Троны Империи

- Я... я совсем сошла с ума от тебя. Я сейчас взорвусь...

Виктор протянул руку к ее поясу, но ее перехватили жаркие ладони.

- Погоди... Давай постелим...

...С переезда донесся писклявый гудок тепловоза ночной смены. Клава села на краю дивана, спустив обнаженные ноги на коврик и опершись руками сзади; ее силуэт вырисовывался на фоне колышущейся тюли приоткрытого окна. Почти как в шестьдесят восьмом, подумал Виктор; но это было совсем в другом мире и не будем об этом.

- Не спится?

- Нет... - ответила она. - Все было очень хорошо. Не ожидала. Словно разбегаешься и прыгаешь с высокого берега в воду, и все получается. Как во сне.

- Ты всегда такая страстная?

- А мне так нравится. Снаружи культурная и интеллигентная, внутри горячая и страстная. Чтобы никто не думал, что меня можно снять.

- Творческая натура.

- А у меня работа, как на сцене. Мюзик-холл. Берешь поднос и идешь под музыку, как в кордебалете, легкая, стройная и с солнечной улыбкой. Зрители восхищены и вновь просят на выход. Хочу, чтобы и ты был в восторге от моей игры.

- В тебе таился великий талант. Теперь я увидел самое главное.

Клава повернула к нему лицо.

- Самое главное... - задумчиво повторила она. - Самое главное теперь - дождаться, когда закончится твоя проверка. Тогда мы свободны и можем выбирать, что хотим. Можем уехать, например, в Ярославль. Хочешь в Ярославль?

- Думаешь, что семья не найдется.

Клава вздохнула - не печально, скорее с каким - то облегчением, словно теперь она сможет сказать открыто все, что у нее накопилось.

- Есть у тебя семья, есть. И, скорее, дело обычное. Влюбился по молодости, женился, детей завел. Дети выросли, и стало ясно, что больше ничего вас вместе не держит. И вы развелись, и ты уехал, чтобы начать новую жизнь. Ты ведь хотел забыть все. И забыл. Тебя сбила машина, и ты, наконец, забыл. Это и установят. Я чувствую. Я чувствую, что у тебя семья была, долго была, теперь ничего нет. Может, ты и захочешь вернуться, когда возвратят память... Но некуда. Разве что в другое время. Когда ты думал, что есть чем вместе жить. Но в другое время попасть нельзя.

- Ты уверена?

- Ты же смотришь телевизор... Нельзя жить иллюзиями. Я тоже не могу жить иллюзиями, что мне будет снова двадцать, и появится он, который во всем подходит. И что мы в друг друга влюбимся без памяти. Надо жить тем, что есть, тогда будет хорошо.

- Ты восхитительна, - Виктор протянул руку, она скользнула по внутренней стороне бедра девушки. Клава схватила ее обеими ладонями и прижала к ноге. - Ты совершенство. Красивая, умная, удивительно сложена.

- Ты все время говоришь комплименты. Красивые и умные. Не для того, чтобы меня добиться, а просто так... Господи, неужели это возможно...

Отодвинув руки Виктора, она встала и подошла к окну. Ее гибкая фигура чуть качалась, и качалась легкая занавеска, и запоздалая машина театральным прожектором нарисовала в движении ее силуэт на стене.

- Конечно, возможно. - флегматично заметил Виктор. - Нормальные слова, нормальные люди, нормальное время. Разве может быть иначе?

Клава внезапно, порывистым движением закрыла руками лицо; Виктор услышал громкий шепот "Нет, нет!.."

- Что-то случилось?

- Нет, ничего, ничего... Да, да. Я не могу... Я больше так не могу! - последние слова Клава чуть ли выкрикнула с надрывом.

- Что у тебя? Чем я могу помочь? - Виктор поднялся с дивана и попробовал взять Клаву за плечи, но она извернулась и сделала шаг влево.

- Ничем! Можешь меня бить, можешь убить... Я не могу, я должна сказать!

- У тебя будет ребенок?

Клава от неожиданности открыла рот. Ее широко раскрытые глаза в свете фонарей с улицы были полны удивления.

- Как... какой ребенок?

- Ну, от другого. Ты, наверное, позже хотела сказать?

Клава взмахнула руками, не зная, куда их деть, повернулась, машинально опершись руками на подоконник, но тут же резко повернулась к Виктору.

- Ты что, совсем? Какой ребенок? Тебе бежать надо! Понял? Бежать, сейчас, немедленно!

31. Криминальное диво.