Уэйн Уэллс

Глава 6. Художник

Ну что же... Всё это, конечно, интригующе и даже занимательно. Но сейчас меня ждёт прогулка с Джейн. Убийца подождёт.

Уэйн поправил волосы, расправил пиджак, подтянул галстук и уверенным шагом направился обратно к ресторану.

Завернув за угол, он увидел уже солидную толпу, сгрудившуюся у инсталляции. Люди шептались, кто-то вскрикивал, оглядывался с тревогой — в их умах блуждала одна и та же мысль: убийца, возможно, всё ещё среди них. В конце улицы уже мелькали синие и красные всполохи полицейских мигалок.

Взгляд Уэллса нашёл Джейн. Она стояла чуть поодаль, прижавшись к стене. Руки судорожно сжимали сумочку, а глаза метались по сторонам, полные страха.

— Эй! Джейн! Я здесь! — выкрикнул Уэйн, пробираясь сквозь плотную толпу.

— Ах, Уэйн! — с облегчением вскрикнула она, и, как только он выбрался на открытое пространство, бросилась ему в объятия.

— Всё в порядке, я рядом, — мягко сказал он, обнимая её.

— Ты это видел? Это ужасно… — дрожащим голосом проговорила Джейн.

— Пока я с тобой, тебе нечего бояться, — улыбнулся Уэйн. — В мире полно безумцев… остаётся надеяться, что справедливость всё же восторжествует.

— Но… чем же этот человек заслужил такую смерть? — прошептала она, не отрывая взгляда от его глаз.

— Боюсь, этого нам уже не узнать, — спокойно ответил он. — Пойдём, я провожу тебя домой.

Он крепко взял её за руку, и пара свернула с шумной улицы на тихие ночные аллеи. Они шли медленно, болтая о пустяках — пытаясь стереть случившееся из памяти. Воздух был прохладным. Вдалеке гудели машины, а здесь с ними шелестела листва, стрекотали сверчки, и между ними словно проскочила едва уловимая искра симпатии — тёплая, живая, робкая.

— Вот мы и пришли… — сказала Джейн, остановившись у подъезда. Она посмотрела на него с лёгкой улыбкой, коснулась его плеча. — Не хочешь зайти? Выпьем по бокалу… или просто посидим.

Чёрт… почему именно сегодня?

В любой другой вечер я бы с радостью согласился. Слишком радостно. Ах, но сейчас... Я же не просто зайду к ней выпить? Мне явно будет ждать продолжение в кровати, или в душе, или... Я смогу почувствовать ее прекрасное тело, поцеловать нежные губы. Мы будем вместе: ее дыхание, теплота...

Ай, сука. Нет. Твою мать, нет. Сегодня не могу.

Молчание затянулось. Секунда, две, десять. Джейн всё больше краснела, улыбка исчезала, а с ней и уверенность.

— Прости, — наконец сказал Уэйн, — но завтра у меня тяжёлый день… и кое-какие дела по работе сейчас.

— В одиннадцать вечера?

— Эм… да, — выдавил он. — До встречи, Джейн.

Он быстро развернулся и ушёл прочь, растворяясь в темноте.

Чёрт… О чём я только думал? У неё же есть дочка… Если всё действительно шло к этому, логичнее было бы встретиться у меня. Теперь я чувствую себя вдвойне мерзко.

Да, это ужасно. Но есть дела важнее. Убийца-художник… Надеюсь, он стоил потраченного. Подозреваю, с ним будет куда сложнее, чем с Лари. У меня пока ни одной зацепки: я не могу осмотреть тело, допросить пацана, просмотреть записи с камер.

Я не хочу, чтобы полиция добралась до него первой. И, к счастью, почти уверен: они с радостью повесят преступление на застреленного Тагаву Горо. Не хотелось привлекать лишнее внимание, так что единственное, что я успел вытащить у него — карточка от квартиры с его именем.

Джейн отняла у меня слишком много времени. Нужно срочно добраться до его дома, пока его не опечатали. Пора перейти на бег...

К счастью, квартирка Горо находилась не где-то на задворках, а в приличном районе. От квартиры Джейн до нужного места около пяти километров.

Это расстояние Уэйн преодолел за жалкие четырнадцать минут. Пот струился по телу ручьями, костюм промок и помялся, пиджак он сбросил по пути. Сердце билось в груди, как бешеное.

У подъезда Уэллс осмотрелся, выискивая камеры. Их, как и ожидалось, не оказалось ни на фасаде, ни внутри. Стандарт для таких кварталов.

— Итак, я внутри. Нужно сделать всё быстро и уйти заранее, чтобы не вызвать ни малейших подозрений, — пробормотал он на пороге.

Квартира оказалась до боли банальной. Если не считать пары шприцов в ванной, запасов алкоголя на кухне и пакетика с чем-то явно запрещённым. Всё личное — под паролем. Разумеется, в 2126 году никто не хранит коды в блокнотах, а забирать их с собой для разблокировки слишком рискованно.

Единственное, что можно было рассмотреть, — надпись, выцарапанная на столешнице: “My art is unforgettable”. Как бы крича, убийца — Горо. Дешёвый трюк. На Уэйна он не сработает.

Чёрт. Ожидаемо. Ни улик, ни подсказок. Что ж, придётся вернуться к самому простому и банальному: подумать.

Убийца помешан на своём деле и считает происходящее искусством. Очевидно, он не остановится. Уже утром все заголовки будут трубить о жуткой инсталляции, и он не позволит, чтобы вся слава досталась Горо. Показательный жест, отвлекающий манёвр — всё ради следующего шедевра, который он, возможно, уже готовит.

Метод убийства — классический: повешение, удушение. Место — символичное. Большое дерево. У всех на виду. Конечно, где же ещё могут быть висельники?

У моей жертвы с фантазией не очень... Значит, стоит ли ожидать чего-то классического? Электрический стул? Отравление? Ох, пожалуй, нет — слишком скучно, да и совсем не живописно. А вот обезглавливание, будто казнь на гильотине? Куда уместнее – и это уж точно взбудоражит общественность. Хотя есть и другие варианты: отравление, утопление, сожжение заживо... Ладно, будем надеяться, что всё это слишком скучно и сложно в исполнении.

Теперь, как мне определить время и место? Одно напрашивается само собой — библиотека. А время? Очевидно, когда она будет закрыта. То есть после восьми вечера. Конечно, это чистые догадки, но других зацепок у меня нет. Проверить стоит. Только вот в какой день это произойдёт?..

Твою мать, вот тут мой план начинает сыпаться. В течение всей следующей недели я работаю, и времени на проникновение в библиотеку будет мало. Придётся надеяться на выходные...

Уэйн шёл по пустой, тихой улице с бутылкой воды в руке и обдумывал, как поймать художника. Время близилось к полуночи.

Следующий день прошёл обыденно, всё как по шаблону. Уэллс погрузился в работу, и часы пролетели быстро. Мысли об убийце не отпускали, а монстр внутри, предвкушая, начинал давить на разум. К вечеру, измученный, он добрался до машины, бухнулся в кресло и открыл новости.

“Семью Падилья страшным образом убили и расчленили прямо в их доме. Жертвами стали 17-летний студент, его 12-летняя сестра и их родители”.

Да?.. Вот как... Ещё один. Но это не художник. Подчерк не тот. Стиль — совершенно другой. И всё же есть сходство: ни улик, ни подозреваемых. Почему-то этот мерзавец вселяет в меня гораздо больше ужаса, чем жалкий фанатик картинок.

Обычно такие убийства происходят из-за ненависти, зависти, жадности и других подобных чувств. Почти всегда убийцы не думают о скрытности — ими движут эмоции. Их цель одна — убить, чего бы это ни стоило. Кто-то делает это ради денег, кто-то — чтобы унять гнев. Некоторые сдаются сразу, поняв, что натворили.

Но сегодня... Мы имеем дело с кем-то куда более пугающим.

— Алло, Бруно, — сказал Уэйн усталым голосом в трубку.

— Да-да, слушаю. Кто это? — удивлённо ответил тот.

— Уэйн Уэллс. Не хочешь выпить?