Золото

Земля под ногами дрогнула, а по ушам ударил тихий звон, как от лопнувшей струны. Перед глазами появилась противная рябь. Чтобы стало полегче, всем пришлось проморгаться. Когда волны и цветовая рябь перестали мелькать, перед нами раскинулся город. Но какой! Сияющие фонарями улочки; люди, спешащие то в одну, то в другую сторону; дети, бегущие в сторону магазина сладостей — всё это демонстрировало реальную жизнь обычного города.

Если бы я не видела одновременно с яркой картинкой пустые забытые улицы, то, несомненно, поверила бы во всё это. Из того, что было в настоящем, были лишь стены и огни, парящие прямо в воздухе, именно они освещали всё и тут, и там.

Неподалёку от нас стояла женщина и перебирала в руках платок.

Всё это я рассмотрела за несколько секунд, готовясь дать отпор, но ничего не происходило, никто не стремился на нас напасть. Казалось, мы попали в обычный жилой район, даже ощутили приятный запах выпечки из пекарни неподалёку. Где-то весело зазвонил колокольчик, и мимо пронеслась запряжённая лошадьми карета.

Проследила за ней взглядом. Изредка я встречала такие, их имели значительно обеспеченные граждане. Всё вокруг напомнило мне Бернис, но лишь самую малость.

В какой-то момент я отпустила руку Лимпа, и он моментально оказался за несколько шагов от меня. Ближе к женщине, словно не чувствовал от неё никакой опасности. Незнакомка была одета в небольшой полушубок, будто пыталась согреться и часто щурилась. Лимп взмахнул руками от избытка чувств.

— Мам, знакомься, это мои... — парень растерянно нахмурился, но почти сразу нашёл подходящие слова, — друзья.

— О, мы всегда рады гостям и друзьям моего сына, — иллюзия посмотрела на нас и улыбнулась: — Пригласишь их к нам на ужин?

Женщина казалась настолько реальной, что только усилием воли я сохраняла прежнюю настороженность.

— Конечно, — Лимп с готовностью кивнул и, подскочив к Кириллу, ухватил мужчину за ладонь. — Пойдёмте, здесь недалеко. Моя мама замечательно готовит, и она не против, чтобы вы пошли с нами.

Кирилл, увлечённый счастливо улыбавшимся Лимпом, послушно сделал несколько шагов, нахмурился и остановился. Лимп обиженно дёрнул его за рукав.

— Думаю, лучше всего накрыть стол в беседке. Я часто устраиваю чаепития, и мы будем рады гостям.

Женщина не шла нам на встречу, продолжая по-прежнему стоять и улыбаться.

Посмотрела на Гунка. Он стоял и, казалось бы, равнодушно смотрел на всё вокруг. Только вот руки у него были сжаты, и это с головой выдавало его волнение. Каждый из нас оказался под атмосферой данного места и сейчас пытался справиться с наваждением.

— Пойдём! — Лимп дёрнул Кирилла посильнее. — Я хочу познакомить тебя с сестрой.

Не дождавшись от нас каких-либо телодвижений, Лимп настойчиво принялся рассказывать о своей семье, словно они и правда давно здесь жили. Словно это было то, что происходило с ним долгое и долгое время, пока что?..

От возникшей догадки стало зябко, и я поёжилась. Несколько лет назад в Бернисе случилось наводнение, и многие районы затопило, город стал похож на забор с пересекающими его потоками воды, возникающими из ниоткуда. Явление странное, но не невозможное для Перекрёстка.

Нас ненадолго увлёк диалог и живое общение, так что я было пропустила момент, когда вокруг, словно из-под земли, начал подниматься туман. Именно поэтому я и ощутила дрожь. Он, как живой, обволакивал улицы, и мне это не понравилось.

— Ребята... — произнесла тихо, только для своих спутников. — У нас мало времени. Вокруг начинает собираться туман.

Мой острый взгляд осматривал окружающих нас людей, и я заметила, как те задвигались чуть медленнее, словно прислушивались к тому, о чём мы говорили.

Услышали? Парни оглянулись, но видели лишь спокойный вечер и лёгкую суету фигурок.

— Здесь всё такое настоящее... — Кирилл прикоснулся к плющу, что обвивал стену.

Отступила от особенно плотного клуба тумана и выдала свою догадку:

— Я думаю, мы попали в иллюзию самого Лимпа, в его желания, мечты, и именно его стоит...

Резко, пока Лимп не понял и не насторожил существо, притворяющееся его матерью, придвинулась к мальчику и щёлкнула того по носу, воздействуя энергией этого мира.

Глаза мальчика почти сразу стали живыми, ушла пелена, окутавшая его. Но вместо того, чтобы броситься к нам на помощь, Лимп попятился, развернулся к женщине и сделал несколько неуверенных шагов.

— Мама, — в его голосе была затаённая надежда, — это действительно ты? — на последнем слове мальчик захрипел, словно слова были слишком тяжёлыми.

— Да, глупыш. Почему ты сомневаешься?

Женщина мягко и тепло улыбнулась сыну и подняла руку.

— Пойдём домой. Сегодня на ужин нас ждут оладьи с вареньем.

— Всё, как я люблю… — Лимп сделал ещё несколько шагов к ней навстречу, и по щекам его полились первые слезинки.

— Да, как ты любишь.

— Домой...

Лимп осмотрелся, бросил какой-то виноватый взгляд на нас, и неожиданно я поняла, что он хочет сделать. Не дав ему совершить огромную глупость, задействовала золото и вырастила сферический щит перед самым его носом.

Лимп бросился бежать, только сразу упёрся в него. Ударил раз, другой и завыл белугой. Казалось, он выцарапает себе проход с кровью. Быстро поняв, что таким образом ничего не добьётся мальчик развернулся и бросился ко мне. Словно понял, чьих рук был барьер.

— Ты! Открой! Там мама! — крик проникал в самое сердце, но нельзя...

Ловко перехватила Лимпа за плечи и остановила, вглядываясь в его глаза. Глаза, полные боли, надежды, страха и скрытого понимания...

— Это не твоя мать.

Существо по ту сторону как-то растерянно и грустно посмотрело на Лимпа и сделало шаг в нашу сторону. Оно словно не видело щит. Удерживая Лимпа, мне никто не мешал рассмотреть тот момент, когда сущность и поверхность сферы соприкоснулись.

Словно не сразу почувствовав это, оно продолжало идти, я видела, как натягивалась пелена с нашей стороны. Затем существо замерло, нахмурилось. Секунды текли тяжёлыми каплями. И тогда оно закричало.

Крик перерос в вой, лицо женщины исказилось и стало нечеловеческим. По ней пробежала рябь, искажая картинку, и на смену человека начал проявляться второй облик. На месте женщины оказалось то, что под ней скрывалось — существо, состоящее из мелких песчинок и камней, как та река, что протекала под нами. Тело неизвестной сущности так же перетекало из одного состояния в другое, лишь усилием воли удерживая человекоподобную фигуру.

— Оно явно разозлилось... — Кирилл нервно хохотнул, отмирая.

— Не смей! Лгунья! — получила я удар от Лимпа. — Она там! — и ещё один удар. — Не смей мешать мне, ты никто, ты... — рыдая, Лимп рвался из моих рук и колотил по груди со всей силы.

Всё, что мне оставалось, только сдерживать его удары. Мальчик словно ослеп и оглох. Он не видел ничего, кроме своей боли, наконец, нашедшей выход впервые за долгие годы.

С усилием обняла ребёнка, сотрясаясь от его дрожи. У меня болела рука, но эта боль была несравнима с его. Лимп понемногу уставал и под конец молча всхлипывал, но я не могла быть уверенной в том, что, выпустив мальчика, он не бросится обратно в самую гущу. Умоляюще посмотрела на парней.

Судя по их бледным лицам, они тоже, наконец, осознали, кого же Лимп принял за свою мать, и сейчас отходили от шока. Кирилл и Гунк сделали шаг ко мне, но первым успел Гунк, оглушив парня. Придержала обмякшее тело, и Кирилл забрал его, забросив себе на плечо.

Мы быстро покинули улочку. Я по-прежнему держала щит и испытывала давление на него извне, от чего по телу распространялись волны боли. Волшебный металл не жалел меня, помогая нам спастись и принося неутихающую боль. Но без него покинуть это место не представлялось возможным.