Страница 8 из 13
Дилижанс заполнился довольно быстро; внутри оказалось тесно, зато, по крайней мере, не грозила духота – окон в экипаже не было, просто проемы. Устроившись у такого проема, я выдохнула про себя: первая часть квеста выполнена – я села в дилижанс до Тулаха. Осталось лишь вытерпеть долгий путь, пережить ночевку в каком-нибудь трактире в Вирринге, сохранить свои деньги и целой-невредимой добраться до дома барона Даммена.
Даже в комфортабельных условиях любая поездка утомительна. Но я вопреки ожиданиям прекрасно себя чувствовала: сразу после выезда из Кивернесса я заснула и проспала до деревеньки, где экипаж остановился, чтобы сменить лошадей. Следуя за другими пассажирами, я наведалась в специально отведенное место, чтобы сделать свои туалетные дела. Деревенские пригнали к нашему дилижансу телегу с едой и другими товарами; подумав, я решила купить дорожную фляжку и наполнила ее водой из колодца, который стоял неподалеку.
Когда сменили лошадей, дилижанс тронулся дальше и набрал порядочную скорость, так что некоторых даже замутило. Я же с интересом смотрела на холмы, эти бесконечные холмы, сопровождающие нас. Погода стояла прекрасная – солнечно, но не слишком, и немного ветра, в самый раз для свежести. Кто-то из моих попутчиков дремал, кто-то, как и я, глазел по сторонам, а одна женщина ко всем приставала с разговорами. Ко мне пристала тоже – спросила, почему я, такая молодая, еду одна и куда, и не замужем ли я. Я притворилась смущенной, и меня оставили в покое.
Больше мы остановок не делали до самого вечера, пока не прибыли в городок под названием Вирринг. Опять же, повторяя за другими пассажирами, я последовала в ближайший трактир, где взяла комнату и ужин (они были посредственными, но, по крайней мере, я поела горячего и нашла, где переночевать).
А уже следующим утром в дилижанс я села совсем с другими чувствами, чем накануне. Экипаж ехал быстро, остановок для физиологических нужд было как раз столько, сколько нужно, я вовремя купила фляжку, чтобы утолять жажду, и ко мне даже никто не прицепился – не считая той женщины. В общем, я чувствовала себя гораздо увереннее и воображаемый указатель «иномирянка» надо мной поблек.
Мы въехали в другое графство, и холмистая местность с просторным разливом озер сменилась на лесистую; чем дальше мы заезжали в графство, тем ближе, гуще и плотнее становилась стена леса параллельно дороге. Этот лес и зовется Тулахским; у самой его кромки в баронстве Даммена жила раньше Астрид со своей боевой бабушкой.
От усталости я задремала, а потом и заснула; разбудил меня сильный толчок. Заголосили женщины, заволновались мужчины. Ничего не понимая, я высунула голову из проема остановившегося экипажа и увидела перегороженную валунами дорогу.
— Грабители! — вскрикнула одна из женщин, выразив всеобщие опасения. — Нас всех убьют!
Смертельная опасность меня почему-то вообще не взволновала, а вот перспектива быть ограбленной – очень даже. Я, блин, только развелась и только обзавелась деньгами! Что за вселенская несправедливость?
Рыжая женщина, ехавшая вместе с извозчиком впереди, наверняка уже сталкивалась с таким неприятным явлением дорог, как грабители. Она спустилась и заглянула к нам в «салон»; на ее лице я не увидела даже малейшего признака страха.
А не сообщница ли? Пока я над этим раздумывала, женщина обратилась к пассажирам:
— Вот что. Отдайте им все, что у вас есть, сразу, и если велят одежду снять – снимайте. Граф Тулахский следит за дорогами, но всякой дряни в лесу удобно прятаться.
— Тулах-то рядом, можем быстренько дорогу расчистить и туда, к людям, — предложила пожилая женщина.
— «Быстренько»? — рыжая приподняла невидимые на своем лице брови. — Ну, расчистим, ну поедем. Разгонимся, кувыркнемся и шеи себе переломаем, если впереди еще ловушка есть. Тут-то господа преступники и подоспеют, возьмут с наших трупов все что надо.
— А оружие есть у вас?
— И почему ездим без охраны?
— А кто заплатит за охрану-то? Я, что ли?
Началась перепалка; девочка лет тринадцати, сидящая неподалеку от меня, тихо заплакала. Поглядев на нее, я вспомнила, что еще делали разбойники с такими юными прелестными созданиями, и у меня мороз по коже пошел. Как раз, видимо, для меня и этой девочки доселе молчащая старушка стала рассказывать о всяких зверствах, случающихся во время грабежа. Кто-то из мужчин ножик достал и принялся выглядывать грабителей, но большая часть пассажиров включилась в возмущенное обсуждение, кто виноват и что делать.
— Что-то не идут, — бросил со своего места извозчик. — Давайте-ка все же камни уберем, а?
Расчищать дорогу вышли не все мужчины, некоторые остались в экипаже со своими женщинами. Но и без этих мужчин камни быстро убрали с пути, затем извозчик и рыжая, помолившись, заставили лошадей тронуться. Лошади, кстати, были спокойны – все шесть. Никаких подлянок и ловушек впереди не случилось, и экипаж тихо и ровно шел по дороге.
— А вдруг деревенские пошутили? — предположили рядом.
— Их бы за такие шуточки вздернуть!
Снова начались бурные обсуждения: кто это сделал и зачем. Извозчик тем временем пустил лошадей быстрее. Никто нам не встретился и никто за нами не гнался, лишь темная стена леса слева давила и стращала; затем начались поля и стали встречаться на них отары овец, а вдалеке – виднеться ма-а-а-аленькие домики.
Чем ближе было к Тулаху, тем спокойнее становились люди и стали даже смеяться, хотя совсем недавно мы все здорово струхнули. И вот когда деревня, мой пункт назначения, показалась впереди, на дороге мы наконец-то получили ответ на свой вопрос.
Сначала мы увидели больших пятнистых кошек, медленно бредущих по полю у дороги. Эти крупные, но грациозные создания разводятся в жаркой и далекой стране Атрии, там же дрессируются и продаются в другие королевства в качестве чрезвычайно умных хищников, годящихся как для охоты, так и для охраны. Собак здесь тоже уважают в качестве охранников и охотников, но атрийские кошки редки, особым образом выучены и очень дороги; в общем, самое то для выпендрежа.
В городах атрийских кошек нужно водить на поводках – закон тверд, но за городом… за городом вот так.
— Каэры охотятся, — поделилась своим мнением одна из сидящих рядом женщин.
Да, дальше мы увидели каэров – пятерых мужчин. Они медленно ехали на своих прекрасных конях, тоже, вероятно, привезенных издалека, и на веревках вели за собой по дороге нескольких неприятного вида людей. Пока я, шокированная, раздумывала, насколько много себе позволяют местные мажоры, один из них поднял руку, и вся компания остановилась и повернулась к нам.
Рядом вздохнули и даже всхрипнули; по дилижансу пронесся вздох:
— Энхолэш! Это же герцог!
— Сам принц!
Обалдели все – тут я ручаюсь и за окружающих, и за себя. Принц подъехал к нам и, выслушав приветственное блеянье извозчика, сказал весело:
— Мы тут у вас поохотились; некие бараны готовили засаду.
— Ваше Высочество, какая радость, — выдавил пораженный извозчик.
— И везение, что мы нашли баранов раньше, чем они – вас. Почему дилижанс без охраны?
Тут уже ответила рыжая, но я не запомнила, что, потому что уставилась на принца во все глаза, благо что сидела в дилижансе так, что вид мне открывался отличный.
Его Высочество Стефан Риндешельд, герцог Редландский, тот самый, в чью свиту пробился мой экс-муженек Тейг, выглядел совсем не как типичный принц, рисующийся в моем воображении – ни вычурной одежды, ни надменности в лице. Молод, худощав, но широкоплеч, русая шевелюра растрепана ветром, на загорелом узковатом лице выделяются серо-стальные глаза, яркие, нахальные. И так запросто разговаривает с простолюдинами…