Страница 558 из 612
Ван Цзые взвыл. А Чэнь Син лишь теперь смог собственными глазами убедиться в мощи поля, удерживающего души. Враг был связан крепко-накрепко и не имел возможности сопротивляться.
– Любовь между матерью и ребенком и в самом деле глубока, – с издевательским смешком произнес Ван Цзые. – Как же жаль, что Сян Юйянь, стоящая перед тобой, даже понятия не имеет, кто ты такой...
Зато Сян Юйянь прекрасно помнила, кто такой Ван Цзые:
– Ши Хай?! Что ты сделал с Лю-гэ?!
– Ван Цзые, давай на время отложим твою ненависть и спокойно поговорим, – сказал Се Ань.
Затем он взмахнул рукой, и все экзорцисты в один голос воскликнули:
– Разделитесь!
Синь Юаньпин потянул за веревку крюка. Свет внутри магического массива начал вращаться все быстрее и быстрее. Остальные экзорцисты тоже дружно потянули за веревки крючьев. Ван Цзые, не в силах вынести боль, издал дикий вопль. Вот так одна из трех его душ хунь, обладавшая темным цветом из-за скопившихся в ней обид и недовольства, была насильственно отделена от остальных!
Синь Юаньпин сосредоточился, схватил душу, которая была ничем иным как человеческой хунь Ван Цзые, со всеми его переживаниями, и запер ее на иньской стороне магического массива.
Едва эта душа полностью отделилась, как черная аура, витавшая вокруг остальных хунь, рассеялась. В воздухе появился силуэт, состоящий из двух душ, которые излучали такое же мерцание, какое окружало Сян Юйянь.
Из всего, что Чэнь Сину довелось увидеть в своей жизни, это зрелище было самым необычайным. Экзорцист и думать не смел, что однажды настанет время, когда он окажется способен заглянуть в тайны мироздания.
– Ши Хай? – пробормотала Сян Юйянь.
Ван Цзые оказался разделен надвое. Одна из его хунь удерживалась на стороне инь, тогда как обновленное духовное тело находилось на янской стороне.
– Наконец-то... Я свободен от всего, – Ван Цзые поднял взгляд. Теперь он выглядел совершенно иным человеком. – На протяжении тысяч лет я страдал от пыток в заточении под землей. После того, как божественный демон вернул меня к жизни, все мое существование было бесконечным кошмаром... но сегодня с этим наконец покончено... Благодарю вас.
Услышав эти слова, Чэнь Син сразу понял: все получилось! Нынешний Ван Цзые знал, кто он такой, сохранил воспоминания о своей жизни, однако ненависти и злобы в нем не было, осталось лишь спокойствие.
– Из-за тебя погиб Лю-гэ! – Сян Юйянь не стала дожидаться, пока заговорит кто-то еще. Она шагнула вперед, оставив за спиной Сян Шу с Чэнь Сином.
Сян Шу собирался раскрыть рот, но Чэнь Син покачал головой, показывая, что не надо перебивать ее.
– Да, – бесстрастно отозвался Ван Цзые. – Он собирался вернуться на три тысячи лет назад, чтобы предотвратить то, что уже произошло. Это, само собой, стало бы нарушением связи между причиной и следствием. Каким образом это вообще могло благополучно завершиться?
– А тебе, значит, это успешно удалось? – не отступала Сян Юйянь.
Ван Цзые с едва заметной улыбкой обвел всех взглядом:
– Нет. В потустороннем мире, сокрытом от людского зрения, каждое звено человеческой судьбы крепко связано с последующими. Все, что я посеял в своей жизни дурного, неизбежно ко мне же и вернется. Полагаю, что наказание, которое меня ожидает, будет бесконечным, и освободиться от него я смогу, лишь когда сама Поднебесная прекратит свое существование.
В голосе Сян Юйянь, как ни странно, тоже не звучало злобы. Уголки губ ее слегка приподнялись.
– Если бы ты с самого начала знал, что сегодняшний день настанет, – спросила она серьезно, без всякой насмешки, – ты бы сделал все это снова?
Примечания:
[1] C 17 до 19 ч.
[2] C 23 до 01 ч.
[3] Темной, отрицательной стороной инь по фэн-шую считается северное направление. Янская сторона, светлая, положительная, обращена к югу.
"Остановите заклинание!!! Ни о чем не спрашивайте! Просто послушайтесь!"
Вся эта сцена была до чрезвычайности странной. Экзорцисты первоначально намеревались совершить правосудие над бестелесным Ван Цзые, а в итоге все свелось к тому, что одна душа принялась допрашивать другую.
– Божественный демон уже преобразил Будун Жушань, – веско произнес Ван Цзые. – У вас нет ни малейшего шанса.
Сян Юйянь в изумлении переводила взгляд с одного экзорциста на другого.
– Это так, матушка, – кивнул Сян Шу. – Чудодейственный артефакт, который передавался в нашей семье из поколения в поколение, попал в руки Чи Ю.
Сян Юйянь внимательно посмотрела на душу Ван Цзые и покачала головой:
– Ши Хай, ты не понимаешь. Клинок Будун Жушань это лишь инструмент для этого мира, медь с горы Шоушань просто его вместилище. Неужели божественный демон так до сих пор и не понял, почему тогда, в битве при Баньцюане, он проиграл Сюаньюаню?
– Что ты мне сейчас пытаешься сказать, Юйянь? – Ван Цзые был настроен серьезно. – Ты ведь тоже не все понимаешь. Всеобщее процветание и благоденствие, мир и согласие по всей земле – это вовсе не та Поднебесная, к которой мы с тобой стремились. И Чжан Лю тоже не понимал этого.
Группа экзорцистов в безмолвии слушала их разговор. Лишь Чэнь Син хотел было что-то сказать, но промолчал – он решил позволить Ван Цзые высказаться.
– Сяньюань – первопредок всего человечества, – торжественно произнес Ван Цзые, глядя на экзорцистов. – Кровь Сяньюаня даровала вам доброту, веру, отвагу... ну и так далее, все то, что вы считаете прекрасным... Но то же самое можно сказать и о небесном демоне Чи Ю. Именно кровь Чи Ю побуждает вас волноваться, нападать, ненавидеть, упорствовать. Но ведь без крови божественного демона в Поднебесной не было бы ни войн, ни разрушений. Если бы по всей земле воцарился мир, то у людей не было бы никаких желаний. И как бы тогда человечество поколение за поколением двигало вперед огромное колесо истории? Вы все видите в крови божественного демона проклятие для Божественной империи, но по-моему этот мир пребывает в равновесии. Инь и ян дополняют друг друга, так же как кровь Чи Ю и кровь Сяньюаня в равной степени стали частью единого неделимого целого.
– Все живое в этом мире рождается и взрастает из кровавой земли, – Ван Цзые понизил голос. – Бог войны обратил свою третью хунь в семя божественного демона, которое питается негодованием человеческого мира. Раз в тысячу лет он перевоплощается и возрождается на земле. Он до сих пор не отпустил обиду от поражения в Баньцюане, но неожиданно она же и стала важнейшим шагом в преображении небесных и земных жил.
Ван Цзые заложил руки за спину и с улыбкой повернулся к Чэнь Сину:
– Да, сияние Сердечного света всегда озаряло этот мир. И все-таки – ежели в мире не имелось бы долгой ночи, так же не было бы и света, способного рассеять ее. Мир, погруженный в непроглядную тьму, или мир, в котором ничего не видно из-за безбрежно-ослепительной белизны. Есть ли между ними различия?
– Но сотворенное тобой давно уже превзошло это! – торжественно ответил ему Чэнь Син. – Ты помешал Чжан Лю вернуться на три тысячи лет назад, на этом и следовало остановиться! Сколько еще невинных людей ты убил после этого?
– Признаю, в твоих словах имеется смысл, Ван Цзые, – глубоким голосом произнес Се Ань. – Однако деяния твои имели целью погрузить Поднебесную империю в вечный мрак! Да, ты страдал на протяжении тысячелетий. Но почему ты решил повергнуть в тьму и всех остальных, живущих в мире?
Ван Цзые со вздохом покачал головой:
– Юнцы! Так называемая тьма – это не то, что вы думаете. Вы полагаете ее вечной и безграничной, но как раз границы у нее есть. Возрождение бога войны может казаться случайным, но на самом деле оно неизбежно. Он тысячелетиями ждал этого после битвы в Баньцюане. Его кровь пронизывает всю землю этого мира. Он дал жизнь человечеству, и теперь он забирает эту жизнь. Пусть их кровь вернется в землю, чтобы напитать его, пусть он медленно пробуждается под землей. Это лишь безостановочный круговорот причин и следствий, взаимно зависящих друг от друга...