Проклятье Хозяина болот

— Неа.

Он упал спиной на кровать, приняв излюбленную позу и протянул:

— Ладно… Я расскажу, что знаю про драконов — в книжках ты всё равно ничего этого не найдёшь, но не плачь потом о несправедливости.

— Вот это другой разговор.

И я приготовилась слушать, подозревая, что всё в этом рассказе будет плохо, однако не представляя, насколько.

— Итак, этот мир основал Великий Огненный Дракон, дыхнув пламенем на мир, и бла-бла-бла — получились крылатые солдатики, дышащие огнём, — очень сильно опустив детали, начал Кусь, испытывая острую неприязнь к представителям этого народа. — И такими важными они себя вдруг стали ощущать из-за своей магии, из-за того, что к ним все шли на поклон, прося помочь с набегами врагов, что с годами стали наглеть всё больше.

В моей голове нарисовалась вполне чёткая картина тех событий, но с красочным повествованием хорька она была ещё и очень эпичной.

— … и в один прекрасный день драконы так охренели со всем этим отношением к людям и всему миру, что стали терять силу — видимо, боги тоже не совсем слепые, — усмехнулся он. — Тогда их провидец — тот ещё дед-маразматик — придумал новую веселуху. А почему бы ведьм не отдавать крылатым? Они ведь могут поделиться магией! Рабство-то у нас итак разрешено, значит, никто не будет против, если с десяток девиц-сирот просто исчезнут. И идиоты-люди это приняли!

— Говоришь так, словно не понаслышке знаешь, о чём говоришь.

Он взглянул своими глазами-бусинками так проникновенно, что всё моя прежняя весёлость, оставшаяся от свидания с Лесом, испарилась.

— Самое жуткое, знаешь что? Многие верили, что если отдать дракону в жертву ведьму-девственницу, их самих ждёт процветание, а гнев крылатых не обрушится на них. Вот у тебя же явно мужиков было немного?

Если бы он знал, сколько их было… Но речь была не обо мне.

— И к чему ты клонишь?

Он усмехнулся ещё печальнее, а потом кивнул на тумбу рядом с кроватью, где в красивой вазочке стоял тот самый цветок, подаренный мне тенью — значит, у меня опять были гости.

— Я к тому что кто-то в этом доме уже знает, что тебя преследует дракон и хочет вас свети с ним, обогатившись, или…

— Или здесь есть другой дракон, — с ужасом осознала я, вспомнив вторую личность госпожи Мирны, так отчаянно старающуюся наставить меня на путь истинный.

Глава 13

Прежде чем настал вечер, я всё же решила, что пойду на собрание вдовушек, несмотря на все предостережения хорька. Книгу, которую мне дали, я где-то посеяла, а сейчас испытывала стойкое чувство разочарования, что не успела приобщиться к высокому искусству.

— Думаешь, узнаешь у этих тёток что-то новое?

Кусь выспался, при этом ничто мирское его будто даже не тревожило после рассказа о драконах, а вот меня неслабо так трясло.

— С чего ты взял, что это именно «тётки»? — я собиралась, как на лучшее свидание, нервно крутясь перед зеркалом. — Та вдова показалась мне довольно молодой, и вообще, они тут наверняка давно живут и могут рассказать что-то полезное. А вот ты только сложностей мне прибавил.

Он и хотел бы поспорить, да не стал — очевидно, моё состояние не укрылось от его зорких глаз.

— И что мне прикажешь делать без тебя? Знаешь, что один я в лесу потеряюсь!

— Отвлеки Леса — он не даст мне самой уйти и обязательно пойдёт следом, если узнает, а он узнает, — вспомнилось его суровое обещание. — К тому же, если это собрание будет длиться всю ночь, есть шанс, что тень дракона ко мне сегодня не придёт.

Потому что этого я боялась больше всего.

— Ага, тешь себя надеждой, — едва слышно проворчал он. — Надень чёрное — у них такие порядки.

Нужное платье у меня нашлось, так что я была готова. Остаток дня провела в комнате, делая заметки в дневничке, и один раз спустилась пообедать, хотя на кухне не встретила ни души. Принимать пищу в одиночестве было зловеще, но меня занимали мысли похуже, поэтому момент я пережила.

А вот когда закатные лучи уже прорезали небо, чтобы опять погрузить городок во тьму, я побежала на встречу. Колокол уже прозвонил пару раз, и мимо конюшни я кралась, как домушник, пытаясь выманить собственного коня. Тот, к счастью, обладал не только интуицией, но и недюжинным интеллектом — вышел ко мне сам, вновь избавившись от верёвки.

— Я ведь даже имени твоего не знаю, — прошептала я, но он только ухом повёл — мол, зови, как хочешь, только свободы не лишай. — Ладно, будешь Мустангом.

Заинтересованно повернув ко мне морду, он забавно шлёпнул губами, а потом позволил себя оседать — удивительно, но мне даже не нужно был седло, а лошадиная спина словно была создана для меня.

Он тут же повёл меня какими-то закоулками, где уже спешно закрывались ставни, а один мужик, увидев в окне даму в чёрном на белой лошади, икнул и упал в обморок. Окно он зашторивал уже вслепую, а я сверялась с адресом.

Дом у госпожи Аверо стоял на самой вершине холма, куда я бы не добралась пешком, но конь бодро домчал меня до места, избегая открытых участков и пригибаясь, будто за ним следили с прожекторами. А пару раз мне даже слышался колокол за спиной, но всё обошлось.

— Встретишь меня? — спросила, едва мы прибыли.

«Подумаю», — ткнулся он губами куда-то мне в шею, уложив свою голову на плечо.

Интересно, это что за нежности? Впрочем, это я как-нибудь потом выясню, а вот сейчас стоит поторопиться. Я попрощалась с белогривым, который тут же юркнул в очередные кусты, а сама несколько раз ударила в дверной молоточек.

— Кто? — чуть приоткрыв дверь, басом спросила какая-то женщина, явно уже не раз отпугнув таким образом самых любопытных.

— Я по приглашению, — сунула ей визитку, и мне сразу открыли, протянув вуаль. — Наденьте, — сказала такая же безликая вдова.

Что ж, чужой дом — чужие правила.

Я не стала сопротивляться и приняла их, оказываясь внутри. Зал здесь был большой и красивый — старинная мебель просто кричала о роскоши, как и тканевые обои, но больше всего я восхищалась картинами.

— Прошу за мной, — уводила меня всё дальше женщина. — Госпожа сама рисовала всё это.

— Невероятная красота, — нисколько не польстила я, любуясь пейзажами чужого мира.

Мой ответ порадовал незнакомку, а потом она привела меня в библиотеку — такой же большой зал на втором этаже, где за закрытыми плотными шторами уже собралось с дюжину женщин, скрытых под вуалями, как я.

Мне важно кивнули, не отвлекаясь от разговора, пока в кресле в самом центре дремала какая-то старушка — судя по рукам, это и была хозяйка дома, но сейчас ей было глубоко по барабану, что тут происходило.

— Рассаживаемся, дамы, — приказала та, что кивнула мне. — Пора начинать.

В этот момент, когда огромные часы в углу пробили семь вечера — а окончательно темнело здесь именно в это время — в дверь ворвалась очередная участница этого странного и непонятного пока сборища.

— Опять опаздываете, — попеняли ей.

— Прошу прошения, — шёпотом отозвалась новоприбывшая, будто у неё болело горло, а потом скромненько заняла место рядом со мной. — Доброго вечера.

— И Вам, — кивнула я. — Горло болит?

Из-за этих вуалей все здесь казались какими-то живыми куклами, и мне нужно было хоть как-то почувствовать себя человеком.

— Уснула в ванной, и та остыла, — призналась она смущённо, чуть кашлянув.

— Выпейте горячего молока, — посоветовала я, и мою руку благодарно сжали пальцы в перчатке.

Тем временем ответственная за собрание леди позвонила в маленький колокольчик, объявляя начало.

— Добро пожаловать в наш тайный книжный клуб «Вдовы-закладчицы», — сказала она торжественно.

Мне же не послышало, да?