Страница 86 из 98
- Дорогой мистер Барроуз, ваши мысли и оценки могут оказаться нужными. Но вы, как мне кажется, неверно расставили приоритеты. Взять хотя бы это парагвайское суденышко, о котором вы столь высокого мнения. Да, его скорость велика. Но ведь достичь такую можно простым увеличением мощности на тонну водоизмещения. Подобный транспорт получится неэкономичным, вы должны признать это, но в принципе возможным. И уж точно мышиная возня в части груза этого судна, право же, не стоит внимания Адмиралтейства.
Плохо замаскированная выволочка была, по мнению коммандера Барроуза, справедливой, но незаслуженной. И, словно прочитав мысли собеседника, мистер Стэнфорд мгновенно перенес акценты.
- Вы правы в другом, дорогой мистер Барроуз. Ни вы, ни я не знаем пока что целей, которые преследовали создатели этого судна. Они МОГУТ быть интересны Британской империи, представьте. Ускоренное развитие какой-либо из стран Южной Америки должно иметь причины. В таком ходе событий важно получить ответы на вот какие вопросы.
Тут голос мелкого служащего Адмиралтейства обрел твердость.
- Кто? Как? И, главное, с какой целью? И если ваш фрегат по окончании ремонта снова получит задание, подлежащее выполнению именно в этих водах... - тут мистер Стэнфорд сделал совсем крошечную паузу, дающую собеседнику понять, что решать уж точно будут на уровне Очень Высоких Персон, - ...то частью этого задания вполне может стать поиск ответов на эти вопросы. Не скажу, что это получит первейший приоритет, такого быть не может, но... сами понимаете.
Мы обязаны подчеркнуть: Твишем Барроуз отлично понимал.
Уже после окончания беседы мистер Джон Стэнфорд начать вертеть в голове мысль, показавшуюся ему существенной.
Источники информации Адмиралтейства не обязаны быть замкнуты на командира одного-единственного корабля Ее Величества. Они могут вести начало от вполне гражданских лиц. Для этого придется нажать на кое-какие кнопки.
Конец интерлюдии
Долгие споры дали результат.
В рейсе на Саванну должен принять участие лично дон Серхио, он же герр Фридрих Мюллер. Ради поддержания легенды о языковой малограмотности означенного господина в состав группы включили Консуэлу. Доктора решили не брать. Разумеется, включили группу механиков и слесарей, без которых ну никак не обойтись. Заметим, что слово 'группа' могло легко ввести в заблуждение: в ней было всего-то четыре человека. Две сеньориты, числившиеся специалистками в части прядения и ткачества. Еще один юный сеньор, специальностью которого была оценка качества воды.
Помимо основной специальности, у всех участников поездки была и дополнительная: владение огнестрельным оружием. Мужской состав получил аналоги 'гюрзы'. Также к этому моменту была освоена технология производства 'дамского браунинга'. Это был очень небольшой пистолет, как раз под женскую кисть. Калибр был тот же, что и у винтовок, то есть 7 мм, а магазин вмещал восемь патронов. Дрессировал Корольков со всей свирепостью. Впрочем. девушки не жаловались. Возможно, на них подействовали рассказы Консуэлы о ее приключениях в Рио-де-Жанейро. Но и молодые люди не были обижены вниманием бывшего сержанта.
- Конечно, до настоящих волкодавов им всем, как до Рио-де-Жанейро... вплавь, - сообщил в доверительной беседе замзав своему заву, - но, надеюсь, сумеют постоять за себя. Опять же, кое-какие понятия о тактике я сумел дать.
- Вы, друг мой, записной оптимист, - ответил широчайшей улыбкой завлаб. И тут же сделался сурово-серьезным.
- Отлично тебя понимаю, - продолжил он. - У нас времени было безобразно мало. Но... что сделано - то сделано.
Ящики были приготовлены. То, что должно было в них попасть - попало. Команду собрали. Все это погрузили на 'Мартин', которому предстояло идти в Монтевидео, а там пересаживаться на пакетбот (английский, понятно).
Сначала Федоров думал, что экспедиции повезло. Потом пришла мысль, что везение было относительным, а главным был расчет. Именно им руководствовался капитан Васильев, когда настаивал на дате выезда. Как бы то ни было, пакетбот пришел почти точно по расписанию, то есть как раз через два дня после появления 'Мартин' на рейде Монтевидео. Места были куплены, причем глава экспедиции не поскупился: заплатил за отдельные каюты для мужской и для женской частей группы. Он хотел также забронировать помещение, предполагавшееся к использованию как учебное (скажем на три часа в день), но потерпел неудачу: представитель почтовой службы твердо отвечал, что это прерогатива капитана пакетбота и никого другого - с ним, дескать, сами договаривайтесь.
Дипломатия не подвела. За скромное вознаграждение капитан Торнтон Уиллис согласился предоставить помещение, которое с натяжкой можно было бы назвать кают-компанией. Остальное дело лежало на господине Фридрихе Мюллере. И тот за это самое дело взялся.
Для начала пошли уроки английского. Вела их почти полностью сеньорита Консуэла. У нее были и произношение (британское), и запас слов для обыденного общения. Сам Федоров добавлял к этим урокам специфический словарный запас, нужный механикам, слесарям и станочницам. Обучение вышло и темповым, и насыщенным. Ученики и ученицы только стискивали зубы. Правда, у них был и стимул. За время путешествия жалование шло в полуторном размере, а для отличников - в двойном. Сверх того, дон Серхио, он же Сергей Петрович, обещал, что при условии сдачи на положительные оценки всех контрольных, а потом и экзамена у студента (или студентки) появляется большой шанс попасть в аналогичную командировку. Весьма денежную и уже по этой причине престижную.
И студиозусы прилагали все усилия.
Расписание пакетбота герр Мюллер знал едва ли не наизусть. В порт Саванна прибытие предполагалось через тридцать пять дней после выхода из Монтевидео. Причиной тому были не только скромные скоростные качества славного судна 'Сигалл'. В самых благоприятных условиях оно выдавало, по прикидкам Федорова, десять узлов. Фактически же выходило много, если семь с половиной. Но также изрядно тормозили заходы в порты, пусть даже сроки стоянок были невелики. Однако по некотором размышлении Федоров рассудил, что дополнительные учебные часы никак не повредят.
Несколько удручала связь с Эсперанцей. В назначенные часы ее пытались установить, и это было непросто. Дело в том, что антенной служил кусок изолированного провода, выведенный из иллюминатора кают-компании и закрепленный снаружи на фальшборте. Устанавливать нечто более основательное завлаб очень не хотел по соображениям секретности. Само собой, работать приходилось большей частью на ключе.
Еще хорошо, что события в родных краях радовали. Активно развивалась торговля. По Паране ходили аж целых два 'купца' аж до территории Боливии. Но даже в пределах Парагвая оборот был вполне интересным. Как и предвидела Тамара Ивановна, существенную долю дохода приносила торговля лентами. Да, они стоили сущий мизер, но жиденькая струечка сентаво из каждого населенного пункта обращалась в ручеек песо, а те потихоньку сливались в речку. Но и металлические инструменты расходились бойко.
Короче, торговля шла. Как раз поэтому на горизонте стала накапливаться облачность.
Недовольство появилось среди мелких речных торговцев. И дело было не только в ассортименте, предлагаемом 'немцами'. Существовало множество видов товаров, которыми эти 'новые парагвайцы' из города Эсперанцы просто не торговали. Нет, часть проблемы заключалась в скорости оборота.
Выход предложил, как ни странно, Честер Мак-Уильямс.
- Мы не можем установить на их корыта двигатели, - авторитетно заявил речник. - Но мы можем брать их на буксир.
- Верно! Кооперация - вот вариант. Да вот пример: наша 'Заря' буксирует лодку того же Орасио Гонсалеса - вы ведь его знаете. Он берет товар на борт, и мы тоже. Только что сговориться заранее, чтоб не конкурировать впрямую. Оборачиваемость возрастет у него, факт.