Страница 49 из 95
Я глубоко вдыхаю, удерживая ее запах в своих легких, и позволяю своим пальцам путешествовать, немного сильнее поглаживая внутреннюю сторону ее бедра, вдоль шва трусиков, всегда возвращаясь к ее киске.
Я растираю ее через ткань мягкими, нежными движениями пальцев, просовывая немного глубже, кончиками пальцев вдавливая хлопок между складками. Я вглядываюсь в ее лицо на случай, если она проснется, но она безмятежно спит тяжелым сном, ничего не подозревая, по крайней мере, мне так кажется.
Начинает образовываться небольшое влажное пятнышко, блестящее на моих пальцах сквозь тонкий белый хлопок, только подбадривая меня еще больше, подстегивая двигаться дальше. Я прикасаюсь большим пальцем к ее клитору, и от моего прикосновения по ней словно пробегает электрический разряд. Ее бедра вздрагивают, спина выгибается дугой. Я не останавливаюсь, даже когда она начинает поворачиваться на бок, лицом к окну, зажимая мои пальцы у себя между ног.
Она вздыхает, когда я нависаю над ней, другой рукой прижимаюсь к кровати для равновесия, длина моего предплечья касается ее позвоночника. Я продолжаю гладить ее через нижнее белье, прикусывая нижнюю губу, когда ее возбуждение обволакивает мои пальцы через материал.
Низкий стон вырывается из моей груди, коренные зубы скрежещут друг о друга, чтобы заглушить звук внутри. Я убираю от нее пальцы. Мое дыхание прерывистое, я смотрю на ее лицо сбоку, одна рука у нее под головой, другая лежит на матрасе перед ее лицом.
Проводя рукой по внешней стороне ее бедра, мой палец проскальзывает под ее трусики, чтобы оттянуть ткань в сторону. Я зацепляю ими свой безымянный палец, отгибая материал, костяшками пальцев касаюсь ее влажной плоти, обнажая ее. У меня вырывается стон, и она снова двигается, перекатываясь на спину. Между ее бровей образуется небольшая складка.
Дразня ее складочки, я не могу перестать прикасаться к ней, но если я ничего не сделаю, когда она проснется. Я не готов встретиться с ней лицом к лицу.
Я еще не готов встретиться с ней лицом к лицу.
Потому что теперь все по-другому, даже если она этого не понимает.
Я склоняюсь над ней, когда она поворачивает голову, все еще спящая, но более осознанная, и касаюсь губами ее уха:
— Ш-ш-ш, спи снова, принцесса, ты в безопасности.
И вот так просто ее грудь раздувается от медленного, глубокого вдоха, складка между бровями разглаживается.
Она доверяет мне.
Даже во сне.
И я ненавижу себя, черт возьми.
Но я не останавливаюсь.
Обводя своими скользкими пальцами ее клитор, я прижимаю большой палец к ее входу, собирая свидетельства ее возбуждения, поглаживая им ее тугую дырочку. Затем я переключаюсь, прижимая большой палец к ее набухшему клитору, провожу двумя пальцами по всей длине ее влагалища. Мои глаза прикованы к ее умиротворенному лицу.
Ее закрытые глаза напрягаются, ресницы трепещут, из приоткрытых губ вырывается тихий вздох.
Как одержимый, я вонзаю в нее свои пальцы, медленно и осторожно, ее киска выделяет все больше и больше влаги, смазывая мои пальцы. Ее жар подобен огню, и я хочу обжечься, поэтому продолжаю. Большой палец грубо касается ее клитора, пальцы становятся тверже по мере того, как они проталкиваются сквозь медленно напрягающиеся мышцы ее киски.
— Черт, я хочу быть внутри тебя. — шепчу я себе под нос, наклоняясь к ней, поглаживая свободной рукой ее красивое лицо. Соприкасаясь кончиком своего носа с ее. — Хорошая девочка. — шепчу я ей в губы, не в силах сдержаться.
Я сглатываю, скользя взглядом по всей длине ее тела, наблюдая за движением своей руки, вдыхая ее сливочный, маслянистый аромат, смешивающийся с резким привкусом ее возбуждения. Я глубоко дышу, наблюдая, как моя рука скользит между ее бедер, как ее теплое дыхание касается моей щеки. Я закрываю глаза, наслаждаясь ощущением ее влажной киски, сжимающей мои пальцы, засасывающей меня внутрь.
— Кинг? — мои глаза распахиваются, но моя рука продолжает двигаться, пальцы входят и выходят из нее все сильнее и сильнее.
— Ложись спать, — говорю я ей глубоким голосом, грубым и сиплым.
Я чувствую, как она сильнее сжимается вокруг меня. Я не смотрю на нее, хотя умираю от желания.
— Райден? — мои глаза захлопываются, когда я слышу, как она так неуверенно зовет меня по имени, как будто мы близки, как будто мы нечто большее.
— Ложись спать. — снова говорю я ей, чувствуя ее неподвижность подо мной, мои пальцы работают так, словно они отдельное существо.
Но в этот момент, под покровом темноты, где нас никто не видит. В тени нет никого, кто стал бы свидетелем моего греха.
Моя голова поворачивается, так что мы оказываемся нос к носу. Губы соприкасаются с ее губами, мои глаза смотрят в красивые сиреневые. Мы оба резко втягиваем воздух. Ее густые ресницы трепещут, ее язык высовывается, чтобы облизать губы, ловя при этом мой. Моя рука взлетает вверх, пальцы впиваются в ее щеки, место соединения большого и указательного пальцев сжимает изгиб ее подбородка.
— ТСССС, это все сон. Ты просто спишь, принцесса. — шепчу я ей в губы. — Позволь мне позаботиться о тебе, иди обратно спать. — тихо выдыхаю и продолжаю трахать ее пальцами.
Мы тяжело дышим, она удерживает мой пристальный взгляд, пока я обхватываю ее пальцами, прижимая кончики к тому месту, которое быстро сводит ее с ума. Поппи выгибает шею настолько, насколько я ей позволяю, шире раздвигая ноги, неряшливые, влажные звуки ее влагалища, когда мои пальцы входят в нее и выходят, доводят меня до исступления.
— Райден. — выдыхает она, мое имя у нее на языке, ее губы касаются моих.
Я едва могу дышать, чувствуя, как она сжимается вокруг меня, ее стенки сжимаются все туже и туже. Ее бедра начинают дрожать, она тяжело дышит мне в рот, и я больше не могу сдерживаться.
— Ты хочешь этого, принцесса? Ты хочешь, чтобы я трахал тебя пальцами? Тебе от этого хорошо? — она бьется в моих объятиях, и это не отторжение. — Твоя жадная маленькая киска так сильно вбирает мои пальцы, что ты их, блядь, можешь сломать. Я не смогу играть в хоккей до конца сезона, ты этого хочешь, да? Я полностью в твоем распоряжении.
Затем она стонет, ее руки наконец, наконец опускаются на мои плечи, ее ногти впиваются в мою кожу.
— Ммм, тебе это нравится, принцесса? Мои пальцы возбуждают эту прелестную маленькую киску. Так чертовски неаккуратно для меня.
Я стону, когда ее ногти сжимаются сильнее, мой член становится невероятно твердым, у меня кружится голова. И я больше не могу терпеть, не могу ждать, не могу сопротивляться. Мой рот обрушивается на ее, сминая ее губы до зубов, когда я добавляю третий палец, двух уже достаточно, но трех, три — это слишком много. Она всхлипывает напротив моих губ, приоткрывая рот, и я немедленно проникаю своим языком внутрь, переплетая его с ее.
— Умоляй меня. — выдыхаю я, переводя взгляд с нее на меня. — Умоляй меня, черт возьми, позволить тебе кончить.
И, словно во сне, она поет:
— Кинг, Райден, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, позволь мне кончить.
— Чертовски хорошая девочка. — прохрипел я, покусывая ее губы, облизывая ее рот.
Поппи вскрикивает у меня во рту, и я жадно глотаю каждый звук, который она издает, когда кончает. Ее влагалище сжимается, пульсирует, сжимается, тянет и толкается, пока я продолжаю трахать ее своими пальцами. Она выдыхает мне в рот, наши груди вздымаются, я замедляю движения, высвобождая безымянный палец, чтобы продолжить лениво поглаживать ее внутренние стенки. Она дрожит вокруг меня, бедра подрагивают, дыхание учащенное, сердце сильно колотится.