Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 494 из 612

– Может, ему нужны были демоны засухи? – предположил Чэнь Син.

На тот момент Ван Цзые под личиной Кэеры уже оживил с помощью крови божественного демона прежнего великого шаньюя Шулюй Вэня, которому Сян Шу тем не менее устроил небесное погребение.

Ну а куда Ван Цзые направился потом? Стоило Сян Шу озвучить свой вопрос, и Чэнь Син вдруг тоже заметил, что здесь что-то не сходится.

Ван Цзые (фрейм из маньхуа). Художник: 千二百 (Цяньэрбай)

– Вскоре после смерти моего шисюна Ван Мэна, – озадаченно произнес Чэнь Син, – Ван Цзые прибыл к Фу Цзяню. Выходит, он поехал в Чанъань служить чиновником.

– Ага, – согласился Сян Шу. – Однако спустя какое-то время он снова объявился на севере.

В течение нескольких лет после смерти Шулюй Вэня Сян Шу никак не мог снять с души этот камень, поэтому он раз за разом продолжал отправлять разведчиков на поиски Кэеры. Когда же у него появилась зацепка, он приехал сюда сам, один, и наконец нашел того, кого искал.

– Тебе не кажется это странным? – Сян Шу окинул равнодушным взглядом окружающие их дикие горы и равнины. – Зачем ему понадобилось ехать за тридевять земель в такое-то место? Неужели затем, чтобы превратить в демонов засухи какую-то тысячу живых человек?

– Не хватало и понадобилось еще. А может, ему просто нечего было делать, вот он и мотался туда-сюда, – высказал свои догадки Чэнь Син. – Ну или затем, чтобы воскресить очередного князя из дома Сыма, как думаешь? Вдруг здесь находилась могила Сыма Юэ или еще какого-нибудь Сыма?

– Тогда он послал бы своих подчиненных, – возразил Сян Шу. – Как, по-твоему, в этом месте есть слияние земных жил?

– Нет, – Чэнь Син тоже немного озадачился, – это место вообще никак не связано с земными жилами.

– Чтобы одолеть врага, необходимо понять его, – промолвил Сян Шу. – В то время я все не переставал думать: что же представляет из себя Ван Цзые? Как долго он живет на этом свете? Почему он стал подчиненным Чи Ю?

Чэнь Син никогда не задавался подобными вопросами. Однако мало-помалу, постепенно, через схватки с Ван Цзые и разговоры с Сян Шу, у юноши сложилось некое предварительное представление о нем: он жил уже очень долго, и при этом его сердце не было свободно от сожалений. По словам Гу Цин, когда-то он был обычным смертным, которого разрубили на куски и закопали в землю, где ему пришлось терпеть непрерывные страдания на протяжении сотен или даже тысяч лет.

А еще у него при жизни была возлюбленная.

– Может, здесь его родина? – внезапно предположил Чэнь Син. – Сян Шу, ты такой умный, ты в самом деле о стольком задумываешься!

Сян Шу вместе с Чэнь Сином бодрой рысью обогнул утес, и их взору предстало необычное и довольно примечательное строение, возведенное когда-то фанши. Это был заброшенный храм.

За храмом росли два высоких дерева с полностью облетевшей к наступлению зимних холодов листвой. Под ними стояла каменная надгробная стела.

Своим обликом этот храм отличался от зданий любого из государств на просторах Поднебесной. Похоже, он был выстроен очень и очень давно.

– Когда я впервые нашел его, – сказал Сян Шу, – он находился именно здесь.

Чэнь Син вспомнил, как они совершенно неожиданно наткнулись на Ван Цзые в Пристанище Синих Волн, и подумал: он ведь не появится подобным образом и сегодня?

– И что он делал? – спросил юноша.

– Судя по всему, совершал жертвенные подношения, – сказал Сян Шу. – Ты лучше меня знаком с делами прошлого. Что здесь было раньше?

– В преддверии наступления эпохи Троецарствия эти земли находились под властью Юань Шу[9], – ответил Чэнь Син.

– А до этого? – снова задал вопрос Сян Шу.

– Область Южчоу империи Хань? – после некоторого раздумья промолвил юноша. – Ючжоу периода Сражающихся царств? Во времена Чжоу эти земли носили то же название[10].

– А еще раньше? – продолжил допытываться Сян Шу.

Об эпохе, предшествовавшей битве при Муе[11], сохранилось не так уж много сведений. Это был период совсем уж глубокой древности. Тем не менее Чэнь Син вспомнил одно название, которое встречал в «Каталоге гор и морей» и которое знали лишь немногие:

– Земли юи[12].

Сян Шу подошел к деревьям и протер рукой стоявшую под ними стелу. Справа на ней обнаружилась надпись из двух символов, выполненных стилем дачжуань. Сян Шу посмотрел на Чэнь Сина, и тот распознал написанное:

– Цзян Яо.

– А тут? – Сян Шу протер левую надпись на стеле.

– Ван Хай[13], – тихо проговорил Чэнь Син и внезапно понял, что Сян Шу, похоже, нащупал ключ к пониманию чего-то весьма важного.

– Это могила его возлюбленной? – предположил юноша. – Хочешь разрыть ее и посмотреть?

Вскрытие и осквернение могилы чревато карой небесной. Однако ради того, чтобы уничтожить Ван Цзые, Чэнь Син готов был пожертвовать собой. В конце концов, могила Цзян Яо будет разрыта только затем, чтобы помешать Ван Цзые повсеместно раскапывать другие могилы и тревожить покой других усопших.

– Нет никакого смысла разрывать могилу, – Сян Шу отверг предложение Чэнь Сина и потом еще какое-то время задумавшись смотрел на него.

Чэнь Син в свою очередь тоже вопросительно посмотрел на Сян Шу. Наконец тот развернулся.

– Пошли, – нахмурившись, позвал Сян Шу. – Правда, я не понимаю, раз уж он способен поднимать мертвецов из могил, то отчего первым же делом не воскресил свою возлюбленную?

Глядя на Сян Шу, Чэнь Син по какой-то причине никак не мог отделаться от ощущения, словно тот по-прежнему продолжает что-то от него скрывать. Юноша чувствовал, что Сян Шу любит его, очень-очень любит, однако порой взгляд этого человека невольно напоминал ему о временах, когда они еще не объяснились в своих чувствах, но Сян Шу уже знал о Юпитере.

Сян Шу будто казалось, что они в любой момента могут неожиданно расстаться, и подобная неопределенность относительно будущего наполняла его взгляд упорством и яростной решимостью, как если бы он изо всех сил стремился изменить судьбу.

Особо остро Чэнь Син ощутил это, когда Сян Шу заявил: «Я никогда не позволю тебе покинуть меня». Будь он полон надежд на будущее, вряд ли стал бы специально говорить такое. А раз сказал, значит, похоже, самому юноше смерти все-таки не избежать. Но разве сейчас у них уже не все наладилось? Они же наконец-то по-настоящему вместе, их ждет прекрасное будущее, и пусть Чи Ю пока не убит, у них теперь есть, на что опереться, чтобы ему противостоять.

О чем же он думает? – Чэнь Син был немало озадачен, но спрашивать ни о чем не стал, а лишь в который раз напомнил себе, что он просто чересчур себя накручивает и не надо целиком полагаться на сиюминутные ощущения при вынесении суждений.

Чэнь Син с Сян Шу спустились с горы.

– Все не так, – после некоторого размышления вернулся к прерванному разговору юноша. – Если бы Ван Цзые оживил Цзян Яо, то, пробудившись, она уже не была бы тем же самым человеком, которого он любил.

В действительности Сян Шу так и не понял, что же все-таки на самом деле представляют из себя те демоны засухи, которых оживил Ван Цзые. Было бы неверно говорить, что они остались собой. Как и неверно было утверждать обратное, ибо все они продолжали действовать под теми же именами, которыми их некогда нарекли. Вот, например, Сыма Вэй. Почему он, когда ожил, сказал: «Я уже и не знаю, кто я»?

Примечания:

[1] Даляохэ – река на северо-востоке Китая в современной провинции Ляонин. Когда-то она являлась главным рукавом реки Ляохэ, через который та впадала в Ляодунский залив. В 1958 г., однако, Даляохэ была отделена от Ляохэ и теперь существует как самостоятельная река, образованная слиянием рек Хуньхэ и Тайцзыхэ.