Страница 77 из 93
— Английский, ирландский, русский, итальянский, неаполитанский , — перечислил он. — Могу добавить еще и язык жестов . Он нахмурился, рассеянно покрывая поцелуями мою ладонь. — Доведи дело до конца .
Я улыбнулась. — Все в порядке. Впусти ее .
— Ты уверена? Он не выглядел слишком воодушевленным. — Стресс плохо влияет на тебя и ребенка .
Тот факт, что он теперь заботился о ребенке, заставлял меня чувствовать себя, как будто я хожу по облакам.
— Я уверена. Тебе нужно позаботиться о колене .
Я указала на его ногу. Его колено было размером с футбольный мяч, и кровь просочилась через брюки.
— Я могу остаться в комнате .
— Я справлюсь с ней. Этот разговор давно назрел. Пошли ее .
Он осторожно положил мою руку рядом с моим телом и встал, но не ушел сразу.
— Что? Я моргнула, глядя на него.
— Ничего .
— Тирнан .
— Ты не ответила, что тоже меня любишь .
Я сжала губы, с трудом сдерживая смех. Я не чувствовала себя такой легкой и счастливой с самого дня своего рождения. Я была просто опьянена этим чувством.
— Я уже говорила тебе, что люблю тебя .
— После того, как я довел тебя до трех оргазмов. Это не считается .
— Я жду подходящего момента. Не торопи меня .
Он бросил на меня один из своих злобных взглядов — холодный, мертвый, бесстрастный, — но на его скулах промелькнул розовый румянец. Он покраснел. И если бы мне не было так больно, я бы запрыгнула на него.
— Ладно. Я ухожу. Но я оставляю за собой право ворваться сюда и высказать твоей маме все, что я думаю, — и дать ей по морде, — если она будет вести себя неподобающе .
— Вау. Ты сильно меня любишь .
— Думаю, я ясно давал это понять три раза за ночь в течение последних нескольких месяцев .
Улыбаясь, я подписала: — Иди. Не волнуйся. Мы все уладим, когда меня выпишут .
— Это ты и я против всего мира . Он наклонился, чтобы поцеловать меня в лоб. — Но мне нравятся наши шансы, дорогая .
_______
Через несколько мгновений дверь моей палаты в больнице открылась, и мама заглянула внутрь.
— Можно войти?
Я кивнула, наблюдая, как она входит, закрывая дверь задней частью своего дизайнерского каблука, удерживая на руках серебряный поднос, полный канноли. На ней не было одного из ее нарядных платьев, и ее волосы были, как ни странно, не уложены.
Она выглядела... изможденной. Смиренной. И на двадцать лет старше.
Она поставила поднос на столик рядом с моей больничной койкой и села рядом со мной. Провела ладонями по бедрам, чтобы избавиться от пота.
Она не смотрела мне в глаза, когда открыла рот.
— Тирнан сказал мне, что ты и ребенок в порядке .
— Да . Я не собиралась облегчать ей задачу.
— Я так рада, моя девочка .
Я просто смотрела на нее.
— Спасибо, что согласилась уделить мне время. Бог знает, я этого не заслуживаю .
Я не могла проявить к ней сострадание. Я пожала плечами.
— Я была ужасной матерью для тебя, да? Не только во время твоей беременности. С самого твоего рождения .
Я облизнула губы. Мне нечего было ответить, поскольку я полностью с ней соглашалась. Оглядываясь назад, я понимала, что она лишила меня очень многого. А эти последние несколько месяцев...
— Ты не дочь Велло , — выпалила она.
Я сдвинула брови и уставилась на нее. Меня охватило чувство дежавю. Не могу сказать, что я была удивлена. Я должна была быть полной идиоткой, чтобы не замечать, насколько я отличалась от остальных членов семьи. Но когда я росла, мама всегда настаивала, что все в порядке. Что я пошла в свою загадочную французскую прабабушку, которая была очень светлокожей.
— Я никогда не хотела выходить замуж за твоего отца . Она покачала головой. — На самом деле, это мягко сказано. В Секондильяно моя мать была замужем за доном. У них не было сыновей, только я, поэтому я должна была выйти замуж за кого-нибудь, кто бы взял на себя управление бизнесом. Мой отец заставил меня расстаться с моим парнем, чтобы я вышла замуж за Велло. Его правую руку .
Она отвернулась от меня и уставилась в пол.
— И твоя мама ничего не сказала об этом? — спросила я.
Моя мама безрадостно рассмеялась, глаза ее заблестели слезами. — Ей было трудно с ним бороться, учитывая, что она была мертва . Наступила пауза. — Моя мама покончила с собой. Перерезала себе вены в постели после многих лет издевательств со стороны отца. Он часто ее бил. А когда не бил, то изменял ей. Но она все равно была достаточно глупа, чтобы любить его. Он каждый день разбивал ей сердце. Я была той, кто нашел ее .
Я понимала, к чему это ведет. Моя мать никогда не видела, чтобы брак в мафии приводил к чему-то, кроме полной катастрофы, поэтому она не считала, что существует другой вариант.
— Я сейчас расскажу тебе, кто твой отец . Она вынула платок из сумочки и промокнула впалые глаза. — В любом случае, мой отец заставил меня выйти замуж за Велло. Он мне совсем не нравился. Он меня не привлекал. Он был на двенадцать лет старше меня и очень грубый. Ни он, ни мой отец ничуть не заботились о том, чего я хотела. В ночь нашей свадьбы был зачат Лука . Ее губы сжались в мрачную линию. — Он изнасиловал меня, а когда я пыталась сопротивляться, он ударил меня. Первые четыре года его жизни, каждый раз, когда я смотрела на Луку, я видела только ту ночь, которую хотела забыть .
Что-то треснуло в моей груди, и меня охватило сочувствие. Я схватила ее руку и сжала ее. Это не избавило ее от всех ошибок, которые она совершила по отношению ко мне, но я начала понимать, что в ее извращенной, искаженной логике жизнь в социальной изоляции была лучше, чем брак с таким человеком, как папа.
— С Ахиллом было то же самое. Была боль и была кровь. Велло пощадил меня на некоторое время после Луки. В любом случае, ему не нравилось мое тело после беременности. Поэтому он завел любовницу .
— Он насиловал тебя каждый раз, когда ты рожала ребенка?
Желчь подступила к горлу. Даже в самые тяжелые времена, а Бог знает, что мы начали с плохой ноги — Тирнан никогда не брал меня против моей воли. Я не могла понять, как можно жить под одной крышей, за одним столом, в одной спальне с чудовищем, которое изнасиловало меня в ночь свадьбы Луки.
— Нет, не со всеми. С Энцо это было... спонтанное событие. Мы оба были пьяны и веселы, что было для нас в новинку, одним летом на Искье. И поверь или нет, но иногда я думаю, что именно поэтому Энцо стал таким, какой он есть — таким теплым и любящим. Совсем не похожим на своих братьев, которые грубы и резкие.
— Велло изменял тебе на протяжении всего брака? Я не знаю, в какой момент разговора я перестала думать о нем как о папе и начала думать о нем как о Велло, но я знала, что, перейдя эту ментальную границу, я уже не смогу вернуться назад.
Мама разразилась горьким смехом и высморкалась. — Конечно. У него была целая череда любовниц. Вскоре после того, как я родила Луку, у него тоже родился ребенок от одной из них. Он до сих пор часто видится со своим сыном. Я его никогда не встречала. И не хочу. Хотя, судя по всему, он действительно любил мать ребенка .
Я никогда не испытывала такого презрения к Велло. Я даже почувствовала облегчение, что он не был моим отцом.
— После Энцо я впала в депрессию. Я не ела и не спала. Наконец, подруга записала меня на курсы рисования в нашем загородном клубе. Рисование с натурщиками. Это было захватывающе. Мне нравилось все: запах красок, чистые холсты, художники, модели... Она замолчала, прикусив нижнюю губу. — Учитель .
У мамы был роман? Мне хотелось одновременно блевать и поднимать кулак в воздух. Хотя я чувствовала, что мне не понравится, к чему это приведет.