Завлаб

- Ну да, ну да, - несколько рассеянно отвечал старый друг. - Не буду ввязываться, и морды бить не буду.

- И возвращайся как можно скорее.

- Так и так: нам на подготовку к Рио дней пятнадцать, если не все двадцать. Должен успеть.

- Так ты все вроде знаешь, - тоном записного провокатора пропел Корольков, -учить тебя ничему не надобно.

Завлаб был необыкновенно серьезен.

- Никогда лишнее мнение знающего человека не бывает лишним. Уж это я знаю твердейше. Так что постараюсь, ну и ты тоже.

Возражений не нашлось.

И.о. капитана 'Гордости Параны' был назначен корабел-шотландец. На то было несколько причин. Первой из них была практика вахтенного: все же именно этим корабликом Мак-Уильямс уже командовал. Второй причиной был специфический речной опыт новоявленного капитана. Но в случае боестолкновения командовать предстояло именно дону Вове. Во всякого рода вооружении он понимал куда больше.

График похода составили хитро. До полнолуния оставалось два дня; в залив Ла-Плата предполагалось выйти еще до рассвета. Полная светомаскировка, понятное дело. И только на среднем ходу, чтобы ни рев дизелей, ни запах выхлопа не потревожили граждан с развитиым слухом и обонянием.

'Гордость Параны' уже скрылась за поворотом реки, когда к Федорову неожиданно подкатилась юная сеньорита Сьенфуэгос. Почти мгновенно вышеназванный сеньор отметил сразу несколько новых моментов.

Первый из них заключался в легком изменении фигуры девицы: она чуть-чуть округлилась в тех местах, о которых все знают. Второй состоял в том, что в речи этой сеньориты начисто отсутствовали интонации просьбы или, того хуже, мольбы. Никаких умильных мордочек, памятных по 'Шреку'. Сотрудник пришла докладывать о важных соображениях по проекту - вот на что это было похоже.

Именно в этом духе и протекал диалог. Правда, сначала девушка вымолвила сколько-то учтивых слов.

Говорили, понятно, по-русски. Про себя Федоров отметил, что язык у этой сверхталантливой девчонки еще улучшился.

- Так что у вас за дело?

- Я бы хотела быть включенной в состав экспедиции в Рио-де-Жанейро.

- Обоснуйте, будьте добры.

- Думаю, для нашего общества полезно, если я получу практику в португальском языке. Предполагаю, что нам еще долго предстоит иметь дела с представителями Бразилии.

- Тогда у меня имеются вопросы. Правильно ли я понял, что некоторое понятие о португальском вы уже имеете?

- Да, это так. Отец Эрнесто дал мне уроки. А также он предоставил мне книги на португальском. Но разговорную практику иметь надо.

Федоров чувствовал, что здесь что-то не так, но понять, что именно, не мог. А потому решил взять паузу.

- Консуэла, этот вопрос мы еще обсудим. Мне надо переговорить кое с кем.

Этот 'кое-кто' был немедленно вызван. Тамара Ивановна, отдать должное, появилась без промедления. Ей тут же изложили вводную.

- Она хочет идти с вами в Бразилию, - медленно проговорила старший инженер. - Я знала об этом. Консуэла попросила у меня домашние школьные задания вперед за три месяца. Не сомневаюсь, что их она сделает. Также не сомневаюсь, что в части португальского ее ждет успех; у девушки языковые способности, о чем вы и так знаете. Но тут имеется дополнительный фактор.

Пауза. Завлаб тут же вклинился:

- Вот о нем я и хотел узнать.

- Могли бы и сами догадаться. Девчонка в вас влюблена. Хочет поэтому быть все время с вами, но она еще и умна, поэтому делает дела осторожно.

- Вы знаете, сколько ей лет?

- Столько же, сколько и Джульетте, когда та втюрилась в Ромео. Ну, чуть меньше, но в тропиках созревают быстро. Вы, понятно, не заметили, но месячные у нее уже были, и неоднократно.

Федоров постарался говорить как можно более холодным тоном.

- Замуж ей рано хотя бы из чисто физиологических соображений...

- А я пока не дам своего согласия, и она меня послушает. Уважает, знаете ли, - резковато отрезала дама. - Но Консуэла хочет, чтобы со временем до этого дошло.

Еще пауза. Федоров напряженно думал. Чтобы выиграть время, он спросил:

- Так вы считаете, что она может идти с нами в Рио?

- Да, и она могла бы стать очень хорошим переводчиком. Вот только наряда подходящего у нее нет... но это поправимо.

Еще малый перерыв на обдумывание. Наконец, Федоров решился.

- Я разрешу ей идти с нами, но при условии.

На этот раз пауза была совсем малой.

- Предварительно вы сами должны поговорить с ней. Откровенно. Не просто как с ученицей, а как женщина с... младшей женщиной. И если (и когда) вы придете к окончательному выводу - все равно какому - дайте мне знать. После этого я оглашу мое решение.

Тамара Ивановна наклонила голову. Получился без малого поклон.

Поскольку поход в Бразилию ставил целью обогащение, то трюмы 'Мартин' заполнялись товаром, подлежащим продаже, и даже более того: заведомо ликвидным. В ход пошли не только ружейные комплекты (предполагалось, что бразильцы их охотно купят), но и разнообразные метизы, а также ручки с металлическим перьями. Вместо дерева использовался аналог бакелита, но с наполнителем из слюды с пигментом. Получилось очень красиво и престижно, ибо никаких аналогов в мире не было. Сами же металлические перья затруднений не вызвали: аналог пружинной стали уже научились получать в порядочном количестве. Что до метизов, то на ящичках делались крупные надписи с указанием содержимого - полная спецификация, сиречь размеры, покрытие (если таковое было) и, понятно, количество, а не вес. А еще на этикетке была картинка с изображением содержимого. Делалась она штампом и обходилась недорого, зато сразу было видно, что именно внутри. Грузились также инструменты, а поскольку к продаже предполагались гайки и болты с винтами, то туда же шли гаечные ключи и отвертки. Понятно, зажигалки и ходики тоже были включены в списки.

По всей видимости, Консуэла уже переговорила с доньей Тамарой, поскольку все свободное время вертелась у пирса и приставала с вопросами:

- А что в этих ящиках?

- А можно посмотреть? А на этой картинке то же самое, что внутри?

Каждое название неукоснительно записывалось в блокнотик: по-русски и по-испански, да еще места оставлялись для наименований по-португальски и по-немецки. Юная сеньорита Сьенфуэгос уже полностью заполнила два блокнота; третий был на исходе. Разумеется, руководитель похода все замечал, но пока не комментировал.

Особое внимание девицы привлекли совершенно пустые большие ящики.

- А эти для чего? Так их не будут продавать? А что туда пойдет?

Эти контейнеры (так их называли по-русски) предполагалось заполнить сырьем: рудами разных редких металлов, а также криолитом. Последний пробил чуть ли не в драку Корольков. Он пребывал в железобетонном убеждении, что алюминий Парагваю нужен, и сумел заразить этой страстью товарищей.

Не стоит и говорить, что названия сырьевых материалов дотошная Консуэлита также записывала в блокнотик. И, конечно, портняжный цех шил для девушки парадное платье.

Но проводились и особые работы, вроде как никак не связанные с походом в Бразилию.

И Федоров, и Корольков прекрасно понимали необходимость связи. Поэтому в специально выделенном помещении посменно дежурили радисты - двадцать четыре часа в сутки. Вообще-то сеансы связи были назначены на определенное время дважды в сутки, но радисты получили строгий приказ: при внеочередном выходе на связь давать знать сеньору Серхио в любое время суток.

По иронии судьбы, переход 'Гордости Параны' от Эсперанцы до залива Ла-Плата трудности не представил. Правда, Корольков осторожничал - возможно, даже чрезмерно. Использовалось все, что могло придти в голову разведчику, не желающему себя обнаружить. Отдать должное капитану Честеру: тот, хорошо зная местные условия, подгадывал передвижения к туману и дождю. Результат сказался: вплоть до Монтевидео если кто-то и заметил 'Гордость Параны', то на такой дистанции, что разглядеть малое суденышко в деталях было никак не можно.