Страница 243 из 265
Сходил в учительскую.
- Можно? – сунул я нос.
- Заходи, Сашенька! – позвали меня ласково. Уже все знали, что я поссорился с сестрой?
- Евгения Львовна, завтра мне в поликлинику, скобки снимают, - показал я руку.
- Тебе, кажется, швы уже снимали? – удивилась учительница.
- Потом края раны разошлись, скобки поставили. У вас есть ножницы? Сейчас разрежем бинты, покажу.
Евгения Львовна покраснела:
- Да верю я тебе, я же не знала…
- Хорошо, попрошу не бинтовать, - вздохнул я.
- Сашка! – строго сказал Лев Абрамович. – Перестань! Евгения Львовна не из праздного любопытства спрашивает! Не забывай, она твой классный руководитель, и ты должен отвечать, по существу. А не язвить!
У меня появилась мысль, а не дочка ли Евгения Львовна Льву Абрамовичу? Но только опустил голову и пробормотал извинения.
- Мне к девяти утра, я всегда в это время прихожу к хирургу, он мне назначил на вторник, не я сам иду…
- Хорошо, Саша, только справку принеси, мне отчитаться надо, за твоё отсутствие. А то сегодня пропустил урок, завтра, а я виновата останусь, когда спросят, почему у меня Дальченко в отстающих? – обиженно сказала Евгения Львовна, как девочка.
- Сегодня я опоздал на пять минут, - проворчал я, а меня не пустили.
- Иди уже! – махнул мне любимый учитель физики.
- Не стоит мне заходить в учительскую! – буркнул я себе под нос. – нехорошая там аура!
Завтра к врачу. Значит, надо дома ночевать, наверное, хотя, какая разница? У меня руки зудят, так хочется работать над шахматными фигурками! Сегодня примусь за Единорога. Рог можно будет выточить отдельно, потом вставить в отверстие в голове фигурки, приклеить деревянным клеем.
Сделаю для белых коня. Для чёрных – лошадку. Чёрным всё время не везёт, наоборот сделаю…
- Сашка! – услышал я, и увидел Веру и Алину, как всегда, вместе и на велосипедах.
- Привет! – несказанно обрадовался я, показывая все 28 зубов, наверное.
- На следующей неделе Нина Семёновна всех собирает. Придёшь?
- Приду, конечно! А вы ко мне?
- Нет, мы мимоходом, к ребятам!
- Как у вас с ними? Нормально? – спросил я, стараясь не показывать разочарования.
- Даже лучше! – смеялись девчули.
- На карьер, наверное, ездите с ними! – вздохнул я.
- До этого мы ещё не дошли! – ответила Вера. – Они же мальчишки, а мы там раздетые любим купаться!
Я разочарованно вздохнул, думал, меня пригласят.
- Классный у тебя портфель, - заметила Алина, - может, в воскресенье сгоняем на карьер? Вместе? А то потом могут дожди пойти, похолодает, и всё!
- Где встречаемся? – обрадовался я.
- Где обычно, в парке!
- Договорились! – мне стало легче на душе, девчонки меня не забыли, просто у них лямур.
Я же не знал, что их попросили не допускать моей встречи с курсантами Суворовского училища.
- Серёжка! – обратился ко мне Славка. – Ты, после обеда, что делать будешь?
- Хотел, вообще-то, в мастерскую поехать, я там фигурки для шахмат вытачиваю, это мне надо, чтобы руки разрабатывать. Но сегодня не могу допоздна, только да шести вечера.
- Возьмёшь меня с собой?
- Тебе скучно будет, там только радио работает, а когда я работаю, не разговариваю, только сам с собой и деревом. А что ты хотел?
- С тобой сегодня поиграть во что-нибудь. Ярик не может, нога ещё болит.
- Приходи, после обеда, сделаем уроки вместе, может быть, Машдаш выйдут гулять, Колька… - Славка слегка поморщился, но возражать не стал:
- Хорошо, Серёжка! Я приду! – и убежал, радостный. Славка мне, вообще, нравится, хороший парень. Был бы я девочкой, наверное, с ним бы дружил. Хотя, почему я не могу с ним дружить мальчишкой?
С каких пор я стал считать, что мальчики должны дружить с девочками, а девочки с мальчиками? Всегда дружили дети с тем, с кем находились общие интересы, игры.
Дома ещё никого не было, зато на столе лежала записка:
«Серёжа-Саша, если ты сегодня дома, в холодильнике борщ, пюре и подлив с мясом. Разогрей и покушай, не питайся в сухомятку! Ещё есть макароны».
Я взял эмалированную миску, налил туда борща с кусочком мяса, поставил на плиту и пошёл умываться и переодеваться.
Плита, это вам не микроволновка, за ней следить надо. Так что, разделся, сбегал, помешал, умылся и подмылся, сбегал, помешал, оделся в трусы и майку, уже согрелось!
Теперь надо осторожно миску переставить на подставку, взявшись за края тряпочкой, чтобы не обжечь руки, и не забыть выключить плиту.
Придёт сегодня Сашенька? А зачем ей приходить? Может быть, она искала повод, отделаться от меня?
Не зря хотела порвать плёночку, чтобы можно было с Костей любиться…
Бросил ложку, пошёл выпить триоксазин.
Надо успокоиться, может быть, ты сам себя с ума сводишь!
Картошку разогревал на сковородке, до поджаристой корочки, потом подливку разогрел!
Когда уже всё съел, позвонили в дверь. Пришёл Славка, в футболке и шортах.
- Привет! – радостный, улыбается от уха до уха.
- Чай будешь?
- Не, только что наелся и напился!
- Тогда проходи, уроки сделаем и на улицу пойдём.
Пока расправлялись с письменными, со двора меня позвали:
- Са-ша! – я выглянул, Машдаш и Колька уже в боевых доспехах.
- Ты дома сегодня? Гулять выйдешь?
- Выйду, конечно! Сейчас, немного осталось!
Интересно, думал я, решая очередную задачку по физике, где остальные ребята из наших домов, почему не играют с нами? У них своя спортивная площадка, они там иногда играют, на стадионе, а с нами не пересекаются.
Славка быстро перекатал у меня решения, пока я одевался в серую одежду, уже немного потрёпанную.
На улице решили опять пойти на пустырь, поиграть в индейцев, или казаки-разбойнике, что одно и то же, только разница в одежде и боевой раскраске.
Если вы помните сладость мальчишеских игр, поймёте смысл слова «заигрался».
Когда мы сели передохнуть, уже вечерело.
Как бы мы ни старались играть аккуратно, были изрядно потрёпаны в боях. Майки вылезли из штанов. В волосах застряли репьи, которые мы выбирали друг у друга.
Ноги и руки были в грязи и зелени сочных растений, мой бинт выглядел просто ужасно.
С одной стороны, в поликлинику с таким бинтом неудобно идти, а с другой, всё равно резать будут и менять на новый.
Мы уселись на лавочке и громко комментировали свою последнюю войну, когда из окна услышал мамин голос:
- Саша, это ты, что ли?! – посмотрел на свои окна, с удивлением увидел маму. Уже дома? – Не пора домой? Темнеет уже!
- Да, пора домой! – вздохнул Славка. – Ты со мной? – и они, попрощавшись с нами, ушли. Мы с Машдаш тоже не торопясь отправились по домам, настолько хорошо сегодня поиграли.
- Стой! – сказала мама. – Дальше ванной не заходи! Можешь сразу всё в стиралку кидать!
- А бинты разматывать? – спросил я, не решаясь переступать порог.
- Рану можно мочить?
- Мочил уже, потом перевязали.
- Ой, там столько грязи! Иди уже, сама тебя помою! Ну и ребёнок у меня! То ночи с девочками проводит, то в детские игры играет!
- Переходный возраст! – раздался откуда-то смех Сергея.