Плохой Слон

— Ты и эта девушка Ферранте... — Сэм закрыл ноутбук и сунул его в кожаную сумку. — Это любовный союз или стратегический альянс?

— Стратегический, — ответил Лука.

Сэм окинул меня взглядом, подняв насмешливую бровь. — Мог бы поклясться, что Каллахан в этом заинтересован .

Я промолчал. Развлекать идиотов не входило в мои должностные обязанности.

— Так все и начинается . Сэм надел свою байкерскую куртку и застегнул молнию.

— Она просто бизнес .

— Как и Эйслинг, моя жена . Он посмотрел на свои Rolex, надев бейсболку. — Шестеро детей спустя, и можно с уверенностью сказать, что мой бизнес превратился в удовольствие .

Я смотрел, как он уходит, и мне стало его жалко.

То, что он привязался к киске, не означало, что со мной произойдет то же самое..

ГЛАВА 19

ДВАДЦАТЬ ЛЕТ НАЗАД

— Псст. Тирнан. Тирни. Сюда .

Лёша шепнул из-за кучи обрубленных бревен. Тирнан знал, что не стоит его развлекать.

Ему было уже восемь лет.

Достаточно, чтобы лазать по деревьям и рубить их на бревна.

Достаточно, чтобы сдирать с кролика шкуру.

Чтобы ползать по темным шахтам.

Достаточно взрослым, чтобы драться, стрелять, убивать, выживать в сибирской дикой природе.

Тирнан вонзил топор в бревно и расколол его пополам. Он встал, вытер лоб и посмотрел на свою сестру-близнеца. Тирни была укутана в пальто и аккуратно складывала бревна, а из ее розовых губ вырывался серебристый завиток инея. На кончиках ее ресниц собирался снег.

— Не поддавайся искушению , — предупредил он.

Она покачала головой и продолжила свою работу.

— Давай, мы можем поиграть в шарики , — уговаривал Лёша, выглядывая из-за бревен и широко улыбаясь. Его глаза были ледяно-голубыми, такими же бледными, как окружающий пейзаж, а волосы — ржаво-золотыми, цвета королевской короны. Он был сыном пахана, и этот факт не оставался незамеченным: он получал больше еды, больше молока, более теплую одежду и мог не выполнять работу по дому. Вместо работы его учили физике и математике, классической музыке и литературе. Знания, которые он с энтузиазмом передавал близнецам.

Алекс всегда исчезал из лагеря около Нового года. Игорь увозил его в Москву, чтобы посмотреть балет и накормить его лучшими блюдами.

— Мраморные шарики? Тирни замерла, заинтересованность ее пробудилась. Снег покрывал ее волосы и брови. Несколько месяцев назад она потеряла палец на ноге из-за мороза. Ее брат успокоил ее, пообещав купить ей все красивые туфли, которые только можно купить за деньги, чтобы скрыть потерю, когда они вырастут.

— Ну, не совсем шарики. Но я нашел в лесу несколько гильз . Алекс разжал свои королевские пальцы и протянул руку в ее сторону. — Мы можем использовать их вместо шариков. Это почти то же самое .

Близнецы знали, что им не разрешается играть. Наказанием за такое вопиющее преступление была пуля в голову, и ни один из них не хотел умирать, хотя они не совсем понимали, почему.

К этому моменту они уже знали, как их привезли сюда. Знали, что Игорь убил их мать, разрезал ей живот и вытащил их. Знали, что они ирландцы, что у них есть отец и брат где-то далеко. Игорь с удовольствием бросал им кусочки головоломки, которой была их жизнь, и наблюдал, как они пытаются сложить все воедино.

— Нельзя, — сказал Тирнан Алексу. — Это против правил .

— Да пошли они правила , — фыркнул Алекс. — Поживи немного .

— Если я поживу немного, то умру много .

Алекс рассмеялся, жонглируя гильзами, как цирковой клоун мячами.

— Как хочешь . Он вывихнул плечо, развернулся и неспешно направился к открытому входу в белый лес.

Тирни снова замерла и уставилась на свои ладони. Каждый сантиметр их был покрыт мозолями и ранами. Ее кожа была настолько грубой, что она могла провести по ней горящим пламенем и все равно ничего не почувствовать. Она с тоской посмотрела на лес.

— Не стоит того , — коротко сказал Тирнан, поднимая топор и разрезая еще одно бревно пополам.

Тирни молчала.

Все остальные дети вокруг них усердно работали. Ольга пробиралась между ними, осматривая их работу.

— Какой смысл оставаться в живых, если мы не живем? — громко задалась вопросом Тирни. — Посмотри на нас. Они перерезали нам сухожилия, чтобы мы не могли бегать. Морили нас голодом, чтобы мы не могли сражаться. Я никогда не играла в игры. Никогда не чувствовала солнца на своей коже. Никогда не была любима кем-то, кроме тебя .

— Наш отец любит нас , — резко напомнил ей Тирнан. — И наш брат тоже .

— Да, но их здесь нет, верно? Насколько мы знаем, они забыли о нас .

Слеза скатилась по щеке Тирни. Она замерзла, не успев упасть на землю.

Тирнан мучила вина. Он ненавидел видеть свою сестру несчастной. Она была единственным, что у него было. Единственным, кого он умел любить.

— Тридцать минут до обеда , — объявила Ольга, быстро поднимаясь по лестнице в главную каюту, чтобы проконтролировать приготовление еды. Девочки Тирниного возраста готовили обед — горячий чай, черный хлеб, кусок масла и, если повезет, сардины. Но Тирни никогда не разрешали заниматься кухонными делами. Игорь говорил, что она должна быть воином, чтобы однажды он мог послать ее и Тирнана убить их отца.

Тирнан знал, что у них есть тридцать минут, прежде чем Ольга снова их проверит.

— Хорошо , — пробормотал он, уже сожалея об этом. — Но мы поспешим .

Они побежали, следуя следам Алекса на снегу.

Они нашли его в мгновение ока, гильзы от пуль были разбросаны на пне. Они присоединились к нему. Алекс толкнул Тирнана локтем в ребро. — Эй, не волнуйся. Если нас поймают, я возьму вину на себя .

Он ему поверил.

Лёша всегда делился с ним едой, молоком, одеждой и теплом.

Время предало их так же, как предавало всех детей, увлеченных игрой. Когда они это поняли, они побежали так быстро, что снег, казалось, таял под натиском их ужаса.

Тирнан первым вернулся в лагерь. Он столкнулся головой с Игорем.

Пахан стоял у двери столовой, блокируя вход.

Тирнан задохнулся.

Игорь держал в руках ружье. Он направил его на близнецов. — Вы двое. Пойдемте со мной .

— Отец, нет! Алекс бросился на Игоря.

Мужчина оттолкнул его, как будто он был бешеным животным, и задыхаясь, прорычал: — Они нарушили правила .

— Я тоже , — Алекс выпрямил спину. — Я попросил их прийти. Это была моя идея .

Черт возьми его глупого сына и его отсутствие животного инстинкта. Близнецы Каллаханы были врагами. Если Алекс не мог этого понять, он никогда не станет хорошим паханом. К счастью, Наталья родила ему еще двух сыновей — Джереми и Славу. Джереми уже жил здесь, в лагере. Слава вскоре присоединится к своим братьям.

Джереми и Слава были хорошим сочетанием своих родителей — холодными, измученными, бесчувственными. Алекс был заражен ДНК Любы. Добрый, заботливый и чрезвычайно щедрый.

— Алекс, заткнись, — рявкнул Игорь.

— Если ты убьешь их, тебе придется убить и меня.

— Хорошо. Я дам им шанс выжить. Мы сыграем в русскую рулетку. — Игорь улыбнулся. — А ты, Алекс, будешь иметь честь стрелять.

Сердце Тирнана замерло. Он и Тирни обменялись взглядами. Игорь знаком показал троим, чтобы они следовали за ним туда, откуда они пришли. Алекс молчал и был неподвижен. Когда они подошли к пню в лесу, Игорь передал сыну пистолет.

— В револьвере шесть патронов. Заряди три .

Алекс сделал, как ему велели. Он хорошо обращался с оружием. Отлично целился. Это было небольшим утешением для Игоря.

Лёша сначала нацелился на Тирни. Её подбородок дрожал, глаза умоляли. Он нажал на курок.