Страница 13 из 26
Глава 4 Лес и его обитатели 2
Утро разбудило меня громким пением птиц. Я открыл глаза, осмотрелся. Было уже совсем светло, роса лежала всюду, даже на наших волосах.
Лана уютно устроилась у меня на плече, рука затекла, но я не решался пошевелиться, чтобы не разбудить подружку. Я смотрел на её нежное лицо, и не мог понять, почему хочется смотреть на неё ещё и ещё. Сколько раз её видел. Да, она нравилась мне, но, чтобы вот так, лежать рядом, хоть всю жизнь…
Лана почувствовала мой взгляд, зашевелилась, открыла глаза, улыбнулась и потянулась изо всех сил:
— О, Джек! Как хорошо! Но надо вставать. Сенька спит?
— Спит твой Сенька! – буркнул я, растирая руку. Лана рассмеялась, щёлкнула меня по носу и легко вскочила на ноги:
— Буди Сеньку, а я пойду, умоюсь!
— Ты осторожней! – крикнул я вслед, — Не забывай о мелких рыбках!
— Что ты имеешь ввиду? – серьёзно спросила она, оборачиваясь.
— Ну, — смущённо сказал я, — сначала надо пообщаться с Деревом, оно укажет безопасное место…
— Да, — согласилась Лана, — что-то я стала излишне беспечна., — и она подошла к огромному стволу, прижалась к нему и замерла. Потом поднялась и отправилась по своим делам.
А я стоял, задумавшись. Что-то снилось мне по этому поводу, а вот что, не мог вспомнить. Помнил, что нельзя Лану оставлять без защиты, а вот по какому поводу? Укорив себя за непонятливость и глупость, решил тоже последовать примеру подружки.
Когда мы уже вернулись, из шалаша показалась Сенькина лохматая голова. Осмотревшись вокруг сонными глазами, исчезла. Потом вылез весь мальчик.
— Не забудь умыться, Сенька, — напомнила вернувшаяся Лана, — знаю я вас, мужчин…
Я уже умылся, не хотелось, чтобы Лана надо мной смеялась и отворачивалась, от неумытого.
Мы позавтракали вчерашним холодным мясом и орехами, которые добыл Сенька, и отправились обратно, к Реке.
— Ну и как нам переправиться на ту сторону? – спросила Лана, когда мы подошли к широкой Реке, полной хищников. Я вынул карту и стал внимательно её разглядывать. Лана тоже смотрела, только Сенька лениво бросал камешки в Реку.
— Смотри, — заметила Лана, вот место, где наши предки переходили Реку.
Действительно, место было указано особой отметкой: вот галечная коса, вот дерево, похожее на трезубец.
— Ну и где это? Прошло более ста лет. Да и в какой стороне искать? Вниз или вверх по течению?
— Это Брод, — сказала Лана, — через Реку переходят животные, надо искать тропу.
— В какую сторону пойдём?
— Ты не пробовал спросить у Леса? – улыбнулась Лань.
— Зачем у Леса? – ответил я на её улыбку. — Спросим у тебя!
— Как это? – удивилась девочка.
— Ты же Лань! – засмеялся я. Лана сначала нахмурилась, затем тоже рассмеялась, только Сенька хмуро глянул на нас.
— Сень, — обратилась к нему Лана, — не переживай, уже ничего нельзя исправить.
Сенька хотел что-то сказать, но отвернулся.
— Тяжело ему, — вздохнула Лана, — маленький ещё, трудно без родителей.
— Мы ему заменим родителей, — решил я, — Мы его примем в свою семью.
— Так уж и в семью? – озорно блеснула глазами Лана.
— Да, Лань! По законам даже нашего Посёлка подросток, выбравший себе невесту, считается семейным.
— Да, до совершеннолетия считается, потом уже становится.
— Лань, а ты никогда не задумывалась, что можно передумать?
— Как это? – захлопала глазами Лана.
— Я о невестах. Вот мальчик и девочка понравились друг другу, а когда взрослеют, разонравились, понравились другие?
— Бывало и такое, — согласилась Лана, — но редко. Обычно становятся ещё более дружны.
— Ну что? Пойдём? Я думаю, сначала вниз по Реке? – немного подумав, предложила Лана.
— Почему вниз?
— Видишь, Река начинает расширяться? Может, что-то мешает? Перекат?
Я пожал плечами, кликнул Сеньку, и мы отправились вниз по течению Реки.
Не сказать, что путь был лёгким. Постоянно дорогу нам преграждали деревья, вынесенные рекой на берег. Были и небольшие стволы с корнями, подмытыми у берега, были и огромные, переломанные брёвна, которые приходилось обходить, углубляясь в Лес.
Все устали и вспотели. Мелкие насекомые досаждали моим спутникам, а мне нет, несмотря на то что они были одеты в туники, а я в одну набедренную повязку.
— Джек, пора бы передохнуть! – попросила Лана, когда мы дошли до небольшой заводи.
Заводь была хороша: со стороны реки была огорожена грядой камней, вода была прозрачной, на первый взгляд, неглубокой. Крупных гадов нигде не таилось.
Я огляделся в поисках пробкового дуба. Дуб рос невдалеке.
— Не забудьте обезопаситься, — напомнил я, и Сенька тут же скинул тунику и, взяв нож, побежал к дубу. Тело его лоснилось от пота. Лана, глянув на меня, колебалась недолго. Стянув тунику, осталась в одном бандаже. Я старался не смотреть на неё, но глаза возвращались к её стройной, будто точёной, фигурке. Хотя фигурка была ещё вполне мальчишеской, что-то стало уже проступать, нечто волнующее.
— Нож дай, — подошла она ко мне, — Ты не будешь купаться?
— Посторожу вас, — ответил я, — потом вы за мной присмотрите.
— Ты не чувствуешь Реку? – удивилась Лана. Я помотал головой:
— Наверно, у Реки другая Душа, не подчиняется Лесу.
— Возможно, — согласилась Лана, — Но разве ты не купался раньше здесь? Один?
— Купался, — согласился я, — тогда мне было всё равно, я не понимал ничего.
— Тогда сторожи, — улыбнулась Лана и пошла к дубу, где Сенька уже закончил закупоривать все отверстия в своём теле.
— Не открывай рот в воде! – крикнул я пробегавшему мимо мальчишке. Он круто затормозил:
— А как же пить?
Я тоже задумался. Почему пить можно, а другие места надо закрывать?
— Не знаю, Сенька, так нам взрослые говорили.
— А! – махнул рукой Сенька и с разбегу плюхнулся в воду. Заверещал там радостно:
— Ланка! Иди скорей! Милана!
Лана быстро и бесшумно пробежала мимо меня и нырнула рядом с плещущимся Сенькой, который поднял тучу брызг.
Мне стало немного завидно, но я решил всё-таки последить за Рекой. Ничего не стоит какому-нибудь хищнику неслышно перелезть через камни. В детстве я не боялся никого, с лёгкостью убегая от чудовищ. Но сейчас я боялся не за себя. Лана стала для меня дороже, чем я сам.
Смотрю на неё, и радуюсь.
Накупавшись, она вышла из водоёма. Вода стекала с неё, она шла ко мне, как Наяда. Я на миг подумал, что это не моя девочка, живая и тёплая, а порождение Реки. Особенно, когда она подошла вплотную, прижалась ко мне холодным телом и поцеловала в губы.
До этого Лана никогда не целовала меня в губы, всё время в щёчку, или под ухом, поэтому сердце у меня замерло, и я не мог понять, живая это Лана или морок.
Лана звонко рассмеялась, а я увидел, как огромный Крокодил осторожно пробирается через камни к Сеньке. Сенька не видел опасности, потому что сильно шумел.
Я кинулся к нему и успел выхватить братишку Ланы почти перед пастью Крокодила.
Крокодил клацнул острыми зубами, перевалившись в нашу заводь.