Страница 15 из 93
— Опусти это, Gealach. Это игрушка для взрослых. Я попрошу твою маму прислать тебе завтра карандаши и раскраски . Тирнан достал свой телефон и нахмурился, прочитав текстовое сообщение. Я знала основы механики оружия, наблюдая за тем, как с ним обращаются мужчины в моей семье.
Я сняла предохранитель большим пальцем.
Этот звук заставил Тирнана снова посмотреть на меня.
Он вздохнул. — Черт возьми . Он бросился ко мне, схватил пистолет за дуло, взял глушитель с туалетного столика и прикрутил его. — Уже час ночи. Прояви немного приличия . Он вернул мне пистолет, глядя на меня с блеском в глазах, как будто вызывая меня на бой. Он прижал грудь к пистолету, его темный взгляд пронзил мою душу, сжимая ее ледяным кулаком.
Его сердце стучало о глушитель.
Медленно. Уверенно. Спокойно.
Ни один мускул на его лице не шевельнулся.
Он разоблачил мой блеф.
Он не только разоблачил мой блеф, но и душил мою душу, трогал меня без разрешения и доводил до предела, как никто другой до него. Моя ярость, мой страх, все это собралось в желудке, как буря, набирающая силу и скорость, гнев, который дремлющий годами...
Я нажала на курок.
Сила удара наклонила пистолет вверх. Отдача заставила меня пошатнуться назад, я ударилась о стену и упала на пол.
Пуля задела его плечо. Алая кровавая полоса расплылась по его белоснежной рубашке.
Я застрелила своего мужа.
Самого жестокого, кровожадного человека в Америке.
Меня охватил ужас, и я ползла на четвереньках к двери.
Тирнан не спеша расстегнул пуговицы на рубашке. Его лицо не выдавало никаких эмоций.
Он спустил рубашку по рукам и, прижав дверь кончиком ботинка, помешал мне убежать. Я заставила себя поднять на него взгляд.
— Знаешь, если бы ты была настоящей Каллахан, я бы отвез тебя на стрельбище, чтобы поработать над твоей меткостью. Нам нужно поддерживать репутацию .
У него было подтянутое тело с выраженными кубиками пресса, рельефными грудными мышцами и татуировкой, идущей от уха до правого плеча.
Oderint Dum Metuant.
Пусть ненавидят, лишь бы боялись.
Он наклонился и потянулся ко мне. Я заставила себя не вздрагивать. Я думала, что он ударит меня, но он только вырвал пистолет из моих пальцев. — Открой рот .
Хотя он выглядел спокойным, что-то в его глазах говорило мне, что если я не послушаюсь, он всадит мне пулю в голову. И в отличие от меня, он не промахнется.
Медленно я расслабила челюсть. Он вставил дуло пистолета между моими губами. Медленно, почти чувственно. Оно было еще горячим, порох был кислым на языке.
— Оберни его своими красивыми губами , — холодно приказал он.
Глаза заслезились, и я выполнила инструкции, которые не должна была понимать. Я действовала по чистому инстинкту. Я не хотела умирать. Но и жить я тоже не хотела. Однако я не хотела покидать этот мир, не убив своего насильника и не вырвав этому ублюдку хотя бы второй глаз.
Мой муж выглядел скучающим до безумия. Как будто засунуть пистолет в горло людям было для него обычным делом.
— В следующий раз, когда ты попытаешься меня застрелить, тебе лучше не промахнуться, потому что это будет мой член. Он толще пистолета. Я буду смотреть, как ты давишься моей спермой в наказание. Понятно?
Я не ответила. К черту его.
Я смотрела на него, дрожа от ярости, и выплюнула пистолет изо рта.
Он в ответ покачал головой. — Тащи свою задницу в ванную и готовься ко сну, пока я приведу себя в порядок .
Я пошатываясь пошла в ванную и заперла за собой дверь. Я схватилась за края раковины, уставилась в зеркало и глотнула воздуха, чтобы набрать кислорода. Я хотела бы иметь телефон. Мама не разрешала мне его иметь. Она говорила, что телефоны создают зомби, а все, что мне нужно в жизни, можно найти в нашей библиотеке.
Мой взгляд упал на презерватив в фольгированной упаковке на туалетном столике. Я узнала его по анатомической энциклопедии, которую читала несколько лет назад.
Так он все-таки собирался меня изнасиловать.
Не пока я дышу, stronzo.
В панике осмотрев комнату, я нашла стеклянную вазу рядом с ванной на ножках. Я выбросила свежие розы в мусор — все равно не могла на них смотреть — и слила воду в раковину. Я засунула вазу под юбку свадебного платья и присела на пол.
За моей спиной загремела дверь. Он мне не доверял. А может, просто устал ждать, чтобы завладеть тем, что теперь принадлежало ему. В любом случае, у меня не было времени.
Я разбила вазу об пол, надеясь, что слои ткани заглушат звук, и выбрала из нее самый острый осколок стекла. Я вскочила на ноги и распахнула дверь. Тирнан стоял по другую сторону.
Он приподнял бровь. — Закончила истерику, зародыш?
Я бросила в него осколок, поразив его чуть выше локтя. Я целилась в вены, но он был высоким, а мое зрение было затуманено адреналином. Он быстро уклонился, двигаясь как нападающая змея. Я попыталась снова, слепо нанося удары, но, прежде чем я поняла, что происходит, он обхватил меня сзади и вырвал осколок из моей руки.
— Запомнить . Он потащил меня к кровати, прижал к одной из ее стоек и ловко привязал к ней своим ремнем. — Она не очень хорошо подчиняется приказам .
Не от придурков, которые изменяют мне через пять минут после свадьбы, хотелось ответить я.
Он убрал все осколки стекла в ванной и спрятал все оружие в комнате.
Когда он наконец закончил убирать за мной, он развязал меня, усадил на край кровати и присел передо мной на корточки. — Ты должна перестать пытаться меня убить, Лила. Это вызывает у меня сильную эрекцию, а я никогда не был хорош в отсроченном удовлетворении .
Я скептически посмотрела на него. Я даже не была уверена, что он имел в виду.
— Я не буду трахать тебя , — просто объяснил он. — По крайней мере, не сегодня .
Мой взгляд метнулся к презервативу на туалетном столике в открытой ванной, и я сглотнула. Он проследил за моим взглядом.
— Смело с твоей стороны предполагать, что ты достойна моего внимания . Улыбка коснулась уголков его губ. Она была насмешливой и без юмора, но я видела ее у него впервые. — Презерватив не для тебя. Я должен был трахнуть кого-то другого. К сожалению, я не был в настроении для брюнетки .
Мое дрожание постепенно утихло. Никто никогда не говорил со мной такими словами. По правде говоря, люди почти не разговаривали со мной. А когда разговаривали, то обращались со мной как с маленьким ребенком.
Тирнан наклонил голову. — Насколько ты все поняла?
Я не ответила ему. Я все еще не решила, как лучше всего поступить, чтобы защитить себя в этом браке.
— Ты перестанешь пытаться меня убить?
Я небрежно пожала плечами.
— Очень донкихотски . Он потеребил большим пальцем нижнюю губу. — Как насчет шестичасового перемирия до утра?
На этот раз я кивнула. Я была измотана. Голодная, жаждущая и подавленная собственным существованием.
— В одной постели? — предложил он.
Я сдвинула брови.
Он улыбнулся в ответ. — Тогда веселись на полу .
Я устроилась на крошечном квадратике коврика в ванной, свернувшись калачиком, и заснула в слезах. Тирнан не предложил мне лечь в кровать и не пошел проверить свою хныкающую и икающую жену.
Мрамор под мной был холодным, шпильки в волосах слишком тугими, корсет слишком удушающим, но я была в безопасности.
Заперта подальше от большого, злого монстра.
По крайней мере, до рассвета..
ГЛАВА 8
ТИРНАН
Меня разбудил громкий стук в дверь.
— Просыпайся, сэр Убийца , — пропел голос Энцо с другой стороны. Конечно, этот веселый ублюдок был утром в отличной форме. — Пора выполнить свою часть сделки .