Страница 36 из 73
Но я задумался. Что, если я потеряю Монро? Что, если она так и не придёт в себя и умрёт, думая, что я не хочу её или не люблю такой, какая она есть? Эта мысль чуть не поставила меня на колени, но я устоял, стараясь быть сильным ради неё.
— Я чувствую себя ужасно, — всхлипнула Джейн, уткнувшись в грудь Бингли.
— Это не твоя вина, — попытался он успокоить её, хотя я видел, что его раздражает, что она не отказалась сразу сесть на лошадь.
Я не винил Джейн, но мне хотелось, чтобы она тоже отказалась ехать. Чего бы я только не отдал прямо сейчас, чтобы Монро отчитывала меня. Она делала это так хорошо, и я это заслужил.
Невыносимая леди Кэтрин похлопала меня по руке. «Мне очень жаль беспокоить вас в такое время, но я должна подумать о парке и впечатлениях остальных наших гостей. Я очень надеюсь, что вы останетесь нашим мистером Дарси. Скорее всего, в больнице вы мало что сможете сделать. Мы найдём вам другую Элизабет».
— Я была бы более чем счастлива занять место Монро. Уиннифред подняла руку, ничуть не смущаясь своего грубого поведения.
Я никогда в жизни не испытывал такого презрения. От моего «уставшего лица Дарси», как сказала бы Монро, никуда не деться. Если бы она только проснулась и сказала это, я мог бы притвориться, что меня это раздражает. Я прищурился и скривил губы, повернувшись лицом к этим ужасным женщинам. — Не могу поверить, что у кого-то из вас хватает наглости беспокоиться о таких пустяках, в то время как Монро, — мой голос дрогнул, когда я произнес её имя, но я взял себя в руки, надеясь, что смогу выплакаться наедине, но сейчас мне нужно быть сильной ради Монро. — ...лежит там и страдает. Насколько сильно, мы не знаем. Уиннифред, я думал, мы лучшие друзья , — отругал я её. — Я думал, ты лучше.
Лицо Уиннифред вспыхнуло красным, как её каштановые волосы, но она ничего не сказала в свою защиту.
— Что касается вас, — набросился я на леди Кэтрин, — вы были просто отвратительны по отношению к Монро.
Её рот открылся, и она забормотала что-то непонятное, пытаясь защититься.
«Монро много лет мечтала попасть в это место, а вы обошлись с ней более чем несправедливо. Почему? Потому что она не вписывается в какие-то рамки?» Мои собственные слова пронзили то немногое, что у меня осталось от сердца. Я чувствовал отвращение к себе. Неужели я скрывал себя от Монро, потому что она не вписывалась в рамки аристократии? «Её самым большим преступлением было то, что она радовалась своему пребыванию здесь и хотела, чтобы окружающие наслаждались этой фантазией вместе с ней. Но всё, что вы могли сделать, — это смотреть на неё свысока. Так что нет. Если Монро не может быть моей Элизабет, я не буду мистером Дарси. Мне плевать, кто заменит меня.
Глаза леди Кэтрин наполнились слезами, а руки так сильно дрожали, что она сложила их вместе. — Что ж, — её голос дрожал. — Мне жаль, что вы так считаете.
— Вам должно быть стыдно за то, как вы обошлись с Монро. Но мне было не так стыдно за то, как я обошёлся с ней. — Не ждите, что я буду рекомендовать это место. Я ушёл.