пол, поднялась, встряхивая головой. От движения она загудела, противно звеня, но постепенно мушки перед глазами исчезли, и я смогла осмотреться. Несколько человек отчаянно барабанили в запертые двери, кто-то сидел и тупо смотрел в пол, явно оставив попытки что-то сделать, остальные просто ходили туда-сюда. Я же, наконец, сумела выпрямиться и оглядеться.

Брат.

«Где он?»

Посмотрела в сторону прохода, где видела Стю в последний раз, — его не было. Накатил оглушающий страх, и я побледнела.

«Куда он делся? Я слышала крик…»

Бросилась к стеклу, желая взглянуть на ту сторону, рассмотреть, понять, увидеть брата, но встретила лишь пустые металлические коридоры — бесконечные, похожие на огромных червей.

— Стю…

Прислонилась лбом к холодной поверхности и сжала кулаки.

«Где его искать? Куда такой пугливый брат мог уйти? А что, если его, как и меня, сбили, и сейчас он где-то лежит без сознания? Он же такой маленький и неопытный…»

Подорвалась, готовая бежать и искать. Не зная, где и как, но держа в голове — найду.

И тут раздался гулкий шум, словно что-то огромное выдохнуло.