Страница 21 из 68
Ещё на подходе к крепости, нам на стали слышны звуки выстрелов из пушек, не такие частые, но они были с постоянной периодичностью.
Пока мы большой группой следовали по крепости на её стену, выходящую к Чёрному морю, Коханович пояснил, что стреляют не все пушки, лишь шесть штук, и то именно там были самые отличные наводчики. Ведь надо положить все выстрелы как можно ближе к тем морским средствам, которые проводили траление.
- За сегодняшний день, уже повреждено три лодки, - сообщил, о сегодняшних успехах Коханович, - плюс две, за прошедший. К тому же день ещё не закончен, может, и ещё будут у нас успехи.
Наконец, мы всей группой, оказались на земляной стене крепости, которая была обращена в сторону Чёрного моря.В море, как раз напротив крепости проводили траление всего восемь больших лодок, несколько далее в море находилось ещё три корабля противника, которые по всей видимости, контролировали сам процесс траления морских мин. Там же около этих кораблей находился и довольно большой паровой катер. Как нам сказали, именно этот паровой катер, в случае необходимости и подтаскивал поближе другую лодку, если нашим артиллеристам удавалосьповредить одну из используемых. А повреждённую лодку просто затапливали, сняв с неё всех, кто там находился.
- Наших много на лодках, - сказал стоявший рядом со мной артиллерийский офицер, - со своих там у противника всего по два три моряка, которые руководят тралением, а вот в качестве надсмотрщиков, там выступаю турки. Причём последние толерантностью (толера́нтность от лат. «tolerantia» - «терпение, терпеливость, способность переносить») не отличаются, в отношении захваченных наших людей.
За самим процессом траления мы наблюдали в течении минут пятнадцать. После чего, все прибывшие и местные, которые их сопровождали,двинулись в обратном направлении. Выпить кофе или чай, отказались как Кнорринг, так и Истомин, ну а остальных никто и не спрашивал. Все прибывшие сейчас осмысливали то, что увидели, ну и возможно делали какие-то выводы.
ЕдинственноКнорринг поинтересовался у командира крепости, сколько на это уйдёт времени у противника?
- Неделя, полторы, - ответил не задумываясь,генерал-майор барон Коханович, - но в любом случае не более двух.
На весь обратный путьКнорринг и Истомин, уединились в кают-компанию, ведя между собой неспешную беседу, о чём они говорили, я был не в курсе, так как стоял у борта и в бинокль рассматривал корабли противника стоящие за фарватером.
У подошедшего ко мне Сарычева, только уточнил, по тому, как они – корабли противника ведут себя тут в ночное время?
- Как правило, один двигается вдоль фарватера, остальные так и стоят на месте, - ответил Сарычев, - но, тем не менее, топки у них постоянно работают, чтобы корабли в любоймомент смогли дать ход.
- Ну вот, от этого и будем плясать, когда спланируем нападение на них, если ничего не поменяется, - подумалось мне.
Кстати вечерниесборы, которые прошли, как и планировалось, ничего нового не принесли. Хотя предложения были - те же атаки, на стоящие за фарватером корабли. Притом поступило даже предложение таких атак каждую ночь, притом использовать и малые канонерские лодки, которых оставалось две. Поэтому такой сбор быстро и закончился, единственно, что я сказал в конце него, что разрешаю отметить получения званий и должностей, но так чтобы всегда быть готовыми отразить действия противника, если они будут со стороны фарватера.
На следующий день прошли награждения, оставшихся двух экипажей, которые несли сторожевые функции в лимане. После этого награждения Истомин убыл назад в Николаев, у него там возникли срочные дела, да и к присмотру за ремонтом оставшихся кораблей эскадры, он подходил ответственно.
На последок, мне был дан карт-бланш, в действия здесь у входа в лиман, впрочем с обязательным уведомлением его после оных.
Уже по отъезду начальника, сказал своему помощнику и по совместительству компаньону, сколько мы заработали на продаже пороха и кораблей, сумма последнего впечатлила. Совместно решили все расчёты перенести на послевоенное время. Ведь пока наши деньги лежали на моём счёте. Хотя этот вопрос нисколько ни волновал Александра Ивановича.
- Потом, после войны всё подсчитаем и поделим, - махнул рукой Вальд.
Ну а к вечеру в порт Очаковаприбыла долгожданная яхта «Успешная», на нейже сюда, пришёл мой дед, экипаж последней был укомплектован полностью, за исключением расчётов орудий. Она уже имела такую же раскраску, каки две её предшественницы. Кстати с дедом, прибыло около двадцати матросов, в большинстве чисто гражданские, за исключением нескольких.
К её прибытию, мы тоже готовились, около причала её ждали два положенныхей орудия идва пулемёта «Максим» вместе с облегчёнными тумбами.
Командир отряда быстроходных кораблей капитан 2-го ранга Майет, уже заранее переговорил с боцманами «Везучей» и «Удачной»о перемещении на новую яхту отряда по пять человек с каждой, чтобы опытных матросов на каждой из трёх, было поровну. Боцманом на новой яхте стал бывший боцман тендера «Поспешный»,который и привёл за собой оставшихся десять матросов с тендера.
Ну и совсем неожиданно, командиром на ней пришёл капитан-лейтенант Андреев. Тот как только узнал от моего деда куда та направляется, и для каких целей, то по приезду на верфь Истомина, попросился у того на неё командиром.Мотивируя это тем, что он, на такой стажировку уже проходил. Как для меня, так это конечно был лучший вариант, а то у меня оставался для неё только мой помощник, капитан 2-го ранга Вальд. А как мне сообщил новый капитан Андреев, пароходофрегат «Днепр» возглавил по его ходатайству лейтенант Воронец Юрий Степанович, бывший артиллерийский офицер с тендера «Поспешный».
Но и на этом все новости не закончились, ко мне печатая шаг, подошёл мичман Аксёнов Семён Семёнович, бывший штурман тендера «Поспешный», он, так как и все офицеры, получил повышение в звании, а вследствие того, что тендер списывали, остался не у дел, вот его мне и прислали, в качестве … .Представился он мне, по случаю назначения ко мне адъютантом, даже соответствующие бумаги, как и у Андреева, были. Все за подписью того же Истомина.
Я видел как стоящий рядом со мной, мой помощник, капитан 2-го ранга Вальд, вытаращил глаза от удивления. По всей видимости, он не ожидал такого.
С чего бы такой финт сделал Истомин, даже я понять не смог. Ведь и суток не прошло, а тут такое неожиданное решение начальника. Ну что ж, при следующей встречи уточню, хотя бумагу его взял и внимательно прочитал, там так и было написано, назначен на должность «адъютантакомандира охраны водного района Днепровского лимана».
Поздоровавшись сСемёном Семёновичем, сказал ему, что пока для него особых поручений не будет, пусть ко всемуприсматривается, и находится всегда рядом. А свои вещи пусть переносит на яхту «Везучая»,на этих яхтах всего-то было две каюты и два кубрика для нижних чинов, ведь мы уже этой ночью уходили в море на перехват транспортов противника.
А вот Майет и Смирнов, стоящие рядом со мной, удивления, по случаю назначения мне адъютанта не проявили, считая это само собой разумеющимся.
Майет, уже выделил необходимое количество матросов, которые под руководством боцманов, начали быстро монтировать вооружение на прибывшую яхту, а так же затаскивать на её борт ящики с боеприпасами и другим имуществом для обслуживания этого вооружения.
Со Смирновым мы уже давно, все вопросы решали. Он остаётся тут старшим, как ему действовать в лимане, он и сам прекрасно знает.
Как мы будет действовать на море Андрееву сейчас пояснял Вальд, он кстати пойдёт по первости, вместе с ним на «Успешной», со мной уже есть мой адъютант мичман Аксёнов. Ну а Майет, опытный офицер, и сам прекрасно справится.