Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 499 из 612

– Мы оба – артефакты, которые обрели человеческую форму, разумеется, мы подходим друг другу. Кроме меня ты больше не найдешь никого, кто бы тебе подошел.

Чэнь Син рассмеялся. Если уж быть точным, то Сян Шу – больше не жемчужина Динхай. Да и он сам лишь с натяжкой мог считаться вочеловечившимся артефактом. Так что это было не больше, чем шуткой.

Сяо Елинь прислал экипаж, чтобы доставить их в городской театр. Было решено не привлекать излишнего внимания и не приглашать "одаренную личность" на выступление во дворец.

– Дунъин и сам невелик, и экипажи в нем тоже очень маленькие.

Чэнь Син чувствовал, сидя в карете, больше похожей на коробку, что не может пошевелить даже пальцем.

– Да уж, – беззаботно отозвался Сян Шу, – это совершенно не так, как в вашей необъятной стране, где огромные повозки только и ждут, что их украдут.

– Точно, эти сволочи наперебой воруют.

Сян Шу: "..."

Охранники на входе сделали шаг вперед и с поклоном пригласили их пройти в помещение театра. Одновременно посетителям были протянуты две черные полумаски. Что же это за спектакль такой, для которого надо скрывать лицо? задумался Чэнь Син. Однако увидев, что Сян Шу взял маску и надел ее, Чэнь Син сделал то же самое.

Этот театр был весьма странным. В середине помещения возвышалась квадратная платформа. Перед ней находились четыре места для зрителей, размещенные веерообразно. Эти места, отделенные друг от друга, были похожи на огромные коробки. В середине каждого такого отдельного кабинета стоял стол с вином.

Охрана театра, очевидно, понятия не имела, кто такие Сян Шу и Чэнь Син. Посетителям было просто сказано по-дунъински:

– Господа, прошу вас...

Чэнь Син ничего не понимал. Они сели в свою коробку. За соседней стеной Чэнь Син услышал тихий голос Цзинь Хуаня и собирался уже поздороваться, но Сян Шу остановил его.

Чэн Син: "?"

Скоро свет в зрительном зале был погашен. Подошедший слуга опустил перед кабинетом шелковый занавес, расшитый с внешней стороны золотыми нитями. Из-за этого внутри коробки стало совсем темно, снаружи тоже не было видно, что происходит внутри кабинета.

Однако благодаря особому переплетению нитей золотой вышивки и отражению света, Чэнь Син и Сян Шу со своих мест могли ясно видеть каждую деталь на сцене через этот почти неосязаемый шелк.

– Что они будут исполнять? – шепотом поинтересовался Чэнь Син.

Сян Шу тоже не знал. Он попросил Чэнь Сина немного придвинуться и устроиться удобнее на сиденье. Сян Шу тоже изменил свою позу – теперь его бледная грудь немного выглядывала из отворота пао. Кочевник взял Чэнь Сина за руку и принялся перебирать его пальцы, лениво глядя на сцену.

Снаружи раздалось два тихих удара, а затем со сцены донеслось:

– Влечение к пище и к плотским утехам естественно...

Светильники на сцене засияли немного ярче – и слуги убрали те из ламп, что заслоняли обзор. Закружились теневые куклы, затем ширму отодвинули. Взглядам зрителей открылся сидящий на коленях мужчина в великолепном наряде, украшенном роскошной вышивкой.

В руке мужчина держал сложенный веер, которым легко похлопывал по ладони.

– Те, кто собрался здесь сегодня, проделали долгий путь, чтобы присоединиться к нам, господин Длинный жеребец, – произнес он по-ханьски. – Я счастлив, что они сегодня здесь...

Свет лампы выхватил лицо человека, который называл себя господином Длинным жеребцом. В его манере держаться сквозила многоопытность и искушенность. У него был высокий нос, черные брови и полные губы. Мускулы на его руках выглядели сильными. Он казался весьма энергичным.

Сян Шу, однако, смотрел на него с легким подозрением.

– Позвольте сперва мне немного рассказать о себе, – произнес господин Длинный жеребец. – Я родился в маленьком городе на маленьком острове в восемнадцати тысячах ли от Дунъина. Люди на острове прозвали меня Длинным жеребцом из-за моего природного дара, с которым я появился на свет. Согласно древней легенде Длинный жеребец – это дикий конь, живший на острове и обратившийся в бога...

Что это за бог-конь такой? задумался Чэнь Син. Ты же не лошадь, правда? Или после возвращения магии ты решил заняться актерским мастерством?

– Что касается этого природного дара...

– Как ты думаешь, – полюбопытствовал Чэнь Син, – он похож на яогуая?

Сян Шу ничего не мог сказать в ответ на это. Он просто не понимал, каким необъяснимым образом Чэнь Син пришел к такому выводу.

– Яогуай, обратившийся в человека? – вполголоса спросил Сян Шу. – Прекрати, как такое возможно?

Поскольку Чэнь Син отвлекся, оба они пропустили момент, когда господин Длинный жеребец начал демонстрировать свой "природный дар". Во время произнесения своего монолога мужчина на сцене развязал пояс, распахнул полы вышитого халата, под которым больше никакой одежды не было, и спокойно прошелся по помосту, демонстрируя себя аудитории.

Чэнь Син: "..........."

Сян Шу: "..."

– Что это за представление такое? – возмутился Чэнь Син. – Я ухожу!

– Ты больше ничего посмотреть не хочешь?

– Это... что это за "природный дар" такой? Кажется, у тебя и у него... примерно одинаково. Нет, на самом деле у него немного больше... но только совсем чуть-чуть, самую малость...

Сян Шу: "..."

Господин Длинный жеребец стоял на ярко освещенной сцене, без всякого стыда демонстрируя зрителям свое тело, как будто это было чем-то само собой разумеющимся.

– Если говорить о преимуществах, которые мне принес этот малый, получится очень долгая история, – продолжал говорить мужчина. Одновременно он похлопал сложенным веером по "малому", и тот под ярким светом ламп гордо поднялся на целый чи.

Сян Шу: "..."

Чэнь Син: "..."

* * *

На следующее утро Чэнь Син, не переставая зевать, плелся следом за Сян Шу. На Фэйняо из плотных облаков сыпался снег, похожий на гусиный пух.

Сяо Елинь и Цзинь Хуань пришли проводить их. Цзинь Хуань тоже, казалось, не совсем еще проснулся, однако и Сяо Елинь, и Сян Шу выглядели очень энергичными. Сян Шу взял Чэнь Сина за руку и сказал Сяо Елиню:

– Увидимся на Центральных равнинах!

Сяо Елинь просто стоял на берегу, а Цзинь Хуань усердно махал рукой Чэнь Сину. Прошлой ночью Чэнь Син, лишь немного попробовав, остановился. А рано утром Сян Шу уже потащил его на пристань. Экзорцист выглядел очень уставшим. Попрощавшись с четой дунъинских правителей, он последовал за Сян Шу на палубу императорской джонки.

Примечания:

[1] 丞相 – chéngxiàng – высшее должностное лицо в государстве, канцлер, министр, премьер; статс-секретарь, главный помощник императора. При ханьской династии было два чэнсяна, они назывались чэньсянами правой и левой руки.

[2] В переносном значении – гармонии в интимных отношениях. Логика фразы – так же, как рыба радостно и свободно чувствует себя в воде, так и сексуальные отношения должны быть приятными и гармоничными.