Страница 39 из 83
— Теперь мы делаем то, ради чего пришли сюда, а затем тащим задницу обратно в академию, пока к нам не решила нагрянуть более неожиданная компания.
Джордану это показалось мудрым планом, поэтому он опустился на колени рядом с мужчиной и слушал тихие инструкции учителя, пока они брали пробирки с кровью у существа. Это было странно… после того, как Джордан так долго находился рядом с распростертым хироа, даже прикасаясь к нему, он больше не боялся его так сильно. Ему почти стало жаль зверя, особенно зная, что он, вероятно, не проживет долго, если Эйвен добьется своего. Охотник, по крайней мере, не собирался на самом деле убивать его — «не тратим впустую, при всем желании» — заявил учитель, когда Джордан спросил.
Когда флаконов было наполнено столько, что они больше не могли нести их с собой, Охотник и Джордан отступили от хироа.
— Я собирался позволить параличу пройти естественным путем, но, учитывая наших друзей в лесу… — Охотник замолчал, но ему и не нужно было заканчивать.
— Дадим ему лучший шанс, какой только сможем, — сказал Джордан.
Учитель кивнул и полез в карман плаща, извлекая два предмета: первый — Сферник, а второй — еще одну яйцевидную сферу, но на этот раз черную, а не золотую. Бросив быстрый взгляд на Джордана, чтобы убедиться, что тот готов, Охотник разбил Сферник о землю, и когда сферическая дверь поднялась рядом с ними, он расколол черную сферу и бросил ее в хироа.
Последнее, что увидел Джордан, прежде чем Охотник втолкнул его в сферическую дверь, было то, как зверь вскочил на ноги и бросился в их сторону, щелкая зубами и сверкая глазами от ярости. Но затем их унесло из леса, оставив хироа в безопасности позади, за тысячи миль отсюда.
— 6-
Джордан не осознавал, как его трясет, когда машинально последовал за своим преподавателем через территорию академии к зданию Джен-Сек.
Он не осознавал, что дрожит, когда они вошли в пустую медицинскую палату и прошли через множество дверей, в которые он никогда раньше не входил, которые вели в холодильную камеру, достаточно холодную, чтобы конкурировать с зимней температурой снаружи.
Он не осознавал, что дрожит, когда помогал выгружать флаконы в секцию с надписью Daesmilo Folarctos, аккуратно вставляя каждый образец на место, прежде чем запечатать отсек.
Он не осознавал, что дрожит, когда Охотник повел его обратно на территорию и, после тихого приказа: «Следуй за мной, Джордан», автоматически продолжил движение к зданию Башни, где они поднялись на четвертый этаж, прежде чем войти в дверной проем.
Джордан не осознавал, что дрожит, потому что на него навалилось оцепенение, и только когда он оказался в тишине личных покоев Охотника, он, наконец, осознал, что его сотрясает дрожь.
Часть его задавалась вопросом, должен ли он чувствовать себя смущенным или пристыженным своей реакцией. Учитель не дрожал. Учитель был невозмутим, как всегда. И учитель был тем, на кого Джордан равнялся, на кого он хотел произвести впечатление, а не тем, перед кем он хотел выглядеть слабым. Последнее, чего Джордан хотел, так это жалости учителя.
Но… Охотник не смотрел на Джордана с жалостью. Он вообще не смотрел на Джордана. Вместо этого он направился через затемненную комнату к камину, постукивая по панели TCD. Через несколько секунд ревущее пламя ожило, тепло было таким желанным, что Джордан бессознательно придвинулся ближе.
Тяжелая рука опустилась на его плечо, когда Охотник наполовину направлял, наполовину подталкивал его, пока парень не сел на плюшевом кресло перед камином. Только тогда мужчина направился к столу в углу комнаты, заваленному предметами, за которые в любое другое время Джордан отдал бы правую руку, чтобы просто взглянуть.
Вместо этого он сосредоточился на тепле огня, проникающем в его онемевшее тело. Джордан знал, что в нем поселился шок — запоздалая реакция на то, что произошло в лесу. Или, скорее, на кого. Потому что не встреча с хироа выбила Джордана из колеи. Нет, он дрожал совсем по другой причине.
Пытаясь отвлечься, Джордан наблюдал, как Охотник расстегнул плащ и бросил его через стол, темная ткань колыхалась от движения. Все еще одетый с головы до ног в черное, учитель начал вытаскивать свое оружие из ножен и бросать его рядом с плащом.
С каждым освобожденным клинком глаза Джордана расширялись все больше и больше — кинжалы, пристегнутые к бедрам и предплечьям, метательные ножи в кобурах на ботинках и бицепсах, два более длинных охотничьих клинка, перекрещенных за спиной, и еще больше оружия из мест, которые Джордан не мог даже представить. И это даже не покрывало того, что было внутри теневого плаща, где он спрятал паралитическое яйцо и лекарство, а также то, что Джордан теперь видел, было набором других устройств, которые он не смог идентифицировать.
Покачав головой, Джордан наклонился вперед и отстегнул кинжалы, которые ему одолжил Охотник, положив их на подлокотник сбоку от себя. Затем он вытащил наушник из уха, совершенно забыв о переводном устройстве, пока не увидел, как учитель снял свое собственное и положил его на стол рядом с тем, что теперь превратилось в небольшой арсенал.
— Спасибо за это, — сказал Джордан в тишине, раздраженный тем, что его голос немного дрогнул на середине. Он не был уверен, было ли это заметно, или он просто слишком хорошо осознавал тот факт, что его тело все еще предавало его. Каким бы успокаивающим ни было пламя, он все равно продолжал заметно дрожать.
Пытаясь сосредоточиться на чем-нибудь другом, кроме того, что он чувствовал, Джордан повертел наушник в дрожащих пальцах, любуясь его серебристым цветом. Никогда раньше не видев ничего подобного, не говоря уже о том, чтобы испытать на себе его действие, Джордан спросил:
— Ты всегда держишь под рукой устройства для перевода на меяринский?
Учитывая растущее количество бумаг на столе по мере того, как мужчина продолжал складывать их в стопку, Джордан решил, что ответом будет громкое «да». Однако ответ учителя удивил его.
— Только когда у меня есть планы навестить Мейю… где я был до того, как наткнулся на тебя сегодня вечером.
Джордан дернулся.
— Ты был в Мейе? Сегодня вечером? Ты с ума сошел? — Он едва сделал паузу, чтобы перевести дыхание, прежде чем добавить: — Как ты вообще туда попал? Нет… как ты выбрался? Как ты вообще жив сейчас?
Он остановился, понимая, что не дает Охотнику шанса ответить.
— Кто-то должен следить за тем, что там происходит, — спокойно ответил тот, все еще снимая с себя оружие. — Я тайком входил и выходил из Мейи задолго до того, как ты переступил порог этой академии.
Округлив глаза, Джордан выдохнул:
— Но… Но город… он был потерян! Пока Алекс не привела нас туда в прошлом году, нога человека не ступала на Мейю в течение тысяч лет!
— Ни одного человека, о котором они знали, — сказал мужчина, коварная ухмылка появилась и снова исчезла в мгновение ока.
Джордан уставился на него, не в силах осознать то, что он услышал. И все же, учитывая то, что знал об Охотнике, он также обнаружил, что не удивился. Как всегда, его учитель был бесконечно загадочен, его прошлое было полно секретов, подобных которым, как знал Джордан, очень немногие люди когда-либо услышат. Он не думал, что возможно уважать учителя больше, чем уже уважал, но узнав что-то подобное…
— Вау, — одними губами произнес Джордан, в последний раз поворачивая наушник в своих все еще дрожащих руках, прежде чем положить его рядом с кинжалами.
Охотник не ответил, но его взгляд скользнул по Джордану, когда он положил последний клинок на стол, а затем вернулся к установленной панели TCD. Через несколько секунд появились две дымящиеся кружки, и почти сразу же комнату наполнил пряный аромат.