Троны Империи

- Вроде ничего, - хмыкнул Виктор, оглядывая себя в зеркале. - И почем она?

- Куртка стоит две тыщи... Я уступлю, - спешно добавив он, уловив разочарование в глазах Виктора. - Тыща восемьсот.

- Да, вроде ничего. Я еще посмотрю.

- Нэ нада ничего смотрет! - почему-то испуганно зашептал продавец. - Хозяин нада хоть одна куртка продал. Совсэм в убыток. Я уступлю, тысяча и чэтырест. Мэньше только в праздник быват.

- Так сегодня праздник?

- Какой праздник, нэ слышал праздник.

- Ну как же! Традиционный праздник, зажин первого снопа. Даже в "Брянском перекрестке" пишут.

Продавец пошел спрашивать у соседа - вернее, соседки, немолодой женщины в майке а-ля Сара Коннор. "Перекрестка" у ней, понятное дело, не было, но брянское радио она, похоже, слышала каждое утро в ожидания спада жары.

- Тыща двест! - шепнул торговец, вернувшись. - Уговор ест уговор. Но ныкому не говори, что за такой цена.

- Естессно...

Виктор еще раз осмотрел куртку, ожидая какого-нибудь подвоха. Но продавец только повторял "Гляди! Сам гляди, какой куртка! Где дефект, заменим!". В конце концов Виктор решил рискнуть, эксчейндж состоялся, и деньги перекочевали в карман продавца, а куртка - в тонкий пакет, который вручили Виктору.

Удача казалась немного странной, и Виктор решил изучить куртку дома повнимательней. Если что не так, у торговцев обычно можно было без напряга обменять. Можно было возвращаться к боковому выходу - так было ближе, если живешь на Орловской за аптекой, - но ему стукнуло в голову посмотреть на книжном прилавке возле старого павильона новую книгу Конюшевского. Бестселлера с попаданцем он не достал, но по пути соблазнился на карманный китайский зонтик рублей за триста. Хорошо в сумку влезать будет...

И тут он увидел того мутного мужика из "Нарона". За пять прилавков, в сторону Молодежки. Тот о чем-то горячо спорил с чуваком с габаритами шкафа, похоже, из местных базарных.

"Помните, что путешествие в это время может оказаться последним..." - вспомнились слова из гороскопа.

Когда не знаешь, зачем искать приключений, лучше на всякий случай их не искать. Виктор двинулся к центральному входу рынка. Палило солнце, возле арки из труб, сменившей помпезные сталинские ворота, пиликала под пляжным зонтом скрипачка, степенно бродили мужики с табличками "Куплю золото", и молодые пацаны совали в нос прохожим рекламу железных дверей. Виктор решил сделать крюк; перейдя дорогу, он дошел до входа в парк и проследовал по старой, знакомой с детства аллее до облупленного и завешенного снизу вывесками Дворца БМЗ. За площадью он свернул в сквер Морозова и неторопливо зашагал по разморенной тенистой улице к институту. Он любил это место. Деревья, знакомые с детства, выросли вместе с ним, и превратили этот небольшой бульвар в тенистую парковую аллею. Здесь не так чувствовалась вездесущая жара, и даже желтый довоенный дом, казалось, нырнул в этот зеленый бассейн, ища на дне спасительной прохлады.

У ворот между этим самым желтым довоенным домом и серой пятиэтажкой на Куйбышева, с которой хрущевское упрощение стерло еще не все черты сталинского большого стиля, Виктор столкнулся с сослуживцем, у которого на позапрошлой неделе брал полкуска на юбилей... впрочем, к тому, что случилось дальше, эти подробности отношения не имеют. Короче: пять бумажек с конями перекочевали из одного кармана с другой.

Когда у человека остается одна мелочь, а квартира, где деньги лежат - меньше, чем в километре, этой мелочью обычно не дорожат. Виктор завернул за угол, выбрал в продмаге рожок пломбира аккурат на все монеты и с наслаждением съел на улице у выхода. Есть мороженое на улице не является верхом приличия, и, кроме того, на него садится пыль. Но Виктору было все равно. Он хотел бросить вызов этому палящему солнцу, этой курортной жаре, испепеляющей город, этим дрожащим струйкам воздуха над асфальтом. Несколько минут он чувствовал себя повелителем природы, затем бросил скомканную бумажку в урну и продолжил путь. На душе было легко и приятно. На переходе он глянул по сторонам и ненадолго обернулся назад. Мутного мужика не заметил. Вздохнув с облегчением, Виктор спокойно зашагал по "зебре".

...Он почувствовал мягкий, но сильный толчок где-то на уровне колен, бросивший его на асфальт, и вытянул перед собой руки, но не совсем удачно - его перекатило на бок и он слегка стукнулся виском о бордюр. В ушах стоял визг тормозов. И еще - в глазах немного потемнело и стало холодно.

"Черт! Откуда? Там от Аптеки машин не было!"

Виктор поджал под себя ноги и вскочил - не раздумывая, инстинктивно. При внезапной опасности лучше быть на ногах.

Прямо перед ним стояла машинка цвета папоротника, размером примерно с "Оку", но аккуратными очертаниями напоминавшая "Жигули-копейку". Из машины выскочила платиновая блондинка эффектной внешности, в классическом сером английском костюме в мелкую клетку, с юбкой до середины икр, и в квадратных очках с тонкой желтой оправой.

- Вы живы? - воскликнула она громким грудным голосом. - Что с вами? Вы можете говорить?

- Да вроде ничего... - Виктор пощупал шишку на лбу и опустил взгляд на номер машины. Попадая в ДТП, надо в первую очередь смотреть номер.

И тут он остолбенел.

На черной табличке белыми буквами было выведено "63-05 БРО".

3. По старой легенде.