Страница 91 из 265
Миша разогрел суп, предложив немного салата. Пока отвернулся, помешать суп, салата не было. Я даже тарелку облизала. Мишка удивился, но промолчал.
- Очень вкусный салат! – похвалила я винегрет. Миша поставил передо мной миску супа. Я, стараясь не стучать ложкой, быстро выхлебала жижу, давясь, съела лапшу и кусочек курицы, разгрызая кости, как Серый Брат из Маугли.
Поняв, что слишком быстро ем, покраснела и воровато глянула на Мишу.
- Что, дома всё так плохо? – спросил он.
- Почему плохо? – удивился я. – У нас с мамой всё хорошо! – я посмотрел Мише в глаза, вздохнул. – Да, с деньгами не всё так хорошо…
- Саша, подожди меня здесь, отдохни, а я пригоню твой велик, в гараже починю.
- Нет, я с тобой! – испугалась я, вскакивая.
- Да никуда я не денусь, и никто тебя здесь не съест! – попытался меня убедить Миша.
- А вдруг родители придут, а я здесь сплю? – возражала я.
- Саша… - Миша положил мне руки на плечи, посмотрел в глаза. Я обняла его крепко, он меня, мы начали изо всех сил целоваться.
С трудом прекратив это сладкое занятие, вышли во двор.
- Я придумал, - сказал Миша, - мы возьмём инструмент, поедем на моём велике, то есть, на нашем, к тебе, посмотрим. Если там можно сделать что-то, сделаем. Если нельзя, сюда привезём.
Миша вывел из гаража немного переделанный велик, который подарил мне отец. Спереди приделал корзину, на багажнике седло, подножки.
«Девчонок своих катает», - понял я. Пусть катает и занимается с ними любовью, мне, увы, не дано с ним любиться, я только душой могу любить.
Таким образом мы добрались до моего дома, вытащили велик. К счастью, во дворе играли наши знакомые девочки. Они пообещали приглядеть за великами. Одна катается, другая сидит возле разобранного велика.
Оказывается, надо было снять переднее колесо, поставив его вверх ногами! А в велоаптечке имелся набор для ремонта шин и камер.
Миша ключом открутил колесо. Я сопел у него над ухом.
Потом унесли его к нам домой, там Миша разбортировал колесо, достал камеру, попросил налить в тазик воды, накачал камеру насосом, и нашёл прокол. Это место зачистил специальной тёркой, промыл бензинчиком, намазал специальным резиновым клеем, наложил латку и придавил специальной струбциной. Я по ходу дела спрашивал, что как называется.
- Зачем это знать девочкам? – смеялся Миша, целуя меня. – Для этого есть мальчики! О, какие у тебя кнопочки в ушах! Проколола? Какая смелая у меня девочка! Как называются?
- «Кошачьи глазки», - прошептала я, буквально тая от ласковых слов и прикосновений любимого.
- Удивительно идут тебе! – непритворно восхитился Миша.
- Ника подарила… - чуть не проговорился, что на День Рождения! Саша хотела его пригласить всей душой, остаться вдвоём, целоваться! А Серёжка боялся и негодовал над Сашиной глупостью. Не удержится вдруг мальчик, захочет погладить, и всё! Кончится сказка! Лучше со счастливым концом, когда распрощаемся со слезами и соплями, и всё, чем с проклятиями.
Во всяком человеке живут двое. Как бы, «внутренний голос». Советуемся с ним. Если не послушаемся, потом ругаем себя. Сейчас «внутренним голосом» был Серёжка.
Заметил интересный момент. Переодеваюсь в девочку, главная Саша, в мальчика, Серёжа, а голый? Чаще Серёжа, а если в повязке, сообща действуем.
- Сейчас заклеится, и пойдём ставить на место. Чаем угостишь? – я покраснел.
- Ясно! Пойдём в магазин?
- Миша…
- На булку хлеба с маслом и несколько конфет у меня хватит денег. Пойдём!
Миша опять взял меня за руку, я весело прыгала рядом, когда увидела Нику на велике.
- Вот вы где! – ревниво посмотрела на нашу радостную парочку. – Саша, папа тебя приглашает к нам.
- Когда? – расстроилась я.
- Он хотел сегодня, но ладно, давай лучше завтра, я тоже не хотела сегодня. Мама пирог испечёт.
Я слышал какую-то напряжённость в голосе Ники, по подумал, что ревнует к Мише.
- Сань, извини, ты думаешь, забыла я тебя? Папа тебе велел передать, - Ника подала конверт и быстро уехала. Я заглянула, в конверте лежали две десятки.
продолжение следует
- Не понял, - сказал Миша. Как будто я сам что-то понял. Неприятно засосало под ложечкой.
- Чей папа? – спросил Миша, требовательно глядя на меня.
- Теперь не спросишь, - сказала я, засовывая конверт в карман шорт. – Разберусь, потом решу, что с ними делать. Или потратим? – посмотрела я на друга, крепко схватив его за руку.
- Сделаем, как хотели, потом посоветуешься с мамой и решишь, - повеселел Миша, снова повёл своё прыгающее чудо в магазин.
Купили немного больше, чем планировали. Миша мне специально купил банку «Чернослив в вине», к нему огромный батон в виде ромба, мягкий-мягкий! Немножко конфет, пачку чая, коробку сахара-рафинада, банку сайры…
- А это зачем? – спросил я, вертя банку в руках, где сияла красивая фотография ровненьких рыбок.
- Не умеешь сайровый суп делать? – с усмешкой спросил Миша. – Научу! В походе много чему научишься.
- Миш, ты говорил, надолго уходишь. А почему ты в городе? – задал я бестактный вопрос, и сам покраснел.
- Нас отправили закупить продукты, - ответил Миша, нисколько не смущаясь, когда мы переходили в овощной отдел. Там мы взяли пакет с картошкой.
- Давай, в кино сходим? – предложил он вдруг.
- А когда? – обрадовалась я. – Завтра я занята.
- Послезавтра сходим. Ты когда освобождаешься? Тренировка завтра у тебя будет?
- Нет, только репетиция. Ну, ещё в клубе, наверное…
- В каком клубе? – спросил Миша, насторожившись.
- Детский клуб, там мы учим сражаться на шпагах, для театра.
- А, вон оно что! – облегчённо вздохнул Миша.
- А ты думал? – весело улыбнулась я, задрав голову.
- Ничего не думал! – ответил друг, приобняв меня за костлявое плечо. – Ты такая худенькая! – пожалел он, немного помрачнев. Наверное, вспомнил, как я уничтожал его суп и салат.
- Ничего, - прошептала я, - всё образуется.
Несколько минут мы молча ходили по магазину, думая, что ещё купить. Пакет яичной вермишели, соль.
- Мы ещё с мальчишками пьесу про Маугли разучиваем, - вспомнила я.
- Про Маугли? – рассмеялся Миша. – Голые бегаете?
- Почти, - я потерлась головой о его плечо, - в набедренных повязках.
- Хотелось бы посмотреть на вас! – размечтался мальчишка.
- Меня там пока нет, я буду во втором акте. Пока Маугли маленький, сначала пытался вообще голышом, как в книге. Там же одни мальчишки. Кроме нас, четверых девчонок.
— Вот здорово! – восхитился Миша. – Тебя там не отобьют у меня?
- Могут, - хихикнула я, - они сначала чуть не передрались за нас, потом график составили, кому кого и когда учить! – я, с улыбкой глянула на Мишу, тот с нежностью смотрел на меня, приобняв сильной рукой за плечо. Находясь рядом с ним мне хотелось быть маленькой слабенькой девочкой.
Странно, когда он уехал, я постарался убедить себя, что всё кончено, и даже не тосковал по нему. А вот встретились, и всё сначала…
Дома мы попили чаю, разговаривали, посмеиваясь и вспоминая смешные истории из последних случаев. Само-собой, про пацанов-насильников ничего не сказал, чтобы не волновался. О наших играх на карьере, да и про сам карьер…