Плохой Слон

132 ДНЯ ДО САМОУНИЧТОЖЕНИЯ

Утром, когда я летел в Вегас с Ахиллом и Лукой, я зашел в квартиру своей сестры, чтобы попросить ее позаботиться о Лиле. Я обратился с аналогичной просьбой к отцу и Финтану. Не то чтобы мой отец был способен ухаживать за золотой рыбкой, но, по крайней мере, он почувствовал бы себя вовлеченным в процесс.

Каморра и ирландские солдаты уже были в Вегасе, готовя боеприпасы и транспорт.

Я не хотел уезжать.

Но у меня не было выбора.

У Алекса были все причины, чтобы убить меня. Что было иронично, потому что впервые я действительно нашел причину жить.

Мой маленький проект по истечению срока оказался успешным. Финтан был прав. Я нашел причину жить. Я только надеялся, что не умру, совершив какую-нибудь глупость.

Я вошел в квартиру Тирни, как всегда.

Я услышала, как работает душ, и подождала в гостиной, пока моя сестра не закончит. Ее квартира была слишком нарядной для моего вкуса. Наверное, это была компенсация за то время, которое мы провели, спя на пропитанных мочой кроватях. Я не спеша осмотрела квартиру, рассматривая новые картины, которые она купила.

Что-то на серванте под подлинной картиной Эмилии Спенсер заставило меня остановиться. Кусок смятой бумаги, выглядывающий из-под вазы. На нем был номер телефона и имя.

Том Ротвелл.

Мои ноздри раздулись.

Этот идиот.

Этот чертов дурак.

— Привет . Тирни появилась из коридора, закутанная в шелковый черный халат. Она вытирала полотенцем красные пряди своих волос. — Что такое?

Повернувшись к ней, я поднял кусок бумаги между указательным и средним пальцами. — Ты мне скажи .

Ее розовые щеки побледнели, губы сжались в жесткую линию.

— Вау, кусок бумаги . Она закатила глаза и рассмеялась, приходя в себя. — Позвони в прессу .

— Том Ротвелл — федеральный агент .

Я считал своим долгом знать обо всем, что происходило в 26 Federal Plaza. Я круглосуточно следил за всеми, кто входил в здание и выходил из него.

Было две правительственные организации, которых любой плодовитый преступник старался избегать — ФБР и Налоговая служба. То, что Тирни добровольно хранила номер федерала, могло означать только одно.

— В мире есть не один Том Ротвелл . Она скрестила руки в защитной позе. — Может быть, даже в Нью-Йорке .

— Хватит нести чушь, Тирни . Я сжал переносицу. — Какого черта ты делаешь, разговаривая с федералами? Ты что, совсем сошла с ума?

Мы оба были не в порядке, но я всегда держался. Меня беспокоило, что я доверяю этой женщине защиту своей жены, пока меня нет, хотя она не смогла защитить даже себя.

— Ладно . Тирни пожала плечами. — Ну и что, что я разговариваю с ним? Это не имеет никакого отношения к нашей работе .

— Все имеет отношение к нашей работе .

— Ему плевать на ирландцев. Мы мелкая рыба. Он охотится за Каморрой , — настаивала она. — Если я смогу ему помочь...

— Ты не сможешь , — прорычал я. — Ферранте узнают об этом, прежде чем ты сделаешь первый шаг. Если уже не узнали .

Велло работали грязные федералы. Он знал ФБР лучше, чем они сами себя.

Я помассировал виски, используя всю свою силу воли, чтобы не задушить ее. Она собиралась сдать людей, с которыми я сегодня вечером должен был сесть на самолет, чтобы уничтожить Братву. Моя сестра была не в себе.

— Расслабься, мы только выпили кофе. Один раз. Он ничего не знает, и я не собираюсь ничего ему рассказывать, пока ты не уладишь дела в Вегасе .

Теперь, когда я об этом подумал, она в последнее время чертовски много дулась. Мою сестру никогда нельзя было назвать счастливой. Но в последнее время она была просто несчастна. Я был слишком пьян от траха с женой, чтобы обратить на это внимание.

— В чем твой интерес? — прорычал я.

Ее щеки пылали. — Ты не поймешь.

— Попробуй.

— Я устала от этой жизни, Тирнан. Устала использовать слабости и зависимости людей. Устала от вечеринок и притворства. От того, чтобы быть светской львицей. Девушкой, которая всем нравится. Я хочу уехать на пенсию в какое-нибудь приятное место. На побережье. В Европу. Я хочу грязные мартини и чистую совесть. Хорошие книги и, может быть, доброго сердца мужа, который будет готовить мне ужин каждый вечер. Это не так много... Она пристально смотрела на свои пальцы ног, покрытые блестящим черным лаком. — Но для меня этого достаточно .

— Ты можешь иметь все это, не бросая всех, кого знаешь, под автобус , — прошептала я.

— Нет, не могу . Она выглядела как маленькая девочка в Сибири. Растерянная, напуганная и неуверенная. — У тебя нет Ахилла, дышащего тебе в спину, держащего твое будущее в своих руках и манящего тебя им .

— О чем ты говоришь? Я смотрел на нее с недоверием. — Я женился на дочери дона .

— Да ладно, Тирнан . Она оттолкнула мою руку, которая, как я не заметил, сжимала ее запястье. Она скользнула в сторону кухни. — Ты с самого начала хотел Лилу. Влюбился в нее еще до того, как надел кольцо. Ты пощадил ее жизнь , — прошептала она последнюю фразу. — Ты никогда не боялся убивать .

— Я не влюблен в нее , — с иронией поправил я. — Мы научились ладить, как и ты будешь ладить с тем, кого выберет для тебя Ахилл .

— То, что ты позволил ему выбрать для меня кого угодно, показывает, как мало ты заботишься обо мне. Власть, которую дали тебе Ферранте, развратила тебя . Она вытащила из холодильника открытую бутылку вина и сделала глоток.

— Нечего было развращать . Я оперся локтями на столешницу между нами.

— Кроме того, Ферранте правят Восточным побережьем. Отказ Ахиллу означал бы войну. Мне нужно было выждать время. Посмотреть, как развернутся события .

Это была наглая ложь. Я никогда не пытался освободить ее от этого соглашения. Я не считал, что для Тирни обязательно плохо устроиться с кем-то, кто не боится ее выходок. Если Ахилл выберет правильно — а он обещал мне, что так и будет — моя сестра наконец-то сможет обрести покой.

Тирни поставила вино на стойку и раздвинула пальцы, уставившись на свои бордовые ногти. — Я уничтожу этого ублюдка, Тирнан, даже если это будет последнее, что я сделаю в этой жизни. Обещаю тебе, ничто из этого не отразится на нас. Мы получим иммунитет .

— Боже мой, черт возьми. — Я провел рукой по волосам. — Послушай себя. Если Ферранте поймают тебя, я не смогу тебе помочь. Как и твои модные друзья-художники и политики. А если это каким-то образом коснется Лилы... — Я поднял палец между нами в знак предупреждения, с трудом сдерживая гнев. — Тебе придется беспокоиться не только о Ферранте. Я лично всажу тебе пулю в лоб.

— Почему? Ее глаза заблестели от победы. — Я думала, ты сказал, что не любишь ее .

— Я и не люблю , — возразил я. — Но я поклялся защищать ее. Она моя жена.

— Если ты действительно хочешь защитить ее, заключи сделку об иммунитете с...

— Не заканчивай эту фразу .

Моя сестра фыркнула, понимая, что не выиграет этот спор. — В любом случае, зачем ты сюда пришел?

— За моей женой, собственно . Я отвернулся от нее, делая вид, что рассматриваю картину на стене, чтобы не видеть ее ухмылку. Я засунул руки в карманы. — Мне нужно, чтобы ты присматривала за ней, пока я буду в Вегасе .

— Конечно , — сказала она усердно. — В отличие от тебя, я не стесняюсь признаться, что люблю Лилу .

— У нее будет круглосуточная охрана , — я проигнорировал ее колкость. — Кроме того, я нанял компанию Рэнсома Локвуда для патрулирования окрестностей, так что все, что мне нужно, — это чтобы ты составляла ей компанию и водила ее на прием к гинекологу .

— Понятно .