Страница 15 из 24
Но среди всей хаотичной нелепости тридцати детей, представляющих себя мега танцорами, была одна, которая сияла ярче всех. Двадцать девять детей танцевали, но одна была самим танцем. Да, несовершенным, да, с ошибками, обоснованными отсутствием практики и границами самого упражнения, но то с какой грацией и с каким чувством она двигалась, не осталось незамеченным со стороны натренированного взгляда учительницы.
Что-то щелкнуло в голове Милли.
Оно ведь всегда было рядом с ней, любовь к музыке, жгучее желание быть её частью. Вместе со своей подругой Эммой она пыталась создавать музыку и потерпела неудачу. С помощью рисования она пыталась выразить свои чувства, опять же, находясь под влиянием музыки. Она всегда сопровождала Милли в её тщетных попытках найти себя, но испробованные методы самовыражения через музыку не подходили зайчонку. Милли была не в состоянии перенести на бумагу всю гамму течения мелодии, ведь след карандаша навсегда оставался на бумаге, в то время как музыка отличалась непостоянством звучания.
Но посредством танца она наконец смогла передать всю переменчивость потока мелодии, которая проходила через её тело. Она больше не должна была работать с ней на пару, она больше не должна была создавать её – теперь она могла слиться с ней воедино. Так много всего она перепробовала за свою жизнь. Многие из этих занятий казались ей интересными, даже захватывающими. Но танец - отдушина, которая каким-то образом ускользала от неё все это время – не шел с ними ни в какое сравнение.
Даже после того как стихла музыка, движения продолжились, продиктованные ритмом постукивания одной ноги по полу. Постукивание продолжилось даже тогда, когда её движения стали замедляться.
И только когда она почувствовала, как две когтистые лапы опустились к ней на плечи, нежно возвращая зайчонка в реальный мир, Милли полностью остановилась. Её сердце сильно колотилось в груди, а её тело ломило от напряжения, она хватала ртом воздух и при этом чувствовала себя самым счастливым зайцем на свете.
Опустившись на колени перед ней, мускулистая серая лиса широко улыбалась напротив Милли. Вокруг них собрались все остальные дети со смесью зависти и изумления на лицах.
Лисица признательно присвистнула. «Да у тебя это врожденное, девчуль!» - выдала она свой вердикт, хлопая зайчонка по плечу: - «Ну все, успокойся и дыши ровней. А то, не ровен час, еще затанцуешь себя до смерти, а я бы хотела избежать таких эксцессов на своем уроке».
Милли едва её слышала. Её буквально распирало от удовольствия. Она наконец нашла это – то одно зернышко, которое она сможет взрастить и из которого появятся ростки её надежды. Оно всегда было рядом, сопровождало её в моменты пробуждения вместе с солнечными лучами, а она каждый раз не обращала это внимание.
«Вы думаете… вы думаете у меня талант?» - спросила она тихим голосом, будто пугаясь своих собственных слов.
«Нет», - ответила Мисс Томпсон с мрачной окончательностью в голосе.
Уши зайки поникли в расстройстве. Но прямо перед её глазами возникли оскаленные зубы лисы, которые превратились в широкую, озорную ухмылку.
«…но я думаю мы сможем это исправить».