Страница 498 из 612
Однако своими словами Сян Шу оборвал течение мыслей Сяо Елиня, введя правителя в легкое смущение.
– Ах, да, точно, – произнес Сяо Елинь. – Ну... Мы с Цзинь Хуанем знакомы с самого детства. Довольно часто мы расставались. Цзинь Хуань получил очень хорошее образование. Десять лет назад его семья приехала в Дунъин, а потом мы оказались разлучены. Потом между Рюкю и Дунъином было несколько войн... столько взлетов и падений... но к счастью небеса оказались милостивы ко мне.
– И вы были влюблены друг в друга на протяжении всех этих десяти лет? – изумился Чэнь Син.
– Да, да, – ответил Сяо Елинь с редкой для него застенчивостью. – Мы познакомились, когда нам было по одиннадцать, и мы вместе уже десять лет. Это очень добрый и образованный человек, готовый отдать все ради служения Фэйняо. То, что он рядом со мной – это лучшее, что есть в моей жизни. Я думал, что больше никогда не увижу его, однако по счастью случилось иначе.
Чэнь Син кивнул. Он понял, что свет "великих перемен в судьбе" дунъинского правителя включал в себя и знакомство с Цзинь Хуанем, и сближение, и обещания, которые они дали друг другу, и еще множество захватывающих событий. И кто знает, может быть, тот конфликт между Дунъином и Рюкю тоже входил в него.
Как же это было похоже на слова, что произнес Сян Шу: "Пути судьбы извилисты и изменчивы, но в конечном итоге два наших сердца стали одним."
– Ты не хотел бы прогуляться по улице? – внезапно предложил Чэнь Сину Сян Шу.
Чэнь Син счел это странным. Вот только что мы спокойно разговаривали, и неожиданно ты предлагаешь мне выйти? Почему? Что ты пытаешься скрыть от меня?
Он бросил на Сян Шу недоумевающий взгляд. Сян Шу подал ему знак глазами. Это вызвало еще больше недоумения у Чэнь Сина. Я не хочу уходить, зачем ты принуждаешь меня это сделать? Но подумав о том, что перед Сяо Елинем нужно сохранить Сян Шу лицо, экзорцист притворился счастливым и воодушевленным:
– Конечно!
Когда Чэнь Син вышел, Сян Шу замялся. Сяо Елинь заметил это и поинтересовался:
– Что не так? Шулюй Кун, что бы тебя ни тревожило, смело можешь говорить.
Сян Шу долгое время собирался с духом и в конце концов произнес:
– Сяо Елинь, такое дело... мне действительно трудно говорить об этом... хотя мы с тобой и не названы аньдами, но все равно почти как братья по чувствам... эммм...
Когда Сяо Елинь был ребенком, его прислали в Чилэчуань в качестве заложника. Хотя он и провел там меньше года, но легко сошелся с Сян Шу. Они вдвоем часто увязывались за старым вождем, чтобы поупражняться в стрельбе из лука. В то время, когда Сян Шу стал великим шаньюем, политическая обстановка в Дунъине тоже переменилась. Поэтому Чилэчуань отправил войско в поддержку Сяо Елиню, чтобы помочь ему усмирить бунтовщиков. Сяо Елинь не испытывал к Сян Шу тех чувств, которые питал Чэ Лофэн, но все же они тоже росли вместе, это была дружба на всю жизнь.
– Говори уже быстрее, – начал терять терпение Сяо Елинь, – что случилось?
– Вы... ты с Цзинь Хуанем... обычно вы... не получаете повреждений?
– Повреждений?
Сян Шу взял со стола лепешку, скатал ее, а затем с ледяным выражением на лице принялся вставлять в отверстие кувшинчика для вина. Отверстие было слишком узким, свернутая лепешка никак не проходила.
Сяо Елинь расхохотался, догадавшись, что Сян Шу имеет ввиду.
– Шулюй Кун, так уж случилось, что сейчас в Фэйняо находится один весьма одаренный человек из Когуре. Он показывает свои таланты в городской гостинице. Я пошлю за ним, чтобы он устроил нам частный урок – Цзинь Хуань тоже хотел послушать его.
Сян Шу: "???"
– Этот одаренный человек, – объяснил Сяо Елинь, – по слухам обладает настоящим сокровищем. Он специализируется на преподавании искусства радости рыбы и воды [2].
– Забудь об этом, – тут же ответил Сян Шу.
– Ты просто посмотришь и все, – не отступал Сяо Елинь. – В любом случае придется подождать от трех до пяти дней, пока джонку снарядят в плавание. Цзинь Хуань не сможет быстрее подготовить воду и припасы.
– У тебя есть только один день, – нахмурился Сян Шу. – Сделай все как можно быстрее.
Чэнь Син бесцельно блуждал по дворцовым дорожкам и невыносимо скучал. Впрочем, Сян Шу довольно скоро вышел наружу и позвал его. Слуга подошел к ним и предложил проводить в отведенные для гостей комнаты. Там для них уже лежала подготовленная новая одежда в дунъинском стиле. Гостевые покои во дворце Цзиньчуань были намного меньше, чем просторные помещения во дворцах Цзянькана и Чанъаня. В спальном покое стояла лишь одна кушетка, отгороженная от гостевой части бумажной ширмой из нескольких секций, украшенной искусным пейзажем. Роспись на ширме выглядела изящной и утонченной.
– Что ты там собирался обсуждать? – с любопытством поинтересовался Чэнь Син.
Сян Шу развел руки, подождал, пока Чэнь Син распустит его пояс и снимет одежды, а затем произнес:
– Отправку войска.
Если ты хотел выслать войско, надо ли держать это в тайне от меня? Чэнь Син подумал об этом, но вслух спрашивать ничего не стал. Спустя буквально мгновение их позвали совершить омовение. Во дворце имелся собственный горячий источник. Стоило им окунуться в горячую воду, и Чэнь Син почувствовал, как тяготы путешествия растворяются так же, как исчезает дым под дуновением ветра.
– А Дунъин весьма и весьма неплох! – произнес довольный Чэнь Син. – Я действительно хотел бы поселиться здесь.
– Каждый раз, когда мы куда-нибудь приезжаем, ты сразу же хочешь там поселиться, – ответил Сян Шу. – Ты можешь перестать гнаться за новизной? Или тебе только новое мило, а старое постыло?
– Это потому, что я с тобой, а значит, мне все будет радовать глаз, – улыбнулся Чэнь Син. – Если память мне не изменяет, ты раньше обещал, что отвезешь меня во многие места. Верно же?
Сян Шу ничего не ответил, но лицо его заалело. Он отвернулся и подал знак Чэнь Сину, что нужно потереть спину. Юноша взял полотенце и несколько раз провел по плечам. В сердце у него пробудилось тепло. Он обнял Сян Шу сзади и предложил:
– Давай еще раз попробуем.
Дыхание Сян Шу сразу же участилось. Он бросил косой взгляд на юношу:
– Ты больше не боишься, что будет больно?
– Я смогу потерпеть... какое-то время.
Чэнь Син видел, что Сяо Елинь был мужчиной с решительным характером и превосходными манерами, тогда как Цзинь Хуань обладал утонченной и грациозной внешностью. Они хорошо подходили друг другу, между ними было молчаливое понимание, которому можно было только позавидовать. Чего Чэнь Син не знал – так это того, что в глазах других они с Сян Шу тоже были идеальной парой.
– Давай в следующий раз, – остановил Сян Шу его порыв. Вместо этого он притянул Чэнь Сина в свои объятия и начал мыть его волосы. Они нерешительно касались друг друга, не зная, что делать дальше.
Лишь когда начали сгущаться сумерки и прозвонил вечерний колокол, Сян Шу неожиданно вспомнил:
– Хочешь посмотреть представление?
– Здесь показывают представления, которые стоит посмотреть? – удивился Чэнь Син. Впрочем, он вспомнил, что Сяо Елинь как-никак правитель страны, естественно, что он принимает их с большим гостеприимством.
– Пойдем!
Сян Шу оделся, как обычно, в облегающий наряд военного покроя, а Чэнь Син надел костюм голубого цвета. Оба они изучающе посмотрели друг на друга в зеркале.
– Мы тоже хорошо подходим друг другу, – вдруг тихо сказал Чэнь Син.
– Хорошо подходим?
Сян Шу показалось, что это пришло из ниоткуда, он понятия не имел, почему Чэнь Син неожиданно упомянул об этом. Какое-то время кочевник поразмышлял над этими словами, а затем ответил: