Страница 14 из 73
— Не лезь не в своё дело, Рикки. — Мои слова бессмысленны, потому что он уже скрылся в переулке, скрытый из виду гаражом мисс Левинсон. Клянусь, каждому парню, с которым я сегодня столкнулась, нужен быстрый пинок под зад.
Глава 7.
Блю
Подбородок поднят, взгляд устремлен на здание.
Я кладу ключи в карман, вставляю оба наушника и отключаюсь от всего остального.
Сегодняшний день не обязательно будет ужасным, Блю. Нет никакой гарантии, что ты вообще увидишь этих придурков. Думай позитивно. Думай… позитивно.
Парковка переполнена. Почти на каждом месте стоит какая-нибудь дорогая машина или огромный внедорожник — места больше, чем нужно любому подростку. Мои новые одноклассники, одетые с иголочки, прислонились к этим монстрам на колёсах. Музыка в наушниках заглушает их разговоры и смех, но не мою зависть. У них есть много того, чего нет у меня, но больше всего я жажду их душевного покоя.
Они вписываются в окружение, они формируют альянсы, которые помогают им справляться с повседневными делами. Даже те, кто не вхож в толпу, вероятно, нашли своё место, сформировали небольшие группы, которые служат буфером в порой суровой обстановке старшей школы. Большинство, вероятно, всю жизнь учились вместе. А ещё есть я — Новенькая, как, по-видимому, отметила меня Пандора.
Мне стыдно признаться, что я, наконец, решилась и поддалась на уговоры Пандоры и всех её размышлений. Разговор с Рикки не оставил мне выбора. После того, как он упомянул о том, что она неправильно истолковала наши с Уэстом отношения, я ничего не могла с собой поделать.
Итак, поговорив с Джулс и поняв, что у меня не хватит духу рассказать ей, через какой ад мне пришлось пройти благодаря Уэсту, Дэйну и Стерлингу, я завершила разговор и снова продолжила прокручивать ленту.
Часами.
Жизнь этих людей запутана куда больше, чем в любой мыльной опере, которую я когда-либо смотрела, и теперь я знаю несколько их секретов. Жаль, что я не знаю настоящих имён, скрывающихся за всеми этими прозвищами, недостающих деталей, которые сделали бы прочитанное мной чуть более пикантным. Однако я точно знаю, что Царь Мидас — лидер стаи — несомненно, Уэст; Стерлинг — голос разума — Мистер Сильвер; а Дэйн — тщеславный парень с пристрастием к селфи — Красавчик Ди. Вместе эти трое — Золотые Мальчики.
А ещё эти трое — большие придурки.
Просто говорю.
Включив музыку погромче, я опускаю взгляд на свои рваные джинсы. К счастью для меня, дырка на колене выглядит стильно. О чем никто никогда не узнает, так это о том, что я спасала свою жизнь, когда собака семьи Хвонг решила перепрыгнуть через забор и погнаться за мной. Приключение закончилось тем, что я поскользнулась и прокатилась по тротуару.
А ещё моя серая футболка. Вернее, серая футболка, которую я украла у Скар. Она едва прикрывает мой пирсинг в пупке. Надеюсь, самозваная полиция дресс-кода не заметит.
Мимо проходит группа девушек, и мы встречаемся взглядами. Одна запрокидывает голову и хихикает, а две другие шепчутся. Возможно, я просто параноик, но, клянусь, они смеются надо мной.
Чувство нарастает, как снежный ком, когда я оглядываюсь через плечо и вижу, что все трое смотрят прямо на меня, улыбаясь, словно знают что-то, чего не знаю я.
Да наплевать, шлюхи.
Держась за лямки рюкзака, я быстро взбегаю по цементным ступеням и проскальзываю в открытую дверь после того, как мимо прошёл ещё один ребёнок. Звук значительно усилился, так что окружающий шум слышен даже сквозь рев песни, звучащей в наушниках.
И вот тогда реальность возвращается.
Всё выглядит совсем иначе, чем в Южном Сайпрессе. Тёмное, богатое дерево заменило крупную коричневую плитку, которой были отделаны коридоры моей старой школы. Неуместные люминесцентные лампы тоже исчезли. Вместо них на длинном потолке в ряд висят скромные люстры. В сочетании с жёлтыми витражами в атриуме это создаёт ощущение, будто ты находишься в церковном святилище, а не в школе. Однако коридоры с классами выглядят совсем не так официально, хотя красное дерево присутствует повсюду.
На этот раз я прохожу мимо пары хихикающих первокурсников — или, по крайней мере, они достаточно малы для первокурсников, — но я знаю, что не схожу с ума. В руках у них лист бумаги, и когда они поднимают глаза и видят меня, их глаза расширяются, словно они увидели привидение.
Не волнуйся. Скорее всего, ничего страшного. Просто подойти к своему шкафчику и пойти на урок. Ты справишься.
Я намеревалась придерживаться этого плана, не высовываясь, чтобы избежать неприятностей, но внезапно осознала, что неприятности сами меня нашли.
Группа парней в конце коридора выделяется, словно гиганты, их плечи возвышаются над головами почти всех, кого они встречают. Но это не только «Золотые мальчики». Есть и другие, целый отряд, движущийся по коридорам как единое целое, с Уэстом во главе.
Неудивительно, что он меня уже заметил. Эти пронзительно-зелёные глаза видны даже с такого расстояния, как и ярость в них. Нам придётся сталкиваться друг с другом, но я не позволю ему подумать, что я робею перед ним, потому что это не так.
Он поправляет лямку рюкзака на плече, и его бицепс напрягается в такт движению. Мы почти касаемся друг друга, но я в последний момент отступаю в сторону, едва избежав столкновения, поскольку очевидно, что он совершенно спокойно проедется по мне, словно бульдозер. Моё плечо задевает его руку, и он смотрит на меня сверху вниз с этой дьявольской полуулыбкой.
— С возвращением, Саутсайд, — тихо и угрожающе ворчит он, выговаривая слова, когда мы проходим мимо. Я ничего не говорю в ответ.
Всё закончилось быстро, и я этому рада. Но как только я свернула в коридор, чтобы подойти к своему шкафчику, моё сердце сжалось.
Почти все взгляды прикованы ко мне. Те, кто не смотрит, сосредоточены на листках бумаги в руках. Те же самые листки бумаги, которыми обклеены все шкафчики, словно обоями. Только вместо цветочного узора или какого-то дурацкого рисунка с утками это статья. Копия за копией одной и той же статьи, если точнее.
Те листовки, что не попали на стену, выглядят так, будто их просто подбросили в воздух и они приземлились на пол. Я наклоняюсь, чтобы взять одну, и тут же чувствую, как меня вышибает из колеи.
Копии представляют собой вырезку газетной статьи о преступлении Хантера, все кровавые подробности, рисующие его в образе чудовища. Затем, под текстом, ответственная сторона взяла на себя смелость добавить мою школьную фотографию с прошлого года, просто чтобы никто не упустил связь.
Чтобы никто не упустил тот факт, что я сестра убийцы.
— О боже! Это действительно она?
— Держу пари, она знала и помогала ему это скрыть.
— Психопатия, вероятно, у них в семье.
Со всех сторон до меня доносятся отвратительные шёпоты, но я не пытаюсь разобрать, кто и что сказал. Да это и не важно. Все думают об одном и том же. Я это чувствую. Глаза жгут слёзы, но они не от грусти. Это слёзы гнева.
Почти задыхаясь, я открываю страницы, до которых могу дотянуться, но их так много. Сотни, может быть, тысячи, а может, и больше. У меня нет ни малейших сомнений в том, кто за этим стоит, и я не могу не думать о том, какую работу ему пришлось проделать, чтобы унизить меня. Исследование с целью выяснить, кто мой брат и что он сделал, работа по распространению найденной им информации среди масс.
Когда взгляды наблюдателей внезапно перемещаются к концу коридора, моя голова тоже поворачивается туда: я вижу, как там стоят «Золотые мальчики», такие довольные своим деянием. Они специально вернулись, чтобы стать свидетелями этого момента. Конечно же, они хотели бы увидеть плоды своих трудов, верно?