Страница 6 из 11
Глава 1.2: Решение
— Через минуту выйдем на сверхсветовую. Все, кто хочет это увидеть — прошу к иллюминаторам. — объявил капитан по громкой связи.
Но Ди не нуждался в оповещениях — он уже заранее караулил долгожданный момент, когда звёзды начнут вытягиваться в струны. Он смотрел не моргая, боясь упустить и долю секунды.
— Андромеда превысила скорость света. Можете отстегнуть ремни безопасности! — снова раздался голос капитана из громкоговорителей. Было слышно, как он давится смехом, пародируя пилотов гражданской авиации.
Его задор быстро прошёл, когда на экране отобразились результаты активного сканирования, но перемены в голосе уже никто не услышал.
— Так, что тут у нас. Прямо по курсу, примерно на полпути… — бубнил он себе под нос, вчитываясь в отчёт. Он нарочно поставил себя первым в списке дежурств, чтобы иметь возможность поскорее со всем ознакомиться. Это можно проделать из каюты, просто в рубке ему было спокойней из‐за большего контроля.
Андромеда разглядела какую‐то зону прямо по курсу, но определить, что это за объект, не смогла: расстояние слишком велико. А для Майка был удивителен сам факт того, что его корабль может «прощупывать» космос на столь дальние горизонты, пусть и не всегда с подробной выкладкой.
— Не задай я сканирование, был бы сюрприз. — задумчиво пробубнил он, глядя куда‐то в пустоту.
Теперь предстояло как следует во всём разобраться и выработать план действий с учётом новых обстоятельств. Майк доверял своей команде, верил в ум и находчивость своих друзей. Но вместе с тем старался полностью контролировать ситуацию, всегда оставаться на шаг впереди. Такую черту характера он приобрёл ещё в детстве, под строгим воспитанием отца, как и большинство из других черт. Да, собственно, ему по инструкции полагался больший доступ к системам Андромеды, вместе с особыми полномочиями.
Будь они на крейсере, тогда другое тело: экипаж нужен большой, каждый занят своими прямыми обязанностями. А на Андромеде никто не мог знать больше, чем знает сама Андромеда и капитан — её возможности для всех одни и те же. Управление кораблём, как и его обслуживание, предусматривало лишние руки. Но всё обстояло так, что одного человека вполне достаточно и большого труда ему не потребуется.
Многое изменится, когда они достигнут новой планетарной системы и приступят к её изучению. Майк уткнётся носом в многочисленные отчёты сканирований, будет прокладывать маршруты для манёвров, планировать высадки. На Альме — страховка капитана, перепроверка, активное наблюдение, дельные предложения. Ди предстоит контроль за полуавтоматическим картографированием и подготовка необходимого оборудования для вылазок наружу. Весь процесс был много раз отрепетирован на Земле, чтобы добиться высокого слаживания экипажа.
— Так, Андромеда. Что у нас по изменению курса? Когда нужно корректировать, чтобы облететь эту штуку? — спросил Майк строго.
— Не позднее, чем до половины пути.
— До артефакта? Значит, неделя на размышления и разработку новой траектории?
— Да. 11 дней и 8 часов. Также это может зависеть от особенностей траектории.
— Ясно. Значит, для верности нужно заложить меньше времени. — ум капитана уже ощутимо напрягся.
— Верно.
— Проведи симуляцию, рассчитай новый безопасный курс, но не слишком далёкий от этого сюрприза. Возможно, мы захотим его исследовать.
— Каково максимальное расстояние облёта?
— Пусть будет не больше ста миллионов километров. Это ведь безопасно? — спросил Майк, слегка взволнованно.
— Неизвестно.
— Вот же чёрт. Ладно, пусть будет пока так, я буду думать. И проведи повторное сканирование через 7 часов, сфокусируй луч на препятствии. Отчёт только мне. — задумка Майка была проста: Андромеда будет намного ближе, а потому есть смысл попытаться узнать больше, раз кое‐что вышло рассмотреть аж от Солнечной системы.
Майк закрыл глаза и сосредоточился на дыхании. Теперь оставалось только ждать.
У себя в каюте Майк снова метался из угла в угол — это помогало ему думать. Как на зло голову одолевали посторонние мысли: о становлении через тяжёлые тренировки, которые заставлял делать отец. Потом, спустя долгие годы, Майк иногда был за них благодарен — в те моменты, когда лишь его высокая подготовка позволяла вылезти из очередной передряги. Но упущенного детства уже не вернуть. В то время, когда у сверстников была нормальная жизнь, Майку приходилось развивать силу, выносливость, рукопашный бой и владение разными видами оружия. Иногда они с отцом надолго выбирались в безлюдные места, чтобы погрузится в отработку навыков выживания. В городах Майк тоже не прохлаждался: доводил до автоматизма оценку обстановки, моментальное запоминание ходов и путей отступления, учился быть незаметным и заводить полезные связи. Его дрессировали профессионально и безжалостно. Именно благодаря отцу Майк оказался на Андромеде. Будь он сейчас рядом, капитанский затылок непременно получил бы затрещину за мельтешение.
Когда Майк наконец‐то обрёл свободу действий, он начал позволять себе некоторые вольности. Теперь на него давил груз ответственности, ведь в его руках были жизни друзей и результат всего путешествия. Несмотря на высокие технологии, Майк часто представлял свой экипаж на стареньком деревянном корабле, что скрипит всеми подгнившими досками на солёных волнах. А в морях и океанах, как известно, бывают свирепые штормы, после которых не каждая посудина возвращается в родную гавань.
Капитан Майк не был трусом — всегда дисциплинированный, другим он казался невозмутимым даже в самых тяжёлых ситуациях. Но у всего есть цена. Его ценой было постоянное напряжение, подавленные стрессы, паранойя, временами — бессоница и головные боли, невозможность показывать даже намёк на слабость. Ни с кем ему нельзя быть до конца открытым, кроме, разве что, Альмы.
Ей он тоже говорил далеко не всё. Подготовка их миссии проходила в спешке, что только добавило новых проблем. Майк очень не любил, когда дела вершились без должного подхода, создавая риски там, где их быть не должно. Об опасностях он думал часто — спрашивая себя, действительно ли ему подходит то, чем приходится заниматься. Одной любви к звёздной пыли мало, чтобы соответствовать капитанской должности. Но всё сложилось так, как сложилось и выбирать уже не приходится.
— Так, что‐то я совсем раскис из‐за ерунды какой‐то. Вот сейчас подготовлю выкладки и мы все вместе примем взвешенное решение, как нам поступить. — Майк глубоко вдохнул и сосчитал до 10, используя старую, проверенную годами технику успокоения. — Эй, Андромеда! Что с новым курсом?
— Готово, капитан.
— Прекрасно! Выводи на экран!
Весь следующий час Майк для верности проверял расчёты вручную, детально изучал карту, строил другие возможные траектории и вносил метки времени до точек невозврата — тот минимум, чтобы иметь хоть какое‐то представление о ситуации. На обсуждение следовало выносить конкретные предложения, а потому капитану предстояла большая работа. Дежурства в рубке составляли 8 часов, после чего полагался отдых. Хоть Майк и не спал уже сутки, он решил, что продержится дольше. Капитан справедливо мыслил: несмотря на приличный по космическим меркам запас дней на принятие решения и необходимые действия, тянуть всё же не стоит. Пока он во всём как следует разберётся, пока остальные всё обдумают, составят дельные замечания — расчётное время и выйдет. Им ведь, в конце концов, нужно ещё выработать концепцию исследований, если найденным объектом окажется аномалия и если они решат сделать остановку. Будет лучше иметь в наличии запас для манёвра, пусть хотя бы в несколько «лишних» дней.
Майк прошёлся несколько раз туда‐сюда, разминая конечности. Вытянулся, захрустев спиной и вновь подошёл к экрану. Сейчас он желал работать именно стоя.