Страница 101 из 1990
Вместо ответа Таппенс бросила ему письмо. Брови Томми удивленно приподнялись.
— Рэндолф Уилмотт, американский посол. Интересно, что ему нужно.
— Мы узнаем это завтра в одиннадцать.
Ровно в указанное время мистер Рэндолф Уилмотт, посол Соединенных Штатов при британском королевском дворе, был препровожден в кабинет мистера Бланта. Откашлявшись, он заговорил четко и неторопливо:
— Я пришел к вам, мистер Блант… Между прочим, я имею честь говорить с самим мистером Блантом, не так ли?
— Разумеется, — ответил Томми. — Я Теодор Блант — глава фирмы.
— Всегда предпочитал иметь дело с руководителями, — заметил мистер Уилмотт. — Это многое облегчает. Должен признаться, мистер Блант, эта история доводит меня до белого каления. Нет причин беспокоить Скотленд-Ярд, я не обеднел ни на пенни, и не исключено, что все это результат простой ошибки. Но я не понимаю, как эта ошибка могла произойти. Хотя здесь вроде бы нет никакого криминала, мне бы хотелось все выяснить. А то можно с ума сойти, не понимая, как, что и почему.
— Безусловно, — кивнул Томми.
Мистер Уилмотт описал происшедшее, подробно вдаваясь в детали. Наконец Томми удалось вставить слово.
— Короче говоря, ситуация такова. Неделю назад вы прибыли в Англию на лайнере «Номэдик». Каким-то образом ваш чемодан перепутали с чемоданом другого джентльмена, мистера Ралфа Уэстерхейма, чьи инициалы совпадали с вашими. Вы взяли чемодан мистера Уэстерхейма, а он взял ваш. Мистер Уэстерхейм сразу же обнаружил ошибку, отправил ваш чемодан в посольство и забрал свой. Я прав?
— Целиком и полностью. Очевидно, чемоданы были абсолютно идентичны, и, учитывая одинаковые инициалы Р. У., ошибка легко могла произойти. Сам я не был осведомлен о происшедшем, пока мой слуга не известил меня, а мистер Уэстерхейм (кстати, он сенатор, и я искренне им восхищаюсь) не прислал за своим чемоданом и не вернул мой.
— В таком случае я не понимаю…
— Сейчас поймете. Это только начало истории. Вчера я случайно встретился с сенатором Уэстерхеймом и в порядке шутки напомнил ему о происшедшем. К моему колоссальному удивлению, он как будто не понял, о чем я говорю, а когда я объяснил, то категорически отрицал случившееся. Он не забирал с парохода мой чемодан, среди его багажа вообще не было такого чемодана.
— Странно.
— Более чем странно, мистер Блант. В этом нет ни складу, ни ладу. Если кто-то хотел украсть мой чемодан, он мог легко это сделать, не прибегая к подмене. К тому же чемодан не был украден, его мне вернули. С другой стороны, если его взяли по ошибке, зачем использовать имя сенатора Уэстерхейма? Нелепейшая история, но я хочу в ней разобраться из чистого любопытства. Надеюсь, дело не слишком тривиальное для вас?
— Вовсе нет. Хотя эта маленькая проблема, как вы говорите, может иметь много простых объяснений, она тем не менее выглядит весьма интригующей. Разумеется, прежде всего возникает вопрос о причине подмены, если таковая имела место. Вы сказали, что, когда вам вернули чемодан, из него не исчезло ничего ценного?
— Так утверждает мой слуга. Он бы заметил пропажу.
— Могу я узнать, что было в чемодане?
— В основном ботинки.
— Ботинки? — озадаченно переспросил Томми.
— Да, — кивнул мистер Уилмотт. — Странно, не так ли?
— Простите мое любопытство, — продолжал Томми, — но вы не перевозили секретные документы или еще что-нибудь в таком роде под подкладкой или в каблуке?
Казалось, вопрос позабавил посла.
— Надеюсь, тайная дипломатия не опускается до такого уровня.
— Разве только в книгах, — улыбнулся в ответ Томми. — Но мы должны найти какое-то объяснение. Кто приходил за другим чемоданом?
— Якобы один из слуг Уэстерхейма. Мой слуга не заметил в нем ничего необычного.
— Не знаете, его распаковывали?
— Не могу сказать. Полагаю, что нет. Но возможно, вы хотите расспросить моего слугу? Он может рассказать вам об этом деле куда больше меня.
— Пожалуй, это было бы наилучшим выходом, мистер Уилмотт.
Посол написал несколько слов на карточке и протянул ее Томми:
— Полагаю, вы предпочитаете отправиться в посольство и задать вопросы там? Если нет, я пришлю слугу, его зовут Ричардс, сюда.
— Нет, благодарю вас, мистер Уилмотт. Я лучше схожу в посольство.
Посол встал и посмотрел на часы:
— Господи, я опаздываю на встречу! Всего хорошего, мистер Блант. Передаю дело в ваши руки.
Он быстро вышел. Томми взглянул на Таппенс, что-то писавшую в блокноте в стиле деловитой мисс Робинсон.
— Что скажешь, старушка? — осведомился он. — Ты тоже не видишь в происшедшем, как говорил наш клиент, ни складу ни ладу?
— Никакого, — весело отозвалась Таппенс.
— Ну, для начала неплохо! Это свидетельствует о том, что здесь кроется нечто серьезное.
— Ты так думаешь?
— Это общепринятая гипотеза. Вспомни Шерлока Холмса и глубину, на которую масло погрузилось в петрушку, то есть я имел в виду наоборот[146]. Я всегда испытывал горячее желание узнать все об этом деле. Возможно, Ватсон когда-нибудь извлечет его из своих записных книжек. Тогда я умру счастливым. Но нам нужно браться за работу.
— Вот именно, — кивнула Таппенс. — Наш достойный Уилмотт — человек неторопливый, но уверенный в своих словах.
— Она разбирается в людях, — процитировал Томми. — Вернее, мне следовало сказать «он». Когда ты изображаешь детектива-мужчину, всегда начинается путаница.
— Ох, дружище, дружище!
— Побольше действия, Таппенс, и поменьше повторений.
— Классические фразы от повторения не тускнеют, — с достоинством заявила Таппенс.
— Съешь оладью, — любезно предложил Томми.
— Благодарю, но только не в одиннадцать утра. Дурацкая история с этими ботинками. Почему ботинки?
— А почему бы и нет?
— Потому что это ничему не соответствует. Ботинки! — Она покачала головой. — Здесь все не так. Кому нужны чужие ботинки? Какое-то безумие!
— Может быть, похитили не тот чемодан? — предположил Томми.
— Возможно. Но если охотились за документами, то, скорее всего, взяли бы портфель. Документы — первое, о чем думаешь в связи с послами.
— Ботинки наводят на мысль о следах, — задумчиво сказал Томми. — Может, похитители хотели оставить где-то следы ботинок Уилмотта?
Таппенс задумалась, позабыв о своей роли, потом покачала головой:
— Это кажется невероятным. Нет, очевидно, мы должны примириться с фактом, что ботинки тут ни при чем.
— Ну, — со вздохом промолвил Томми, — теперь нам нужно побеседовать с Ричардсом. Возможно, он сумеет пролить свет на эту тайну.
После предъявления карточки мистера Уилмотта Томми пропустили в посольство, и вскоре перед ним предстал бледный молодой человек с тихим голосом и почтительными манерами.
— Я Ричардс, сэр, слуга мистера Уилмотта. Насколько я понял, вы хотели меня видеть?
— Да, Ричардс. Мистер Уилмотт побывал у меня этим утром и предложил, чтобы я задал вам несколько вопросов. Речь идет о чемодане.
— Я знаю, сэр, что мистер Уилмотт был очень расстроен из-за этой истории, хотя не понимаю почему, ведь никакого вреда причинено не было. Со слов человека, приходившего за другим чемоданом, я понял, что он принадлежал сенатору Уэстерхейму, но, конечно, я мог ошибиться.
— Как выглядел этот человек?