Страница 27 из 73
— Ты в этом уверена? — добавляет Рикки с весельем в голосе. — Потому что он уже идёт сюда.
Дерьмо.
Я снова поворачиваю голову в ту сторону, и тихий, внутренний вздох вырывается из моего горла. Всё потому, что уверенный шаг Уэста, ритмичные движения его широких плеч привели его прямо ко мне.
— Ну и ну… Наслаждаешься, Саутсайд?
На его губах играет самоуверенная ухмылка, когда он засовывает обе руки в карманы. Сначала он смотрит на меня сверху вниз, а затем переводит взгляд на Рикки. Его обычные ярко-зелёные глаза словно темнеют, когда парни обмениваются взглядами.
Мои пальцы сжимаются в кулаки, лежащие на плечах Рикки, но мы больше не танцуем. Он, кажется, чувствует, что мне сейчас очень некомфортно, и совершенно неправильно это истолковывает. Боюсь, он думает, что я беспокоюсь о том, что Уэст составит о нас неверное впечатление, хотя мне, честно говоря, это совершенно безразлично.
— Я... я пойду проверю Шейна и Скар, — предлагает Рикки, но что-то в его тоне не так.
Совсем не так.
В отличие от большинства парней в присутствии Уэста, Рикки не выказывает никаких признаков волнения, а это значит, что он отступает только ради меня. Благодаря некорректным постам Пандоры, мир — по крайней мере, тот, который живёт за пределами круга Уэста, — похоже, считает меня его собственностью.
Кем я определённо не являюсь.
Парни обмениваются тяжёлыми взглядами, но затем Рикки поворачивается и идёт к моей лужайке, не оглядываясь. Мой взгляд снова устремляется на Уэста, и я надеюсь, что он чувствует, как в нём горит ненависть.
— Зачем ты здесь? — практически рычу я.
— Это твой новый мальчик-игрушка? — Он кивает подбородком в сторону Рикки, задавая вопрос сквозь стиснутые зубы. И тут я замечаю, что он не смотрит на меня.
Он смотрит на Рикки.
— Тебе здесь не место, — резко говорю я. На меня падает яростный взгляд.
— Что случилось, Саутсайд? Не самое приятное чувство, когда кто-то вторгается в твой мир, правда?
Я его ненавижу. Абсолютно ненавижу. От всего сердца.
Оба моих кулака сжимаются по бокам, и уже второй раз за сегодня мне хочется кого-нибудь ударить. И тут меня озаряет. В отличие от школы, королевства Уэста, здесь мне не нужно терпеть его выходки. Я могу просто уйти, что я и делаю.
Он, кажется, не понимает намёка, когда я начинаю от него отдаляться, потому что он идёт за мной по пятам. Я выхожу на тротуар, и в ту же секунду, как Скар замечает, кто ко мне пристаёт, её лицо озаряется.
Джулс замечает его и, не дожевывая, смотрит на Уэста, оставляя кусок печенья висеть на губе. Мне вспоминается её фраза той ночью у костра. Что-то вроде того, что она готова растоптать собственную бабушку ради возможности «отведать» его?
Видимо, я единственная, кто не является фанатом Уэста Голдена.
— Это твой дом? — голос Уэста становится глубоким и тихим, когда он наклоняется ближе, касаясь грудью моего плеча.
В отчаянии я толкаю его в ответ, что лишь смешит его. Но тут же я зажмуриваюсь, потому что понимаю, что только что сделала в отчаянном стремлении сбежать от него.
— Нет, — лгу я. — Соседский.
Он больше ничего не говорит, а я не раскрываю никаких подробностей. Надеюсь, он поверил.
— Брауни? — голос кар звучит бодро и жизнерадостно, когда она ухмыляется дьяволу. Он, конечно, всё это впитывает.
— Конечно. Сколько?
Скар отмахивается от него, как я и ожидала.
— Для тебя это бесплатно.
Мы с Шейном бросаем на неё взгляды с открытыми ртами.
— Она имела в виду, что это стоит пять баксов, — вставляю я, бросая стервозную улыбку в сторону Уэста. Он может позволить себе переплатить.
Он ненормальный, потому что улыбается в ответ, и это действует мне на нервы. Не возражая, он достаёт бумажник и бросает стодолларовую купюру в аквариум, где Скар собирала свою выручку.
— Этого достаточно? — спрашивает Уэст.
Глаза Скар расширяются, и мне ненавистна сама мысль о том, что она его боготворит. И мысль о том, что он завоюет расположение ещё одного члена моей семьи.
— О боже! Ты потрясающий!
Прежде чем я успеваю её остановить, она обходит стол, обнимая Уэста за талию. Удивлённый таким напором, он слегка обнимает её в ответ.
— Кстати, меня зовут Скарлетт, — охотно делится она. И вот так моя жалкая ложь летит к чертям. Он ни за что теперь не поверит, что я здесь не живу.
— Скарлетт, — повторяет Уэст, глядя прямо на меня. — Твоя сестра, да?
Он помнит, как я по глупости рассказал ему слишком много о своей жизни после инструктажа. До того, как я поняла, что он — сам дьявол.
Я не отвечаю. Мой ответ — лишь обжигающий взгляд.
— Ага! Единственная и неповторимая, — радостно подтверждает Скар, заправляя розовые пряди за уши и возвращаясь на свой пост. Она пытается держаться спокойно, но я знаю свою сестру. Она готова на всё, и я вижу это за километр.
— Так… вы, типа, встречаетесь? — В её глазах столько надежды, и всё это при одной мысли о том, что я встречаюсь с тем, кого она считает чуть ли не знаменитостью. — Я спрашиваю только потому, что Пандора, кажется, так думает.
Конечно, вот что она делает…
Краем глаза я замечаю, как Уэст одаривает меня лукавой ухмылкой. Прямо перед тем, как ответить на провокационный вопрос моей сестры.
— Да, — лжёт он. — Можно и так сказать.
Сердце у меня замирает, и всё внимание мгновенно переключается на Рикки, который всё подслушал. Я сознательно опровергла слухи Пандоры, когда он впервые спросил, и ещё раз, минуту назад, когда мы танцевали. Только теперь, когда Уэст раскрыл свой большой рот, я уверена, Рикки считает меня лгуньей.
Потрясающе.
Рикки отворачивается к улице, вместо того чтобы смотреть на меня. Он зол, и я вижу это по его лицу.
Моя кожа оживает от ощущения горячих пальцев, скользящих по пояснице. По той крошечной полоске, где сходятся мои шорты с высокой талией и футболка, завязанная на рёбрах. Уэст плавным движением притягивает меня к себе, прижимая к своему твёрдому, как скала, телу.
На секунду я забываю, что ненавижу его, но эти чувства тут же возвращаются, когда он смотрит на меня сверху вниз.
— Ты что-то говорила о том, чтобы показать мне свою комнату, да? — Он задаёт этот вопрос так мягко, что мне приходится дважды его переосмыслить.
— Что? Я…
Прежде чем я успеваю сформулировать ответ, который был бы решительным: «Нет, чёрт возьми!», его рука скользит в мой задний карман, и вот он уже ведёт меня к входной двери.
Не устраивай сцену, Блю. Можешь в него врезаться, как только переступишь порог, но не… устраивай… сцену.
Я всё ещё не забыла угрозу Уэста прошлой ночью. Одного его вызова перед братьями было достаточно, чтобы разжечь слухи о том, что он сожжёт закусочную моего дяди. Я мог только представить, насколько хуже будет его реакция, если я возражу ему прямо здесь, на глазах у всех.
Страх перед тем, как далеко он зайдет, — это единственное, что удерживает меня от того, чтобы сломать эту руку, которая сейчас сжимает мою задницу, пока моя сестра и друзья смотрят, как он следует за мной в дом. Как только я закрываю за нами дверь, я изо всех сил толкаю его. Я чувствую огромное удовлетворение, когда он ударяется спиной о стену, заставляя дребезжать картины, висящие у окна.
Даже если он совершенно невозмутим и смеётся.
— Чувствуешь себя лучше, сделав это?
— Что ты делаешь? Зачем ты им солгал? — вмешиваюсь я, полностью проигнорировав его язвительный комментарий. Он отходит от стены и поправляет рубашку, пристально глядя на меня.