Страница 59 из 73
Она откидывается на подушку и смотрит на настенные часы.
— Ты… э-э… не знаешь, где мой телефон? Мне нужно проверить Скар. Она ночует у Джулс, но я должна была позвонить ещё час назад.
Обыскивая пакет с её вещами, висящий на краю кровати, я нахожу телефон. Он загорается, как только я его беру. Сообщение: «Эй, ты в порядке?» от кого-то, кого она сохранила как Ошибку. Полагаю, это Рикки.
— Я выйду, — говорю я, передавая ей телефон.
— Всё в порядке.
Когда я оглядываюсь в её сторону, я вижу в её глазах то, чего, как мне кажется, я никогда не ожидал увидеть. Что-то такое, чего она, по-моему, не должна была бы показывать такому парню, как я.
Доверие.
Я снова откидываюсь на спинку сиденья. Ещё я заметил в ней странную связь со Скарлетт. Она совсем не похожа на ту, что была у меня с Дэйном и Стерлингом. Конечно, я люблю этих придурков, но я за ними не ухаживаю. Не так, как она за своей сестрой. Не как родитель.
Она несколько раз нажимает на экран телефона, сначала отвечая на сообщение, как я полагаю, а затем подносит телефон к уху, чтобы поговорить.
— Привет, — говорит она с облегчением в голосе. — Ты в порядке?
Я не слышу ответа, но что бы Скарлетт ни ответила, это вызывает улыбку на лице Саутсайд.
— Хорошо. Ты поела, да? — Пауза. — И ты поблагодарила Джулс за готовку?
Я был прав. Эти вопросы я бы никогда не задал своим братьям. Никогда.
— Хорошо, хорошо. Я зайду за тобой утром. — Снова пауза. Скар, будь умницей. Люблю тебя.
Разговор заканчивается, и я опускаю взгляд, притворяясь, что их общение меня не завораживает.
— Спасибо, — говорит она, положив телефон на регулируемый столик рядом с кроватью.
— Ты не рассказала ей, что случилось, — замечаю я. Саутсайд качает головой.
— Нет, у ребёнка и так достаточно поводов для беспокойства на всю жизнь. Нет смысла лишать её сна ещё и из-за этого. — Она на мгновение задумывается, затем прижимает руку ко лбу. — Но, конечно, она прочтёт пост Пандоры. Она будет волноваться. Мне следовало бы…
И вот снова это. Эта яростная защита.
— С ней всё будет в порядке, — вмешалась я, уговаривая её расслабиться. — Просто напиши ей сообщение, что всё в порядке.
Саутсайд на мгновение начинает бороться с собой, и, думаю, она хочет позвонить, но в конце концов решает последовать моему совету и вместо этого печатает короткое сообщение.
Видя, что она вся на взводе, я чуть не задаю ей вопрос о детстве, но вовремя сдерживаюсь. Мне не положено интересоваться такими вещами.
— Ты когда-нибудь оставался на ночь в больнице? — спрашивает она, слегка улыбаясь, когда встречается со мной взглядом.
— Однажды, — делюсь я, — мне удалили миндалины, когда мне было семь. А ты?
Она кивает.
— Больше раз, чем я могу сосчитать. В основном из-за аллергии. Не секрет, что мои родители — не самые ответственные люди на свете. Поэтому, пока я не научилась сама контролировать, что мне можно есть, а что нет, я совершала много ошибок.
После этого она смеется, но ничего смешного в этом нет.
— Это просто хреново.
Она кивает, соглашаясь со мной, но не говорит сразу. Картина становится ещё яснее. Она не только воспитывает Скарлетт, но и саму себя. Потому что её родители не слишком заботились об этом.
— Но ты же знаешь, как говорится. Что тебя не убивает, то делает тебя сильнее, верно? — Эта шутка призвана напомнить мне мои собственные слова, сказанные несколько недель назад.
— Да, наверное.
Я снова замолкаю, но не потому, что думаю о её детстве, а потому, что думаю о своём. Для меня детство тоже не было счастливым, хоть меня и не бросили, как это было с Саутсайд. Для меня это произошло из-за осознания, что мой отец не тот бог, за которого он себя выдаёт, а что он простой смертный, питающий слабость к блондинкам с большими сиськами и красивыми задницами.
Как Саутсайд.
Обычно напоминание о её связи с моим отцом выводило меня из себя, но сейчас я этого не чувствую. Всё, что я чувствую, когда думаю об этом, — это жалость, представляя, что он, должно быть, обещал ей — деньги, поступление в Сайпресс Преп и бог знает что ещё.
Конечно, она согласилась бы на эту сделку. Чёрт возьми, моя собственная мать пала жертвой игры Вина. Для неё деньги были не просто способом выбраться из маленького городка, где она выросла, где все знали её как старшую дочь Буна Лэндри. Она почти ничего не видела и попадалась на каждую искусную ложь, слетавшую с губ этого ублюдка. Мой дед, будучи человеком, который не сдерживается, рассказал мне всю историю. Как мой отец пришёл, играл с мамой достаточно долго, чтобы свести её с ума, а потом увёз её на север, в город, где она никого не знала, в город, которым он правит, и у неё нет союзников.
Как я уже сказал, он хищник. Он отделяет свою добычу от стада, а затем побеждает.
Подняв взгляд, я увидел, что Саутсайд дремлет. Она выглядит такой чертовски невинной, словно испуганная девочка, которую, как мне кажется, она прячет где-то в глубине души. Я вспоминаю её слова о том, как её пугают больницы, и остаюсь на месте, несмотря на то, что собирался уйти. Если уж мне нужно её оставить, то сейчас самое время. Но вместо этого я устраиваюсь поудобнее, скидываю кроссовки и закидываю ноги на край её кровати. Она слегка шевелится, когда матрас немного качается, но не просыпается.
Похоже, она со всем в жизни справлялась сама. Просто не понимаю, почему ночёвка здесь должна быть одним из этих испытаний.
Дэйн: С ней все в порядке?
Я улыбаюсь, когда он пишет мне ни с того ни с сего, доказывая, что, несмотря на все мои попытки переманить братьев на темную сторону, они лучше этого.
Я: С ней все в порядке. Спит.
Дэйн: Круто. Что-нибудь нужно?
Мой взгляд снова устремляется на Саутсайд, и я вздыхаю, осознавая, что мои чувства меняются.
Я: Футболка и свитер. Похоже, я пробуду здесь всю ночь.
* * *
@QweenPandora: Ходят слухи, что сегодня ночью Новенькую срочно доставили в больницу, посреди безумия Атаки Монстров. Никаких новостей от Золотых мальчиков, но мы все молимся, чтобы с нашей девочкой было всё в порядке. Поскольку Царь Мидас пропал без вести, я думаю, он остаётся рядом со своей возлюбленной. Когда я узнаю больше, вы первыми это узнаете.
До скорого, народ!
Ваша П.
Глава 33.
Блю
— Я знаю, ты сказала, что не злишься, но мне правда очень жаль. Я серьезно, — ворчит Лекси, вызывая у меня смех, пока я поправляю бретельки купальника.
— Эй, если бы я была зла, поверь, ты бы знала, — уверяю я её. Она обвязывает полотенце вокруг талии и садится на скамейку лицом к нашим шкафчикам в спортзале.
— Да, но если бы я не была пьяна, я бы смогла лучше за тобой присматривать, и...
Ее фраза обрывается, когда мимо проходят девушки из группы поддержки, как обычно бросая в нашу сторону свои неодобрительные взгляды. Как только они отходят на безопасное расстояние, Лекси вздыхает и продолжает:
— Будь я трезвой, я бы могла сказать кому-нибудь, что твоя сумочка у меня в машине, и они бы забрали твой Эпинефрин. Я просто…
— Серьёзно. Стоп, — говорю я со смехом. — Я жива. Никаких повреждений, никаких нарушений.
Она согласно кивает, но видно, что она всё ещё чувствует себя глубоко виноватой. Я понимаю её, но это необоснованно.
— Ладно, — вздыхаю я. — Если хочешь загладить свою вину, встретимся здесь сегодня после тренировки. Мне нужно ещё немного попрактиковаться, прежде чем миссис Си выставит оценки за четверть.