Страница 102 из 612
- После того как Фу Цзянь сам разрушил Великую стену и изгнал Шулюй Куна, Чанъань какое-то время не будет представлять угрозу нашим планам. Мы все еще блуждаем в потемках. Чэнь Син присоединился к Шулюй Куну и тоже бежал за Стену, поэтому, полагаю, он не скоро вернется на Центральные равнины. Я сейчас же пошлю Чжоу Чжэня избавиться от них обоих, и тогда они уже не смогут помешать воскресить нашего Господина. Конечно, сейчас, когда вся магия погрузилась в безмолвие, только Сердечный Свет что-то да может. Но даже если мы просто оставим их в покое, это не поднимет большой волны... мой господин.
Ученый поместил принцессу Цинхэ на алтарь, расположенный прямо под огромным сердцем, и попросил:
- Пожалуйста, даруйте этой деве новую жизнь. Затем Поле Десяти Тысяч Духов в Чанъане мы доверим ей.
Сердце вздрогнуло и исторгло из себя сгусток крови, который медленно сполз по его стенкам и с влажным хлюпом упал на тело Цинхэ. Труп охватило красноватое сияние, и вокруг девушки заклубился туман затаенной злобы и обиды.
* * *
В конце лета, незадолго до начала осени, шестнадцать кочевых племен ху под предводительством Сян Шу оставили позади Великую стену и вошли в степи Цаохая (10), раскинувшиеся на тысячи ли. Чэнь Син впервые видел столь бескрайнее и величественное царство травы. Оно простиралось во все стороны, насколько хватало глаз, а высоко над головой парила стая птиц. По сравнению с процветающим городом внутри Стены этот поразительный край на севере Поднебесной являл собой поистине потрясающее зрелище.
По мере продвижения на север к ним присоединялось все больше и больше ху с со своими семьями. Племена кян и ди уже довольно давно жили в Гуаньлуне, однако это никак не повлияло на улучшение их положения. Их отправляли подавлять восстания и усмирять недовольных, войны все продолжались и им не было видно конца, при этом их как солдат обложили высоким налогом. После сильной многолетней засухи люди уже не могли прокормить себя, и им пришлось бросить земли, возделанные собственными руками. Вместо того чтобы остаться и продолжить страдать, они решили последовать за Великим Шаньюем на север в надежде найти там средства к существованию.
Все новые и новые переселенцы присоединялись к уходящей на север армии кочевников, пока ее численность не превысила десять тысяч человек. Зрелище такого огромного скопления людей завораживало. Когда они подошли к Великой стене, генералы Цинь не осмелились чинить препятствия. Им ничего не оставалось, кроме как открыть ворота и позволить многотысячной орде ху покинуть пределы империи. Перед тем как пересечь Великую стену и войти в Цаохай, Сян Шу и его воины раздобыли где-то телеги и закупили все необходимое. Затем они выстроились в караван, устремившийся на край света - в Чилэчуань.
- Что это за место? - поинтересовался Чэнь Син у приближенных Сян Шу, и ему ответили: это северная окраина Поднебесной, самый дальний предел обитаемых земель. Дальше на север только бескрайняя тундра и поля вечного снега, где снежные вихри кружатся в порывах ледяного ветра. Это бесплодная пустошь. Из тех, кто уходил на север, лишь немногие возвращались назад.
Прародиной основных родов Пяти варварских племен, обитавших сейчас внутри Стены, были горы Байтоушань (10) и Хинган (11), Силян и другие похожие места. В какой-то момент они объединились в Древний Союз Чилэ с центром в Чилэчуань, откуда вели свое начало хунну и теле. А еще это место считалось общей родиной всех племен и народностей, которых ханьцы называли «ху». Прямо как в песне: Чилэчуань под горами Инь; небо, словно юрта, накрывает степь...
- Большинство из живущих там - кочевники. Лекарей очень мало, - сказал Сян Шу. - Купи по дороге снадобья Центральных равнин, чтобы отвезти их в Чилэчуань.
Чэнь Син составил список и уговорил подчиненных Сян Шу купить требуемое. Свое свободное время он проводил в повозке, рассматривая записи и рисунки, сделанные Сян Шу на листах пергамента. Внезапный отъезд Фэн Цяньцзюня заставил юношу изрядно поволноваться, однако сейчас перед ним стояла куда более срочная задача - как можно скорее определить местонахождение Жемчужины Динхай. Вернув магию в Поднебесную, Чэнь Син наполовину облегчит возложенную на него тяжкую ношу. В будущем, искренне верил он, древняя профессия экзорциста рано или поздно возродится, а затем ее адепты соберут огромную силу, способную одолеть Господина, стоящего за Фэн Цяньи, и порожденных им демонов засухи. Ну а пока же он просто надеялся, что Фу Цзянь не даст волю своему гневу и не станет учинять массовые расправы.
- Я действительно понятия не имею, что за великое озеро упоминалось в книге, - сказал Чэнь Син.
Указательный и средний пальцы Сян Шу слегка изгибались на рукояти угольной кисти. Его способ держать кисть отличался от способа, принятого у хань, тем не менее положение его руки с длинными изящными пальцами являло собой в высшей степени прекрасное зрелище. На листе пергамента он выводил извилистые очертания гор, рек и прочих элементов рельефа.
- Да! - воскликнул Чэнь Син.
Хотя Сян Шу видел ее всего лишь раз и то мельком, он тем не менее сумел вспомнить карту на последней странице древней книги из Департамента Экзорцизма. Он показал рисунок Чэнь Сину:
- Здесь?
На карте было озеро, за которым высились, достигая облаков, три отдельно стоящих горных пика. Рядом с озером густо росли деревья. Местность выглядела чрезвычайно странно: на равнине раскинулись озёра, а из озера торчали горы. Кроме того, на карте имелись надписи на языке теле.
- Да, да, да! - Чэнь Син чувствовал себя так, будто только что обрел сокровище. Он взял рисунок и сказал:
- Ты действительно все запомнил!
- Это не озеро Юньмэн, и это не на юге, - пояснил Сян Шу. - Если верить легендам, это место находится далеко на севере от Чилэчуань. На языке теле оно зовется Эрчилун, а хунну называют его Кароша. Это название указывает на место падения и гибели дракона.
- Ты там был?! - изумился Чэнь Син.
- Ребенком я видел это в книге, которую давал мне один из родителей.
Чэнь Син посмотрел вниз, затем снова поднял взгляд на Сян Шу, который уже взял другой лист пергамента и начал по памяти воспроизводить рисунок с предпоследней страницы книги.
- У вас тоже есть книги? - удивленно спросил Чэнь Син. - И где же хранятся ваши старинные записи?
- Что? - холодно отреагировал Сян Шу. - Разве только вы, хань, достойны того, чтобы уметь читать и писать?
Чэнь Син поспешил объяснить, что он вовсе не это имел в виду. Он всего лишь хотел взглянуть на книги. Возможно, ему посчастливилось бы найти какие-нибудь подсказки там, где Союз Чилэ хранит свои древние манускрипты.
Телега неспешно катилась по заросшей травой земле. Вдалеке тянулась горная цепь, еле различимая из-за окутавшего ее тумана. И в этот момент вся процессия вдруг разразилась радостными криками. Чэнь Син резко вскинул голову. Они обогнули склон, и их взору предстало обширное пространство, занятое множеством юрт, за которыми виднелись горы и реки. Лето подходило к концу, дул порывистый ветер, и создавалось впечатление, будто он прямо на их глазах медленно разворачивает свиток с потрясающей воображение картиной.
Они прибыли в Чилэчуань.
Чэнь Син был ошеломлен открывшимся перед ним видом. Раскинувшиеся под горами Иньшань в нежных объятиях рек Хундлун и Дахэйхэ пастбища, что простирались на тысячи ли вокруг, напоминали гигантское покрывало, на котором расположились почти двести тысяч кочевников. Куда ни глянь, весь горный склон до самого подножья был усеян бесчисленными юртами.
В начале осени почти все кочевники за Великой стеной стекались в Чилэчуань, дабы поклониться горам Иньшань, священным для шестнадцати племен ху, входивших в Древний Союз Чилэ.