Страница 75 из 93
У нее была сила уничтожить меня.
И я бы ей это позволил.
Я с радостью сгорел бы ради этой женщины, только чтобы она почувствовала тепло моего пламени.
Чем больше я пытался разлюбить ее, тем глубже она впивалась в мою кожу.
Я перестал бороться. Теперь она была частью моей заброшенной Богом души.
И пришло время, чтобы она это поняла.
ГЛАВА 47
ТИРНАН
— Какого черта ты делаешь?
Голос Луки пронзил мой разгоряченный гневом мозг сзади.
Я не стал поворачиваться к нему. — А на что, по-твоему, это похоже?
— На то, что ты покупаешь себе билет в одну сторону в тюрьму. На пять-семь лет, я полагаю , — безразлично ответил Лука.
— Приставляешь пистолет к голове пилота и говоришь ему — ехать быстрее , как будто это карусель в зоопарке , — вздохнул Ахилл. — Даже по твоим меркам это тупость .
Я посмотрел вниз и увидел, что пилот дрожит, а его лоб покрыт потом. На его промежности было темное пятно мочи. Чертов любитель. Я спрятал пистолет в кобуру и ногой сбил пилота с сиденья, заняв его место.
Ахилл заглянул в кабину. — Что ты, блядь, делаешь?
— Он слишком медленный. Мы не ограничены эксплуатационными требованиями коммерческих самолетов. Мне плевать, если я сожгу все топливо. Мы летим со скоростью 700 миль в час .
— Ограничение — 600 миль в час , — указал Лука.
— Если чертова воздушная полиция оштрафует нас, я оплачу счет .
Моя рука полетела к верхней панели переключателей, увеличила мощность и постепенно снизила угол наклона, чтобы сохранить высоту.
— Скажи мне, что ты знаешь, что делаешь . Лука устало потер лицо.
— Я знаю, что делаю .
— Ты серьезно?
— Нет .
Я прошел курс авиации, но никогда не летал. Моя память о тонкостях этого дела была немного подрастеряна. Но, эй, мы все еще в воздухе, не так ли?
— Ты собираешься убить нас всех? — безразлично спросил Ахилл. — Если да, то я пойду оттрахаю стюардессу, чтобы хотя бы умереть, занимаясь тем, что люблю .
— Вот . Я встал, схватил пилота за воротник и бросил его обратно на сиденье. — Так лучше. Теперь, когда мы на максимальной скорости, как насчет того, чтобы я приставил тебе пистолет к виску, чтобы ты не снижал скорость и не ныл мне про здоровье и безопасность?
Он кивнул, сглотнув.
_______
Когда мы прибыли в частный аэропорт, я бросился в Escalade Ферранте и выскочил из него, как только мы попали в манхэттенский трафик. Я пробрался между автомобилями, ожидающими на красном светофоре, к передней части очереди и стащил мотоциклиста с его Ducati. Я не собирался сидеть без дела, пока жизнь Лилы висела на волоске.
Я помчался в больницу. Когда я заезжал на двойную парковку, мимо промчался грузовик GMC, задев мою левую сторону и отбросив меня на фонарный столб. Мое правое колено ударилось о бетон. Я хромая вошел в больницу, волоча ногу, игнорируя испуганные взгляды и добрых самаритян, желающих помочь.
Я оттолкнул нескольких медсестер из лифта в холле, чтобы освободить место для себя и своего психотического срыва. К тому времени, когда лифт открылся, мое колено было размером с чертов баскетбольный мяч. Остаток пути я прополз по коридору, минуя Энцо и его маленьких приспешников. Он стоял у ее двери, кричал по-итальянски в телефон и игнорировал своего ползущего, истекающего кровью зятя.
Был ли это мой лучший вид? Нет.
Было ли мне на это плевать? Тоже нет.
Двое моих солдат ждали у ее двери. Я поднялся на ноги и спотыкаясь вошел внутрь.
Бип.
Бип.
Бип.
И там была Лила. Моя Лила.
Такая красивая. Такая бледная. Такая ангельская, что я иногда сомневался, принадлежит ли она этому уродливому миру.
Ее глаза были закрыты. Ее лицо было в синяках. Ее живот был... целым?
Я ни черта не знал о беременности. Ребенок, казалось, все еще был там. Но это не означало, что у него было сердцебиение или что он выжил.
Из соседнего туалета донесся звук смыва, и Финтан вышел, застегивая брюки. — Брат .
Мы обнялись. Мне пришлось собрать всю свою силу, чтобы не рыдать как маленькая девчонка. Финтан первым отстранился.
— Я пойду позвоню доктору, ладно? Он сказал, что у него есть новости .
Я кивнул, подошел к кровати Лилы и взял ее руку в свою. Холодная. Хрупкая. Привязанная к множеству трубок и проводов.
Мне нужно было узнать, кто это с ней сделал. Кто был за рулем грузовика, который их сбил. Я собирался убить этого человека таким мучительным способом, который еще не был изобретен.
— Дорогая . Я присел на корточки и прижал ее руку к своим губам. — Это последний раз, когда я оставляю тебя больше чем на десять минут. Чья это была глупая идея?
Дверь снова распахнулась. Финтан вошел, тяжело перемещаясь, вместе с доктором Делг-как-его-там. Это был полный лысый мужчина с грацией и осанкой пожилого буйвола.
— Мистер Каллахан. Как поживаете?
— Сам догадайся, Эйнштейн. Я держал руку жены в своей, как гранату, которую не хотел, чтобы взорвали. — У вас для меня новости?
— Она пришла в себя. Сейчас спит. Мы провели несколько когнитивных тестов, и она кажется бодрой и вменяемой. Операция, как вы знаете, прошла успешно .
— А ребенок?
Он прочистил горло и сделал шаг назад, на всякий случай. — Он в порядке. Сильное сердцебиение. Мы наблюдаем за ними обоими .
В английском словаре не было слова, которое могло бы описать то, что я чувствовал в тот момент.
Облегчение. Радость. Невообразимый покой.
По сравнению с этим, побег из ада Игоря был просто обычным вторником.
— Это хорошо , — сказал я. — Мы хотим, чтобы все в этой комнате вышли из этой испытания живыми .
Финтан бросил на меня встревоженный взгляд. Да, я действительно только что угрожал врачу в форме.
— Конечно , — пробормотал доктор. — Если у вас будут еще вопросы, пожалуйста, дайте мне знать .
— Она скоро проснется?
— Она уснула час назад, так что, думаю, у вас есть немного времени , — сказал доктор.
— Тогда я пойду к сестре .
— Она проснулась в соседней палате , — сказал Фин, слегка улыбаясь.
_______
— Твои приоритеты изменились , — прохрипела Тирни.
Она выглядела ужасно.
Лицо опухшее, губа разбита, каждая дюйма ее тела покрыта синяками и кровоподтеками.
Я сел рядом с ее кроватью и взял ее за руку. Я не отрицал этого.
Я сначала пришел к Лиле.
И я бы сделал это снова, если бы пришлось.
Она грустно улыбнулась в ответ на мое молчаливое признание. — Я слышала, что с ребенком все будет хорошо .
— Физически — да , — протянул я. — Я буду его отцом, так что в других отношениях на него не стоит слишком надеяться .
— Ты будешь? — сонно спросила она, ее веки трепетали, как будто держать их открытыми требовало титанических усилий. — Будешь его отцом, я имею в виду. План был такой... как ты точно сказал? Отпустить ее, как только она родит .
— Планы меняются .
Похоже, я тоже, черт возьми.
Тирни молча кивнула, и слеза скатилась по ее черному глазу.
— Что такое? Я наклонился вперед и смахнул слезу большим пальцем. — Тебе нужно больше морфия? Еды? Что-нибудь выпить?
Она покачала головой, нижняя губа ее дрожала. — Теперь Лила для тебя номер один, а не я .
Я ничего не сказал, потому что ее оценка была верна. Она ждала опровержения, но, не дождавшись его, продолжила: — И это правильно. Но мне нужен кто-то, кто поставит меня на первое место .
— Я уверен, ты найдешь...
— Этот кто-то — я сама .
Долгое время я защищал Тирни, как свою собственную дочь. Теперь у меня была жена, о которой нужно было думать. И сын на подходе. И если Тирни пойдет к федералам, если она подвергнет Лилу опасности и заставит меня выбирать между ними, я знал, на чью сторону я встану. И она тоже.