Завлаб

- Вовка, кто она такая?

К чести бывшего сержанта, он мгновенно понял скрытый смысл этих слов. Полагаю, всем разведчикам свойственна быстрота мышления.

Ответ был неприлично кратким:

- Ее зовут Лавиния Корриентес.

Но Федоров отличался упорством:

- Родители?

- Отца звали Луис Кориентес. Потомок слегка знатного рода, но обнищал до последней степени. Умер четыре с половиной года тому назад. Официально женат не был, но семью поддерживал... в меру возможностей. Мать из гуарани. Зовут Виктория Корриентес. На редкость целеустремленная женщина. Несмотря на возраст, изучила грамоту - испанскую, конечно - и тащила на себе всю семью, то есть двух дочерей и младшего брата. Винни старшая, сейчас ей восемнадцать. То есть она самостоятельная девица, и с хорошим заработком. Здесь не очень принята такая независимость, но терпят. Ее мама живет неподалеку от Асунсьона с двумя младшими.

Федоров сделал пометку в памяти. По местным понятиям, возраст этой Лавинии означал чуть ли не положение старой девы. А вот хороший заработок... тут явно нужны подробности.

- Чем занимается сеньорита Корриентес?

- Помощник мастера на часовом производстве. И вроде как ожидает повышения в должности. Еще девушка учится. Специализируется в механике и материаловедении. Тамариванна хвалит. Русский знает хорошо.

- Почему до сих пор не замужем? Ну хотя бы парень у нее должен быть.

- Местные парни обходят ее десятой дорогой, - Корольков увидел, что друг его не понимает, и поспешил пояснить, - у Винни два неустранимых недостатка. Рост ты сам видел. На танцах все кавалеры притворяются, что ее в упор не видят. А сверх того голос.

- Что рост - это понимаю; среди тутошних найти парня, чтобы был хотя бы на десяток сантиметров ниже - та еще задачка. О том, чтоб выше - вообще молчу. Но при чем тут голос?

- При том. У нее... - тут замзав чуть помялся, явно подыскивая подходящее слово, - такой низкий голос... во, вспомнил, называется 'контральто'. Местные женщины полагают такой тембр ужасным.

- Женщины - ладно, а мужчины? То есть молодые люди.

- Впрямую их реакцию не отслеживал, но как-то раз сам слышал: ее настоятельно попросили не петь вместе с другими.

- А голос-то у нее есть? Имею в виду: петь она может?

- Ну да. То есть так думаю. Но, как понимаю, ей стыдно петь перед народом.

- Мдя. Она тебя со своей мамой познакомила?

- Хочет, по глазам вижу, но не решается.

- А ты?

- Ну, мне так и так с будущей тещей контакты налаживать.

- Так в ближайшую командировку в столицу, сделай милость, нанеси визит. Лучше, конечно, вместе с этой Лавинией. О, вот еще. Как насчет религии?

- Здешний поп может и не обвенчать православного с католичкой. Наверное, придется кланяться нашему Эрнесто. Винни и перешла бы в православие, так ведь в Парагвае русского попа не сыщешь.

- Насчет русского не скажу, но, возможно, в Асунсьоне сыщется греческий или там болгарский. В Буэнос-Айресе так наверняка. И ты прав: придется поговорить с отцом Эрнесто.

Вторым важным событием выглядел чуть ли не официальный визит святого отца в Эсперанцу. Во всяком случае, вид у него наводил на ассоциацию с кем-то чрезвычайным и полномочным. Информацию он принес соответствующую.

- Господа, дон Карлос хотел бы знать из первых уст результаты ваших поездок...

Из дальнейшей речи священника следовало, что у него самого сведения очень даже имеются, но господин консул может пожелать знать подробности. Но для начала именно русские учитво затребовали дополнительную информацию.

- Святой отец, вы сказали, что дон Лопес, возможно, захочет получить некоторую дополнительную информацию. Но мы для начала хотели бы знать, с кем именно дон Лопес желает иметь беседу.

- Это просто: с теми, кто ходил в это плавание.

- Я так понимаю, что донья Тамара не может рассматриваться в этом качестве, поскольку как раз она не участвовала в этом путешествии.

Последовал замедленный кивок.

- Тогда, если позволите, кандидатами выступают капитан Васильев, дон Вова и я сам. По желанию его превосходительства в нашу группу также можно включить нашего корабельного мастера сеньора Мак-Вильямса.

- Разумеется, господа, я проясню этот вопрос.

- Но есть еще один. Он, вероятно, еще важнее. Следует ли нам брать с собой образцы нашей продукции? Имею в виду не только ту, которой мы торговали с бразильцами и аргентинцами, но также ту, которая предполагается для внутреннего парагвайского потребления.

Уж чему-чему, а искусству понимать недосказанное гость духовного звания сам мог поучить кого угодно. В этом никто из русских не сомневался. Ответ был предсказуем.

- Да, господа, вы правы, его превосходительство и другие лица могут заинтересоваться.

Не было сказано, чем именно, но это было насквозь понятно.

- Возможно, дона Лопеса также могут заинтересовать материалы... хочу сказать, записи, относящиеся к столкновению наших кораблей с противником.

Не было сказано, что это видеокартинки. Федоров рассудил, что только сам диктатор может дать 'добро' на допуск третьих лиц к подобной информации.

- Согласен, господа, это вполне возможно.

- В таком случае, святой отец, нам понадобится время на подготовку и погрузку всех образцов и материалов. Скажем, неделя.

На самом деле и трех дней хватило бы с запасом, но о существовании ефрейторского зазора все присутствующие были осведомлены, хотя Васильев этого термина не знал. Впрочем, священник или поверил на слово, или сделал вид, что поверил.

Третье важное событие заключалось в продукции листопрокатного стана. Из нее с помощью сварки (а электроды уже производились) можно было изготовить металлические бочки. Все их параметры в точности совпадали с таковыми для хорошо знакомых попаданцам двухсотлитровых бочек - вплоть до заливных отверстий и пробок под таковые. И эти бочки не текли в любом положении! Мало того: удалось изготовить три сварочных щитка. Ввиду нехватки пластмасс их сделали штамповкой из листового железа. Зато стекла были с полимерным покрытием, а не просто закопченные.

Как ни странно, главным успехом в сварке Федоров полагал кадры. Сварщиков было для начала подготовлено трое - по числу щитков. Русскоязычное начальство оценило их на второй разряд. Вслух это не говорилось, понятно. Но дело было не в этих скромных умениях. Нет, преобразились сами пацаны. Усилиями завлаба в них поселилось не хвастовство и тем более не зазнайство. Нет, парнишки обрели спокойное достоинство профессионалов. Конечно, роль сыграли свежесваренные бочки. Ценой порчи нескольких заготовок и двух десятков электродов юные сварщики научились выдавать продукцию, которую (они это знали) не только повезут в далекие края за нефтью, но которая была куда лучше хорошо всем знакомых деревянных бочек. Уж это новоиспеченные специалисты понимали.

А еще молодым сварщикам мозги туманили перспективы. Им обещали работы по сварке деталей морских судов, которые - вы не поверите! - предстояло целиком делать из железа. Понятное дело, не сразу. Но понятие экзаменов было уже знакомо всем местным. Что ж, пройти испытания? Не сразу, а после обучения? Дело насквозь привычное. Но между делом предстояло изготовить не десяток и даже не сотню - полтысячи бочек.Да не просто так: под контролем девчонок-придир. Те, напуская на себя неприступный вид, тщательно мерили продукцию, щурились, цокали языками, покачивали прическами... Иногда бочки браковались. Со спорами, ясно дело.

Тем временем разногласия тихо, а иногда и громко появились насчет того, что везти в Асунсьон. Все кандидаты на переговоры - да чего там, все руководители Эсперанцы - понимали, что речь пойдет не только о подарках Самому Главному. Главный упор делался на серийной продукции. Конечно, в первую очередь это относилось к оружию (пистолеты, винтовки, пулеметы и пушки) и сопутствующим товарам. К ним относили боеприпасы всех калибров и то, что было продано аргентинским и бразильским военным, то есть металлические части для гладкоствольных дульнозарядных ружей. Также к серийным изделиям причислили драгоценные камни. Это по стоимости представляло самую весомую часть предполагаемого парагвайского экспорта. А еще в массовом производстве энную долю составляли простецкие металлоизделия: лопаты, тяпки, грабли, лемехи плугов, проволока, гвозди, шурупы и прочий крепеж. Двигатели и узлы, отноящиеся к морских судам, единогласно решили вынести за пределы рассмотрения.