Страница 93 из 265
Дома я ополоснулся, подтянул хвостики и подумал, в чём идти. Сначала хотел надеть Анкин комбинезон, потом передумал. Скорее всего придётся снимать майку, раздеваться. Поэтому решил одеться в светло-зелёные шорты и полосатую с зелёным футболку, подаренную мне Никой. Почему девочка сегодня так себя вела? Чем расстроена? Неужели ей не нравится, что вечером буду с её папой? Какое-то похоронное настроение, будто меня там съедят сегодня. Может, отдать деньги и не ходить? С другой стороны, любопытно, и я уже не такой трус, как раньше. Теперь уже не жалко бить подлецов по лицу, вернее, по наглым мордам, как у Ромки. Тоже мне, красавец неотразимый! Таких вот девочки любят, наглых, беспринципных, готовить втоптать их в грязь! Их втаптывают, а они просят ещё! Я сплюнул.
Если Миша сделает мне что-то неприятное, я пореву несколько дней, и выкину его из своей жизни. Но он меня бросит только по одной причине. Вернее, по двум. Одной из них – отъезд, и я не собираюсь его задерживать, вторая – если узнает про обман. Тут прощения нет. Я знаю, что он изменяет мне, и прощаю. Да он и не скрывает. Хотя странно, если бы по-настоящему любил, дождался бы моего совершеннолетия. Ведь у нас можно с 16 влюбляться. Ну, это в случае, если бы я был девочкой… Что-то в наших отношениях слишком много «если». Нет, если бы я был девочкой, он был бы с расцарапанным личиком, а я с перерезанными венами. Может, он знает?..
Зависнув в этих мыслях, собрался в поликлинику. С собой ничего не взял, должен был уже записан. Только в регистратуре скажу, мне выдадут карточку, буду с ней ходить по врачам. Что там? Лор, окулист, хирург, наверное, терапевт. Невропатолог или психолог. Много. Нет, чтобы всех врачей собрать, завести к ним детей, и по очереди, всех. В школе так медсестра делает, если прививку там, или измеряют вес, рост.
В регистратуре сказал, что на комиссию.
- Имя, фамилия.
- Серёжа Дымченко.
- Ты что, девочка? О мальчике своём думаешь? Или за него хочешь пройти?
- А можно? – хотел я исправить ошибку, потому что серьги и хвостики не снял. Да и одежда девчоночья.
- Очередь за тобой, поторопись.
- Саша Дальченко, - посопев, назвался я. Девушка покопалась, не нашла.
- Ладно, не успели ещё, наверное, передать карточку, заведу тебе новую, тем более, на комиссию надо бегунок сделать. Дата рождения, пол, возраст…
Так я получил карточку на имя Саши Дальченко, девочки.
- Мне ещё надо в спорткомплекс справку, - сказал я регистраторше.
- Терапевту скажешь, выпишет, если будет допуск. Следующий! – я ей явно надоел.
Пошёл занимать очередь. Детей было немного, прошёл всех быстро. На самом деле, пришлось снимать майку, послушали, постучали по рёбрам.
- Хорошо кушаешь, или на диете? Любят девчонки сейчас худеть! Смотри, до чего себя довела!
- Хорошо кушаю, - пробормотала я.
Зрение хорошее, на оба глаза, слышу хорошо, горло в порядке. Хирург спросил про суставы, не болят ли, в связи с бурным ростом. Я ответил, что бурного роста не замечаю.
— Это хорошо, что не замечаешь. Измерили, взвесили. Рост 152 при весе 41 кг.
- В принципе, в норме, для девочки, - сказал доктор, записывая данные в карточку.
Психиатр постучал по коленкам, заставил рукой попасть в нос, покрутил, велел сказать, с закрытыми глазами, где что находится. Сориентировался, хоть и с трудом.
- Характер не агрессивный? С товарищами хорошо сходишься? Друзья есть.
- Есть друзья и подруги, в последнее время быстро схожусь с людьми, - ответил я.
Скоро всех прошёл, последний был терапевт, должен был написать заключение.
- Почему гинеколог не пройден? – посмотрела на меня врач сурово.
- А надо? – опешил я.
- Девочки с 13 должны посетить гинеколога.
- Но мне ещё нет 13-ти!
- Надо посетить, девочка, тем более, ты говоришь, спортом хочешь заниматься. Вдруг, какие противопоказания? Ничего там страшного нет, - поняв по-своему мои колебания, сказала тётя врач, - ты ведь девственница? – я кивнул, в этом отношении я чист!
- Сейчас тебя сестра отведёт к гинекологу, и во вторник, к восьми утра принесёшь мочу, кал на яйца глист, сдашь кровь из пальца. Вот тебе направления. Тогда справку получишь. Вера, отведи девочку.
Делать нечего, в полуобморочном состоянии довели меня да кабинета, около которого сидели уже две девочки, зашли внутрь, под возмущённые шепотки девчонок. В кабинете, за ширмой, куда меня завели, стояла полуголая девочка с небольшой грудью, её осматривала врач.
- Елена Андреевна послала, девочка сама стесняется.
- Нечего стесняться, полностью не раздеваю, - к моему великому облегчению сказала врач.
- Одевайся, Соня, - сказала она девочке, и мне, - а ты… Саша, раздевайся.
- Как? – спросил я.
- По пояс, и штанишки пониже, чтобы лобок был виден, - я снял футболку, приспустил шорты до плавок. Хорошо хоть, плавки телесного цвета не забыл надеть.
- Так, ясно, почему тебя Елена Андреевна направила. Недоедаем?
- В последнее время, да.
- Аппетита нет?
- Аппетит есть, денег нет, - честно сказал я, думая всё-таки оставить себе деньги, хоть кушать нормально буду. – Врач недоверчиво хмыкнула:
- По одежде не скажешь. У моих такой нет. Голодаешь специально, наверное. Тут не больно? – спросила она, довольно крепко схватив за грудь.
- Нет.
- Молочные железы еле прощупываются. Позднее развитие, - вздохнула она, - волосиков на лобке нет… Тебе точно 13 через месяц будет?
- Да, - тихо сказал я.
- Так… - врач начала нажимать мне на живот.
- Матка еле прощупывается, - меня бросило в пот. Неужели Алина права, и я на самом деле, «омежка», с маткой?!
- Так не больно? – постучали по спине, в районе почек.
- Нет.
- Одевайся, - врач сказала сестре несколько слов, расписалась, отдала мне карточку. – К спорту противопоказаний нет, - сказала она, - только брось голодать и кушай нормально, а то до шестнадцати лет останешься девочкой, а то и позже.
- А это плохо? – сглотнул я.
- Конечно, плохо. В 12 лет уже месячные должны быть, а ты ещё в латентном периоде! Даже нет предпосылок к созреванию. Всё, свободна.
Я взял карточку, в некотором офигении. Прошёл гинеколога!
Терапевт направила на ЭКГ, для справки, покрутил педали велоэргометра, смерили давление пульс до и после. Сделали заключение: здорова, как бык! Блин! Если бы не анализы во вторник! Терапевт, зная нашу детскую забывчивость и пофигизм, написала памятку маме.
продолжение следует
После прохождении комиссии, пошёл домой, взять велосипед и поехать к мальчишкам.
Нам уже сделали выгородку, где мы могли переодеться, хоть пацаны смеялись, как мы будем переодеваться в разрисованных полуголых персонажей.
- На сцене всё можно! – кричал Динька. – Я тоже не люблю, чтобы на меня смотрели, когда я переодеваюсь.
Приехал к ребятам почти вместе с девочками. Мальчишки уже ждали нас, переодевались в Стаю. Настрой был намного веселей, чем в школьном театре, где руководила Алла Сергеевна. Может быть, всё из-за нас с Ромкой? Надо будет спросить, как у них сегодня прошло, без меня.
- Ну как, прошла комиссию? - спросила Ника, когда мы с девочками переодевались в экипировку для фехтования.