Страница 68 из 93
— Я посмотрю, что можно сделать с Ахиллом .
Я повернулся и посмотрел ей в лицо. Она выглядела измученной, но в то же время твердой, как сталь.
— Хорошо , — тихо сказала она.
— Но я серьезно, Тирни. Не связывайся с федералами. Если свяжешься, я не смогу тебя спасти. На этот раз .
На ее губах появилась грустная улыбка. — Я знаю .
_______
Следующей моей остановкой был секс-шоп.
Я собирался уехать всего на пару дней, но Лиле нужно было выспаться, а без как минимум двух оргазмов она не могла этого сделать.
Последние несколько месяцев я каждый вечер укладывал ее спать, прежде чем удовлетворить ее своим языком и членом. Она была зависима от этого. Это была привычка, от которой нам нужно было избавиться в какой-то момент. Но этот момент наступит после того, как я убью Распутиных и найду ее насильника.
Кроме того, я сталкивался с более тяжелыми задачами.
В магазине я купил вибратор с присоской и массажер-палочку. Я держался подальше от гигантских фаллоимитаторов. Одна только мысль о том, что внутри нее может быть что-то еще, заставляла меня дергать глазом. Я с трудом мог смириться с тем, что ребенок выйдет из ее влагалища.
Ребенок.
Теперь, когда до его появления оставалось всего несколько недель, в мою голову закрались всевозможные мысли.
Мы не продумали эту ситуацию до конца.
Что, если он будет другой расы? Наполовину азиат? Чернокожий? Островитянин? Явный признак того, что я не отец? Все мои подозреваемые были кавказцами, но между итальянскими кавказцами и ирландскими кавказцами была огромная разница.
Что, если она будет все свою любовь и внимание направлять на ребенка и забудет обо мне?
Да, я ревновал к еще не родившемуся ребенку.
Нет, я не был выше таких мыслей.
Я почти топал по дороге домой, сжимая в руках дискретную сумку из секс-шопа. Когда я вошел, я увидел Имму на кухне, готовящую пасту и фальшиво напевающую на итальянском.
— Имма, — рявкнул я. — Возьми вечерний выходной .
Она подняла глаза от кипящего томатного соуса, удивленная. — Куда мне пойти?
— Я что, похож на гребаного гида? Я указал на свое лицо. — Пусть мой водитель отвезет тебя в кино. Или просто покатает по улицам. Мне все равно .
Она бросила на меня недовольный взгляд, но не стала спорить.
Я нашел Лилу в нашей спальне, она рисовала. Когда я вошел, она подняла глаза от своего альбома. Положила карандаш и перевернула альбом на тумбочке.
— Когда ты уезжаешь?
Я слышал ее неодобрительный тон по одним только жестам рук. Единственный другой человек, которого я знал так хорошо, так полностью, была Тирни.
— Примерно через час. Двигатель самолета уже запущен .
Я заставлял ее братьев ждать, но мне было все равно. Я заметил, что все меньше и меньше забочусь о том, что происходит за пределами моей кровати, и о женщине, которая в ней лежит.
Оттолкнувшись от стены, я подошел к ней.
— Что в сумке?
— Что-то, что поможет тебе продержаться, пока я не вернусь . Я сел на край кровати, взял ее за подбородок и поднял ее лицо. — И я вернусь, Лила. Обещаю .
Она отвернулась от меня, схватила сумку и стала в ней рыться. Лила вытащила вибратор, нахмурилась и стала рассматривать коробку со всех сторон, как будто в ней были древние руины.
— Я не буду здесь, чтобы помочь тебе заснуть . Что, черт возьми, застряло у меня в горле, и почему я не мог проглотить? — Поэтому я купил это, чтобы тебе было с кем пообщаться .
Судя по выражению лица моей жены, она была готова швырнуть вибратор мне в голову. Я подождал, пока ее шок уляжется, а затем спросил: — Хочешь, я покажу тебе, как им пользоваться?
Она долго ничего не говорила. Наконец она подписала: — Я восемнадцатилетняя девушка с доступом в интернет, Тирнан. Я знаю, как пользоваться вибратором. Я, наверное, посмотрела больше порно, чем миллениалы посмотрели «Друзей» за всю свою жизнь .
Я уставился на нее с непонимающим взглядом. Затем, что невероятно, я начал смеяться.
И я имею в виду действительно смеяться. Такой смех, который бурлит из глубины живота и задействует все мышцы тела.
Я никогда не смеялся. Даже почти не улыбался, пока не появилась Лила.
Она смотрела на меня с гордой улыбкой, наслаждаясь своей победой.
— Кроме того, все эти разы я засыпала не из-за оргазмов . Она покачала головой. — Я засыпала, потому что была в твоих объятиях и наконец-то чувствовала себя в безопасности .
Ее слова задели меня за живое, и я решил сменить тему.
— Это значит, что ты покупаешь в интернете секс-игрушки, и я купил это зря? Я указал на вибратор между нами.
Она покачала головой. — У меня нет никаких игрушек. Ты всегда доступен, когда я... Она замолчала, обдумывая, как это сказать. — Хочу заснуть .
— Не стесняйся использовать меня и для короткого сна .
— Я дам тебе знать, как твой подарок сравнивается с тобой .
— Тогда я лучше напомню тебе, насколько я хорош .
Мои губы с силой прижались к ее губам, мой язык проник между ее губами, и я почувствовал вкус ее страдания, печали, вызванной моим уходом, возможно, навсегда.
Это только сделало меня еще более диким по отношению к ней. Я потянул за переднюю часть ее розового платья, расстегнув серебристые пуговицы, пока платье не распахнулось и не скопилось вокруг ее талии, как лужа, не прерывая нашего поцелуя.
Расстегнув ее лифчик, я позволил ему упасть на ее руки, обхватившие ее грудь. Я наклонился, чтобы попробовать один из ее сосков. Он был влажным от теплого молока. Взрыв первобытного удовольствия заставил каждый волосок на моем теле встать дыбом.
Я прижал руку к ее позвоночнику — ее спина была стройной, каждый позвонок был отчетливо виден — притягивая ее ближе, я закрутил языком вокруг ее соска, дразняще потянув его зубами. Она запрокинула голову и застонала, вцепившись в мои волосы.
Ее дыхание участилось. Я провел языком по голубым венам на ее груди. Пососал другой сосок. Еще одна струя сладкого теплого молока попала мне на язык. Моя рука скользнула по ее талии, переместилась между ее ног и отодвинула в сторону трусики. Я нашел ее центр, размазал ее возбуждение по губам и клитору и потеребил его круговыми движениями, используя два пальца, чтобы раскрыть его.
Лила прижалась губами к моей шее, жадно сосала, оставляя след. Она впилась в него зубами, затем беззвучно провела губами по моему пульсу, думая, что я не пойму, что она говорит.
Ты разрушаешь меня, и я слишком далеко зашел, чтобы заботиться об этом.
Я притянул ее к себе и поцеловал в щеку, чтобы сдержать себя. Она имела вкус моей сладкой гибели, моего абсолютного падения, и все же я поглощал ее, как сумасшедший, жаждущий еще большего. Я был на грани того, чтобы сделать то, что я, блядь, не мог себе позволить.
Остаться. Я хотел остаться.
Я никогда не отклонялся от цели. Начинать сейчас было опасным прецедентом.
Я шутливо сунул язык ей в ухо и лизнул его, а затем покусал мочку уха. Она хихикнула и заерзала.
— Тирнан...
Я ввел в нее два пальца, согнув их, чтобы пощекотать то место, которое всегда сводило ее с ума. Я прижал большой палец к ее клитору, целуя ее тело. Ключица. Грудь. Ребра. Талия. Я раздвинул ее ноги, держа ее за колени, и приступил к делу, прижимая язык к ее киске, пока ее трусики были сдвинуты в сторону, а мои пальцы все еще были внутри нее.
— Боже...
— Нет. Даже он не может трогать мою жену .
Я лизал, дразнил и сосал, пока она не испытала свой первый оргазм, а затем поднялся и поцеловал ее, одной рукой освободив свой член.