Страница 92 из 265
Мишка немного про поход, о том, какие условия. Какие там условия? Такие же как у нас на острове!
Камера заклеилась, мы накачали её, проверили, как держит воздух, и собрали колесо. Смотрел, вроде просто и ловко у Мишки выходит, а получится ли самому? Не попробуешь, не узнаешь!
Написав рецепт рыбного супа, Мишка собрал мне велосипед и уехал домой, потому что скоро должна прийти мама с работы. Я стоял, глядя ему вслед и глотая слёзы. Хотелось, чтобы этот вечер длился вечно.
Маму я встретил во дворе, играли с девочками в их девчачьи игры. Никогда бы не подумал, что тихие игры девочек мне так понравятся!
Впрочем, если думаете, что девчонки всегда такие, то не угадали! Целый день носятся по окрестностям, обдирая руки и ноги, стучат мячом, вызывая гнев старушек, играют в казаки-разбойники, когда появляется Колька или ещё кто из мальчишек.
А сегодня, увидев, как я расстроилась, пригласили поиграть в «дом». Семья, дети, разговоры.
- Саша, мама твоя идёт! – шепнула Даша, и я, вмиг забыв про всё на свете, кинулся ей навстречу!
- Ой, ты моя хорошая! – обняла мама меня одной рукой. – Помоги сумку донести.
Дома я похвастался, что приходил Миша, немного купили продуктов, попили чай.
- Я завтра вечером суп сварю! – похвастался я, крутясь у мамы под ногами и мешаясь. – Миша говорит, очень вкусно!
- Может, в лесу и вкусно! – согласилась мама, смеясь. – В лесу всё вкусно! Ох ты, моя лиса-чернобурка! – погладила мама меня по голове.
- Миша починил мне велик, мам, - похвастался я, - завтра опять поеду с девочками. Разбуди меня, ладно?
- Разбужу, - пообещала мама, - ты душ принимала после тренировки? Беги, пока я переодеваюсь.
Прихватив с собой повязку, побежал в душ, отмыться от засохшего пота. Как со мной возился Миша? Я совсем про всё забыл!
В последнее время мама полюбила отмывать меня от дневной грязи, вот и сейчас, радостная, оттирала меня мочалкой, приговаривая:
- Мыла, мыла трубочиста! Чисто-чисто-чисто-чисто! Будет, будет трубочист, чист!
- Хорошо, у тебя тренировки через день, а то пришлось бы вторую форму покупать, - вздохнула мама.
- Не забудь завтра в поликлинику зайти! И не потный, ополоснись. Желательно без косичек, я тебя записала Серёжкой Дымченко, на свою фамилию.
- Зачем, мама? – удивился я.
- Сама не знаю. Ничего страшного, когда получишь паспорт, переделаешь на Кузнецова.
- А я назвалась Сашей Дальченко! – засмеялся я. Но, вместо того чтобы посмеяться вместе со мной, лицо у мамы вытянулось, и она спросила:
- Что-о?
- Я Саша Дальченко, - уже серьёзно ответил я. – Так папа сказал назваться.
- А, ну, тогда ладно, - почему-то вздохнула мама. Я хотел ей сделать что-нибудь приятное, но, вспомнив о деньгах, прикусил язык. Может быть, придётся вернуть?
Утром меня опять разбудила мама. Я уже стал привыкать к утренним побудкам.
- Умница, надо привыкать, в школу будешь легко вставать!
Я скривился про себя: ну бы её, эту школу! Нет занятий поинтересней скучного сидения в классах?
Но ещё три года надо вытерпеть, а потом что? А потом институт! Я потянулся, мама провела пальцем по рёбрам:
- Тронь! – я засмеялся от щекотки, а мама взгрустнула.
- Голодный ребёнок целыми днями бегает! Исхудал как! И это в самый рост!
- Мам, ну что ты? Не совсем ведь голодный? – я помнил времена, когда ковырялся в тарелке, не хотел ничего. В деревне, тоже, отодвигал едва начатую тарелку: «не хочу!». Нет, чтобы ничего на столе не оставалось, надо быть всегда слегка голодным.
Попили чаю и отправились по своим делам. Мама на работу, я на карьер, делать разминку и встретиться с подружками.
Сегодня Ника была какая-то невыспавшаяся, зевала. Подружки веселились вовсю, подначивая девочку, но той было не до смеха.
Только сделав разминку и накупавшись в холодной воде, девочка пришла в себя, шутила по поводу моих спрятавшихся в животе от холода яичек и крохотного писюна. Потом мы отошли от всех, начали целоваться.
- Саша, ничего не бойся, папа не сделает тебе ничего плохого.
- А я и не боюсь! – храбро ответил я, хотя содрогнувшись внутри. Что собрался со мной делать папа Ники? Да ещё за деньги?
- Не бойся, деньги я попросила тебе передать, знаю, что мама у тебя ещё не получала зарплату, - успокаивала Ника, - я попрошу папу, если у вас будет плохо с деньгами, найти твоей маме хорошую работу. А моему папе ты понравилась очень, он хочет ещё раз тебя увидеть, посидеть рядом с тобой.
- А ты чем хуже? – удивился я.
- Он ко мне уже привык, к тому же я вредная, а ты тихая и хорошенькая! Посидишь с ними, посмотришь глупый телевизор, и ко мне пойдёшь. Вот и всё. Ну, может, он тебя на колени посадит, обнимет.
Я покраснел, наверное, потому что Ника торопливо сказала:
- Я сделаю так, что папа не заметит, что ты мальчик!
- Как это? – удивился я.
- Увидишь! Защиту на тебя надену. Ничего не бойся! – честно говоря, я не знал, чего бояться мальчику. Я же не девочка!
- И ещё. Скоро у Ромки день рождения, он будет приглашать всех. Будет странно, если не пригласит тебя, тем более что на тебя он серьёзно запал…
- После того, как Сашка его поколотила? – усмехнулся я.
- И до, и после. Не смейся, мальчишкам нравятся девчонки-сорванцы. Так вот, не ходи к нему.
- Я и не собирался! Я его терпеть ненавижу! Тебе бы тоже не ходить!
- Не могу. У них в гостях будет Алла Сергеевна, будет странно, если я её проигнорирую. А тебе можно, ты недавно у нас, пока ещё не проявил себя, как актёр. Не обижайся, ладно? – поцеловала она меня.
- Ладно! – вздохнул я. – Ника, сделай мне хвостики, что ли, мне надо сегодня пройти комиссию в школу и на секцию справку сделать.
Ника засмеялась:
- Тогда хвост!
- Не, хочу хвостики пока. Дома всё равно сполоснуться надо, перед поликлиникой, там переделаю, в хвост, а то с косичками возни много.
- Хорошо, пошли. Только я не понимаю, зачем именно сегодня? Ты ещё пять раз можешь комиссию пройти!
- На тэквандо надо, и мама не любит всё откладывать на последний день, когда в больнице очереди будут.
- А, да, о тэквандо совсем забыла! – засмеялась девочка. – Я не пойму, почему никто из девочек ни разу не спросил, почему с нами занимается мальчик, и в душе, в раздевалке не замечают? – я пожал плечами:
- Сам иногда удивляюсь!
Я уже привык к своим девчонкам, но каждый раз с удовольствием любовался их точёными фигурками, особенно в профиль, когда животик плавно уходит вниз, ничто не торчит, как у меня.
У Алины и спереди ничего не видно, только чуть-чуть губки, в самом низу, у Веры приятная раздвоенная булочка, у Ники аппетитная складочка, которую всегда хочется поцеловать. Ника чувствует, что я к ней неравнодушен, специально дразнит меня.
Мои приборчики девочки изучили уже, даже попробовали на вкус, лизнув. Сказали, что очень приятно пахнет. Сравнили с подружками, все согласились, что со мной приятнее всего. А мне приятно было с подружками, с мальчиками не сравнивал, никого не приглашу, ни одного самого лучшего друга, сюда.
Перед уходом Ника с подружками сделала мне хвостики, перехватив разноцветными резинками.
- Когда пройдёшь комиссию, приезжай в клуб сразу, - сказала Ника, мы там будем, скорее всего. Если не будем, подождёшь, - Ника вдруг посмотрела на меня странно, обняла крепко, почему-то всхлипнула, будто прощаясь. Никто ничего не спросил, собрались и поехали по своим неотложным делам.